Учительница в приюте для маленьких магов

Теперь со стороны могло показаться, будто я - в обычном повседневном платье. Правда, на самом деле я была именно в тонкой сорочке и мерзла, но оно того стоило, чтобы помочь ребенку.
Конечно, в коридорах я всё ещё путалась, но интуиция и желание спасти малыша оказалось сильнее всех преград. Спустя минуту я уже спустилась на нужный этаж и обнаружила, что в коридоре открыта одна из дверей в детскую спальню. Крик доносился именно оттуда, и я, подобрав подол сорочки - со стороны казалось, будто я приподняла пышные юбки своего платья, - помчалась туда.
Я успела как раз вовремя, чтобы увидеть, как дебелая женщина с перекошенным от злости лицом сдирает с ребенка рубашку с заносит руку с крепко сжатыми в ней розгами.
- Нет! - воскликнула я и бросилась наперерез незнакомке.
Успела разглядеть, что на ней форма воспитательницы, и вцепилась в руку.
Конечно, я была слабее. Но задержать розги успела, и ребенок, мальчик лет одиннадцатидвенадцати, отскочил в сторону. Понял, очевидно, что с его наказанием не все согласны.
- Что вы себе позволяете?! - воскликнула воспитательница. - Кто вы вообще такая?
- Я - новая учительница в этом приюте, - выпалила я. - А кто такая вы и по какому праву вы применяете к ребенку физическое наказание? Это запрещено!
На меня посмотрели, как на идиотку.
- Не всяким новеньким учительницам решать, что можно, а что разрешено! - заявила она мне в лицо. - Я здесь работаю уже два десятка лет и знаю, как обращаться с малолетними преступниками. Отойдите прочь, он заслужил наказание.
- Нет, - твердо промолвила я. - Никакого наказания не будет. За что вы собираетесь выпороть ребенка?
Воспитательница сверкнула глазами.
- Не ваше дело.
- Моё, - твердо промолвила я и повернулась к мальчику. - Ты не пострадал?
- Нет, леди, - покачал головой он, опуская глаза.
- Оденься, - велела я. - Уважаемая, - я повернулась к воспитательнице, - я повторяю свой вопрос. Какие причины того, что вы собирались сделать?
- Этот стервец, - прошипела женщина, - применил магию без разрешения.
Я повернулась к мальчику. Тот сжался и втянул голову в плечи.
- Нам было очень холодно, госпожа. У меня есть огненная магия, я хорошо владею ею. Меня учила мама...
- Прекрати лгать, не то добавлю ещё десять ударов! - рявкнула воспитательница. - Не было у тебя никакой мамы.
- Хватит! - я встала между женщиной и ребенком. - Во-первых, не обвиняйте мальчика во лжи. Во-вторых, перестаньте повышать на него голос. И, в-третьих, вам известно, что по указу Светлой Стороны телесные наказания запрещены уже несколько десятилетий как? Вы понимаете, что вы собираетесь применить к мальчику запрещенное, более того, совершенно негуманное наказание?
Воспитательница опустила розги. Потом взяла меня под локоть и потянула к выходу из комнаты. На её лице отобразилось удивление - наверняка она ощутила под пальцами мою обнаженную кожу, но, взглянув на меня, увидела плотный рукав платья.
Я сделала вид, будто ничего не происходит, и ей показалось.
- Вы подрываете мой авторитет! - зашипела воспитательница, стоило только нам оказаться снаружи. - Я за этими малолетними преступниками слежу уже несколько лет, и мне лучше знать...
- Если ребенок незаконно использовал магию, вы должны были отвести его к директору, никак не наказывать самостоятельно. Либо, если нарушение незначительное, самостоятельно провести воспитательную беседу. Беседу! Не телесное наказание!
- Позвольте мне самой решать!..
- Нет, - отрезала я. - Ничего вы решать не будете. Вы немедленно отдадите мне розги и поклянетесь - магией! - что больше не поднимете на детей руку. Немедленно! - я попыталась добавить в голос властных ноток и не выдавать собственный страх. - Иначе я вынуждена буду принять иные меры!
...Если, конечно, смогу. Потому что магии во мне ни капли, а физически эта женщина явно сильнее меня.
Воспитательница сверлила меня таким взглядом, словно собиралась прямо сейчас пронзить этими розгами насквозь. Но я не сдавалась. Только требовательно протянула руку, дожидаясь, пока она отдаст мне розги.
- Леди Алессия подобного произвола не потерпит, - прошипела наконец-то моя соперница. -Со своим уставом в чужой монастырь не ходят!
- Ходят, если этот устав - от Светлого Лорда, - отрезала я. - А если леди Чеккини одобряет физические наказания для своих учеников, думаю, ей придется непосредственно близко познакомиться с лордом Бьонди и узнать всё, что он думает о подобных педагогических методиках. И если после этого в приюте появится новый директор, вы будете точно знать причину.
Это сработало. Воспитательница вложила в мою руку розги, и я крепко прижала их к груди, показывая, что не отдам.
- Предлагаю просто сейчас отправиться к леди Чеккини, - прошипела женщина, - и пусть она сама нас рассудит и скажет, что полагается этому мальчишке за то, что он нарушил важнейшее в приюте правило!
Я бы с удовольствием приняла её предложение, если б на самом деле не стояла в тонкой сорочке, а не в тёплом платье. Мне определенно следовало переодеться.
- Я отправлюсь к леди Алессии через полчаса, - ответила я. - А эти розги останутся у меня. И, надеюсь, за время моего отсутствия вы не станете применять другой вид физических наказаний по отношению к ученику?
Женщина раздраженно вздернула нос. Ответа от неё я так и не дождалась, но решила принять молчание в качестве согласия и решительно зашагала прочь. Теперь мне следовало спешить, чтобы переодеться, привести себя в порядок и в полной боевой готовности отправиться к леди Чеккини. Кажется, одним расписанием наш разговор не обойдется, придется выяснить ещё несколько важных деталей. В том числе касательно физических наказаний!
Я оставила розги у себя в комнате, положив их на стол. Когда Луиджи выйдет на связь, обязательно передам ему это средство экзекуции. Возможно, это будет достаточным доказательством, чтобы он мог инициировать полномасштабную проверку и не позволил здешним работникам и дальше издеваться над детьми? Не может же он быть столь равнодушным к судьбе ребят!
Одолеваемая мрачными мыслями, я едва не запуталась в шнуровке собственного платья. Нет, определенно, я никогда не смогу привыкнуть к особенностям здешних нарядов! Почему бы не носить удобные юбки и блузы? Нет, обязательно надо надеваться, как капусте!
Впрочем, мне сейчас не помешает несколько слоев одежды. Устраивая разборки, я продрогла до костей. Мой наряд, правда, тоже не мог похвастаться каким-нибудь внутренним обогревом, но меня по крайней мере перестало трясти.
Отключив кулон, я сверилась со своим отражением в зеркале, убедилась, что выгляжу прилично и вышла обратно в коридор. Воспитательница оказалась там, и была она не одна, крепко держала за руку мальчика, которого собиралась наказывать. Вокруг её пальцев прыгали светлые, с голубоватым отливом искры, выдававшие какую-то незнакомую мне магию.