Малина для оборотня
- Да кто ж её поймёт, - мама со вздохом подошла и погладила меня по макушке. - Марик, а я говорила, Алина - девочка из другой среды, понимаешь? Никаких целей, осознаний перспектив. Всё ограниченно повседневным бытом - не более. Она спросила, когда отдадут её половину денежного выигрыша, а когда узнала, что никакого приза нет, швырнула кольцо и убежала.
Мама с неловкой улыбкой показала украшение на своей спрятанной в перчатку ладони. Я взял его в руку, не веря в реальность происходящего. Дежавю. Так было, но мы разобрались. Или не было?
Кольцо настоящее, я чувствую.
- Я никогда так с ним не обращалась. Подумала, скажу Вове, что возвращаюсь. Чтоб помогать тебе в управлении. Поэтому, если ты не против, я оставлю его себе, ладно?
Я не слышал и половины сказанного. Алина ушла, потому что не получила деньги? Но... нет. У нас пари, она хотела доказать, что не все женщины меркантильны.
Проклятье, я даже проиграл его! Особенно после заявлений Белоклыковой и должен ей желание.
Нет, это бред.
Она не могла. Мы же.
Взгляд замер на кольце. Г оворила, что не снимет. Неужели всё ложь?
Посмотрел на маму. Не так много женщин в жизни оборотня. Лучше всех я знал её и, признать честно, опыт общения не внушает оптимизма.
Сердце больно кольнуло. Я повторил судьбу отца, да? Нет. Нет! Я отказываюсь в это верить!
- Когда она ушла? Что сказала? - я отпихнул бумаги и часть из них свалилась со стола. Плевать. - Она не могла просто уйти!
- Она сказала, что ей нужны деньги. На большее вы не договаривались и прочая деревенская чушь, - мама повела изящной кистью.
Я не знал, как реагировать. Меня многому учили, но этого в уроках не было. Мы будто говорили не об Алине. Она смелая, честная, прямолинейная и принципиальная. Преданность и умение держать слово выдают в ней настоящую волчицу, хотя я знаю, что женщины не могут обращаться. Она близка нашему дому духом и это... нет, не могло быть наигранным! Я чувствовал. Ошибся?
- Хочу с ней поговорить.
Поднялся, ощущая одеревеневшие мышцы. Проклятье, сколько я просидел?! Нужно было давно сбегать до дома и проверить как она. Отвлёкся, не подумал. Может Алина очнулась после воды и решила что-нибудь не то, а меня не было рядом, чтобы успокоить?
Или. нападение Г ора стало последней каплей в чаше её терпения? Проклятье. Его чуть не разорвали и волки, и все остальные, даже гориллы ввязались. Пришлось успокаивать самому силой князя. Алину унесли домой и напоили водой. Немного отдыха и всё было бы в норме. как мне казалось.
- Нет! - мама почти выкрикнула, а после поджала губы. - Не позволю, чтоб мой сын, альфа-волк, князь унижался перед замухрышкой. Малыш, - она погладила меня по плечу.
- Да плюнь на эту дурочку. Ты - князь! Теперь и мама с тобой, разве нужно что-то ещё?
Конечно! Алина она. Перед глазами пронеслась эта неделя. Первая ночь, чуть не закончившаяся неправильным, но таким желанным. следующий день, разговоры, шутки. Алина в потрясающем платье, наша ссора, Гор, перемирие. Прогулка по лесу, мой сон, признания. то, как я поднял пол-Муниса, пытаясь найти её во время испытания шамана. Ссоры и перемирие после приезда мамы, как она забралась в комнату через окно. Проклятье! Я думал, мы уже во всём разобрались, решим все проблемы, но.
Не верю. Не верю!
- Плевать. Я должен её увидеть.
- Она чётко дала понять, что ей не интересно, - мама поджала губы. - Что ты хочешь ещё услышать? Да и зачем? Эх, Вова, привил вам самые идиотские принципы в мире! Ну, возбуждает она тебя - проведи ночь и до свидания! Зачем жениться -то? Бред.
- Потому что она - моя истинная, - голос не дрогнул.
- Глупости, - мама фыркнула и выровнялась. - А ведь я хотела забрать тебя с собой, когда уходила. Послушала Вову. Теперь сын ни во что не ставит моё мнение.
У меня не было желания об этом думать. Я искал причины, анализировал. Чувства смешивались с новой силой и ощущениями. В тело впились нервы нашего небольшого, но сложного мира. Я ещё не во всём разобрался, а теперь совсем запутался.
- Ладно, я тебе всё сказала, выкинь эту неблагодарную дурочку из головы и займись делом. У тебя, как у князя, теперь много работы, - мама чмокнула меня в щеку и пошла к двери, постукивая тонкими каблуками. На пороге она обернулась. - Забудь и живи дальше. Она тебе не нужна. Настоящие близкие, семья, рядом с тобой. Вот на кого ты действительно можешь положиться.
Дождавшись, когда её шаги исчезнут в коридоре, я медленно опустился на стул. Голова гудела.
Что я сделал не так? Почему?
Забыть и жить дальше? Бред.
Мама не понимает. Лишиться пары. Это не просто воспитание. Внутренние принципы, они вписаны в инстинкты.
Представил её лицо. Большие голубые глаза, полные губы, пушащиеся волосы. Маленькая, худенькая, но пытающаяся носить одежду ещё меньшего размера. Смешная, добрая, она...
- Моя малина, - сам не понял, как сказал вслух.
То ведёрко. Ягоды, связавшись судьбы. как мне казалось. Жить дальше? Нет. Не уверен, что смогу.
Голова стала такой тяжёлой, что я медленно наклонился и упёрся лбом в стол. Вспомнился тот сон, с семьёй, которую разрушил Гор. Я настроил против Алика весь Мунис так, чтобы никому в здравом уме не пришло в голову помочь, а узнав про покушение мне бы сообщили. Казалось, то, что я видел - самое страшное. Я ошибся.
Голова разболелась. Чернота из сна наполнила вены, но не яростью, а горечью. С яростью я знал, что делать - дать выход, направить на виновника. Горечь жгла огнём изнутри. От неё не избавиться. Никак.
Неужели теперь. так будет всегда?
- Князь, альфа, Марк! Ну, Марк! Просни -и-и-ись же, - кто-то скулили над ухом.
Открыл глаза, сам удивляясь, как глубоко провалился в сон. В кабинете вертелся Макс.
Навалилась тоска. Наверняка опять что-то случилось. Не хочу новые проблемы. Мне текущих хватает.
- Что ещё? - голос свой я не узнал и потянулся к фляге. Сумасшествие от обезвоживания князю не грозило, но пить всё равно надо.
- Как что?! - Макс хлопнул двумя ладонями об стол. - Алинёнок ушла! Ушла! Ты обещал, что она наша волчица! Зачем прогнал?! Как мог так поступить с ней?!
- Не прогонял я, она...
Оборвал себя. Не стоит ломать мальчишке жизнь тем, что не все девушки. Проклятье, мне и самому не верится.
- Это её решение, я не имел права держать.
- Ага, её. - Макс фыркнул. - Опять наорал, как тогда. Она из поместья бежала белая как стена. На ней лица не было!
- Макс, я был здесь. Как уложили её в комнате, так и сидел во дворце.
Проклятье, наверно всё же из -за Г ора. Надо было его добить.