Надменный индюк
Пытаюсь вырваться, но мой стражник сильнее зажал и выкрутил мои руки. Ощутив рези в руке, наклонилась, чтобы хоть немного уменьшить боль, но глаза не опустила.
Это животное в человеческом обличии подошло к Софе и, схватив за подбородок, высоко задрало её голову.
– Хочешь, чтобы я пощадил твою подружку?
– Она мне не подруга, – негромко противопоставляет Соня.
– Мне всё равно! – кричит этот урод, возвышаясь над ней. – Эта сучка помогала тебе сбежать. От меня! А это значит, она виновата. И должна ответить! Прощение – это участь слабого, ты же знаешь, Софа. А с моим кодексом ты знакома, так что не стоит тратить время на пустые слова. Она останется с пацанами, а ты пойдёшь со мной. Они тоже должны получить компенсацию за поиски.
Адреналин, бушевавший в крови, постепенно сменяется страхом за себя.
Я остаюсь с двумя парнями, одна, ночью, за чертой населённого пункта, как вознаграждение за упорство в поимке Софы. Тут даже при самой большой фантазии вывод напрашивается только один.
– Помогите! Помогите! Отпусти меня, козёл! – пытаюсь и кричать, и вырываться из рук парня.
– Свяжите её, легче будет, – напоследок даёт совет Андрей и уводит еле передвигающую ногами Софу.
– Не-ет! Никогда! Не позволю!
Хаотично бью своего узурпатора ногами, тогда как второй начинает снимать рубашку со словами: «Верёвки нет, но рубашка сгодится для этого».
Все страшные картинки того, что может произойти со мной сейчас, мелькают перед глазами, и я понимаю, что не смогу после «этого» жить. Такое существование не для меня. Нет, надо бороться до последнего.
Перестаю сопротивляться. Парни тоже застыли, удивившись переменам во мне.
– Ладно, давайте сделаем это, поняла уже, что не сбежать всё равно от вас. Так хотя бы без насилия, добровольно. Но только по очереди, ладно? А потом вы отпустите меня, договорились?
– Вот и отлично, хорошо, что образумилась. Это Андрюха любит сопротивление и слёзы баб. Я же договариваюсь, тем более хорошо обоим, чего отказываться-то, – идёт навстречу моим условиям тот, что с рубашкой Толян. – Руки перестань ей выкручивать и отпусти, она же согласилась.
Пацан, что стоял сзади, неохотно, но всё же выпускает меня из своих оков. Почувствовав свободу, начинаю растирать места ушибов и озираться по сторонам, но стараюсь делать это как можно незаметнее.
– Эх, парни, вижу, что идёте по кривой дорожке, делаете всё, что скажет предводитель, не боитесь за решётку загреметь? – парни насторожись. – Нет, я не о себе, но ведь найдутся люди, которые захотят вашего Андрея прижать, тогда и вам достанется.
– Да что нам будет? – тот, что выглядит моложе, начинает с гонором мне отвечать, как неразумной малолетке, вдалбливая истину. – Нам ещё и восемнадцати нет, Дрон говорит, что переживать не стоит. Тем более, его крышует Гектор…
– Хватит болтать, – резко пресекает его Толян. – Всё, давай я первый, потом ты. Пошли в дом, как тебя хоть звать-то, девка? – и тянет меня за руку в сторону дома. Его прерывает «малой».
– А если я хочу, чтобы мы были вдвоём, а, Тох? Приметил её сиськи – зачётные. Я бы спереди, ты сзади…
– Костян, я знаю, что ты девственник. Но это не значит, что из-за этого я должен лишаться нормально секса. После меня, малой, не переживай, – утешающе произносит мудак, а после обращается ко мне: – Да, малышка? Доведёшь парня до звёздочек своим ротиком? В общем, я договорился, Кость, девочка сделает своё дело, сиди жди. А ты, пошли уже, что встала.
Страх подкатывает комом к горлу, ощущение, что всё содержимое желудка вот-вот вырвется наружу. Единственная надежда избежать участи, приготовленной этими ублюдками, – найти что-то в доме, чтобы огреть их по голове, и попробовать сбежать.
Усыпить бдительность одного вроде получилось, осталось найти способ сбежать.
Переступив порог дома, слышу голоса на улице, а оглянувшись, вижу, как к нам на поляну перед заброшенным домом бежит мой друг детства.
– Саша! – радостно кричу, забыв о том, кто рядом стоит. Но он не теряется, заламывает мне руку и выставляет перед собой. Верещу от нестерпимой боли в конечностях, но хватку ослабить не удается.
– А ну отпустил её, урод! – Сашка медленно подходит, озираясь то на одного, то на второго парня. Дыхание рваное: он бежал ко мне на помощь.
– Она – моя награда. Дрон мне её пообещал, значит, дело решено. После забирай, а сейчас не отдам!
– И моя, – менее уверенно, но всё же вставляет тот, который Костян.
– Это что вы, уроды, с моей девчонкой намеревались сделать, а?! Да я вас сейчас поубиваю тут, сопляки недоделанные.
Посмотрев поверх головы Саши, вижу вдалеке освещённые светом уличного фонаря движущиеся в нашем направлении силуэты двоих. В одном узнаю Соню, а второй – Дрон – держит её за руку и тащит вперёд. Это замечает и Костян.
– Боюсь, пацан, сейчас мы тебя тут порешаем, – становится смелее, – вон Дрон со своей певичкой возвращается. Так что, либо вали и оставляй девчонку нам, либо сейчас тебе придёт конец.
Глава 11В голове вырисовывается одна картина хуже другой. И если их главарь сейчас до нас дойдёт, Сашке точно несдобровать. Один против троих он не выйдет победителем. К тому же, этот Дрон – высокий и сильный, несмотря на то, что ему нет полных восемнадцати лет, он просто убьёт Сашку.
А что будет с тётей Таней и дядей Сашей, если с их единственным сыном что-то случится? По мне уже горевать некому, а вот у них полноценная семья, и основной кирпичик в ней – их сын.
– Саша, уходи! Слышишь! – прижата к этому малолетнему бандиту, но не оставляю попыток докричаться. – Я сама, по доброй воле! Завтра увидимся! Пожалуйста, пока он не дошёл до нас, беги! Не то и тебе, и мне конец, понимаешь? Я хочу жить, этот день забуду, всё будет хорошо, пожалуйста, уходи! – кричу ему, хоть и понимаю, что он мне не поверит и не послушается.
– Давай, пацан, вали подобру-поздорову, пока отпускаем! – рядом стоящая сволочь не унимается и ещё сильнее сжимает меня в своих руках.
Саша молчит, смотрит на всех нас напряжённо, глаза метают молнии, желваки ходят ходуном, но он ничего не говорит, лишь руки в кулаки собрал. А я гляжу то на него, то вдаль, на приближающиеся к нам фигуры Андрея и Софии.
– Саша! – очень хочу подбежать к нему и подтолкнуть: «Ну же, действуй – беги! Быстрее уноси отсюда ноги». Но Толя – гад, что стоит рядом, – крепко держит меня чуть выше локтя и не позволяет подойти к моему другу. Поэтому не замолкаю и воплю что есть силы, умоляя его: – Саша! Уходи! – Меняю тон на угрозу, может, хоть это возымеет на него действие: – Если останешься, я тебя никогда не прощу, слышишь! Никогда не заговорю с тобой! Снова уеду! Ты потеряешь меня навсегда! – Но не выдерживаю и снова начинаю просить: – Саша, пожалуйста. Беги!