Надменный индюк

   
Глава 1.
Часы показывают полдвенадцатого ночи. Таксист привёз меня по указанному адресу, а я сижу и не могу решиться выйти из машины.
Мы находимся на юго-западе Москвы, у нового, но уже популярного ночного клуба.
Переступить ли мне его порог или вернуться в свой, уже привычный тихий и спокойный мир?
– Девушка, долго мы еще будем стоять? Меня другие вызовы ожидают, – вырывает меня из размышлений водитель авто.
– Я плачý так же, как и они, так что пользуйтесь, пока позволяю, и отдыхайте.
Меня терзают сомнения: с одной стороны, стойкое нежелание кого-либо видеть, слышать, ощущать рядом. Не хочу в народ, я уже привыкла к одиночеству и тишине. Я её полюбила, мне комфортно в ней. Возвращаться в шумную тусовку нет ни сил, ни желания.
С другой стороны – я пообещала. А своё слово я держу. Всегда. И он это знает лучше всех.
Сашка упорно борется со мной и пытается вырвать из моего спокойного мира и впустить в свой, точнее, вернуть меня в жизнь, которой я жила ещё два года назад. Заставил меня пообещать, что этот его день рождения я не пропущу. Отмечает он его в ночном клубе, с размахом, на который способны деньги его отца.
Прошло почти два года с того дня, как моя жизнь была перевернута с ног на голову, и вернуть её в прежнее состояние уже никому не по силам.
«В крайнем случае, побуду пять-десять минут и уеду», – даю себе обещание, чтобы уже решиться выйти из машины и перестать мучить водителя и терзать саму себя сомнениями. Раньше я не была такой мямлей, чёрт побери!
Романов Александр – друг детства, сегодня ему исполняется двадцать один год. До семнадцати мы жили на одной лестничной площадке и дружили семьями до такой степени, что его родители были моими крестными, а мои – Сашкиными. У нас с ним разница в возрасте один год и один месяц, но это не мешало нам учиться в одном классе и проводить свободное время вместе. Я была пацанкой, никогда не играла в куклы. Моё окружение было чисто мужским. Сашка, Стас – это ещё один наш друг по подъезду – и я были нерушимой тройкой и постоянно влипали в передряги, которые сами же и затевали. «Три брата-акробата» – так шутили над нами родители.
Детство быстро прошло. Когда настало время поступать в университет, отец выиграл конкурс стартапов, и мы уехали в США. С тех пор прошло около двух с половиной лет. И вот я снова в России – ради дня рождения Саши и ещё одной важной цели.
Ну, окей! Хватит трýсить! Раньше и не такое проделывала!
Мотивация – наше всё!
Такси уехало, а я всё стою, не шевелясь.
«Ну всё, давай, иди! Ради этого ты вернулась. И это первый шаг к цели».
Прошла метров пятьдесят и достигла дверей клуба.
«Рай в аду» – гласит надпись на вывеске. А название-то какое! Креативщики, блин.
Этот клуб Сашка открыл со своим другом. Он его сокурсник и, со слов Сашки, хороший, серьёзный человек. Надеюсь, это действительно так и этот парень станет таким же честным и надёжным партнёром, каким когда-то стал отец Сашки для моего отца.
Два амбала преградили мне путь:
– После двенадцати вход только по пригласительным. Сегодня особенная программа.
Достаю приглашение и протягиваю им.
Один из охранников читает, а после непонимающе переводит взгляд на меня, потом снова на приглашение, где чёрным по белому написано: «VIP». А значит – пропустить с почестями, проводить, облизать, показать и все подобные привилегии, которых удостаиваются самые почётные гости.
Его непонимание ситуации я расцениваю по-своему: скорее всего, у Сани в гостях девушки все модельной внешности и с выпирающими, где надо, формами.
А я такая девочка-пацанка. Без макияжа, сто шестьдесят пять сантиметров ростом, джинсы, кеды, белая футболка, кожаная курточка и рюкзак. Волосы всегда собраны во что-нибудь на голове, чтобы не мешали.
Но это всё не препятствует мне обладать приглашением на эту VIP-вечеринку.
Охранники обескуражены, а мне неприятно ощущать на себе их оценивающие и недоверчивые взгляды.
– Девочка, как ты заработала на такое приглашение?
Скептицизм читается на их лицах, а рты растягиваются в похабных ухмылках.
Терпеть не могу таких невежд! Поэтому я выхватываю из рук амбала своё приглашение, а другого грубо, насколько позволяет моя комплекция против его габаритов, отодвигаю в сторону и открываю дверь в клуб. Приглашение на руках, и охранники не вправе что-либо делать против моего вторжения на их территорию.
Захотелось сначала умыться, чтобы отделаться от ощущения грязи на теле из-за их взглядов. Такое чувство, что кожа грязная и горит. Поэтому следую по указателям в сторону уборной.
Я уже опоздала почти на час, думаю, ещё десять минут погоды не сделают.
В клубе, конечно, громко: играет музыка. Но что радует глаз – народу не так много. Можно спокойно пройтись и не натыкаться на встречных тусовщиков.
В уборной мою руки и ополаскиваю лицо. Смотрю в зеркало.
Что со мной не так?
Давно я так себя не рассматривала: оценивающе.
Да, внешность обычная, ничего броского, красивого или вызывающего нет.
Я всегда делала вид, что мне плевать на то, что меня сравнивают с другими девчонками, и к каким выводам приходят – мне тоже было параллельно. Но это только для вида. А на самом деле, конечно, я переживала.
Как и любая девочка, в душе я хочу, чтобы меня считали красивой. Ну, хотя бы милой. Но глядя сейчас на себя в зеркало, понимаю: единственное, что вызывает у меня мой внешний вид – жалость.
А это последнее, что бы я хотела видеть от окружающих.
Кожа у меня светлая от природы и без веснушек, поэтому «тоналкой» я не пользуюсь. Румян тоже не наношу. Не люблю наводить красноту щёк. Они у меня, когда надо, сами краснеют, впрочем, когда не надо – тоже.
С волосами возиться на данный момент я не готова. К тому же сейчас модно ходить с непонятно чем на голове. Буду современной девчонкой. Припускаю с двух сторон немного волос – это всё, на что я способна сейчас.
Надеваю свою куртку обратно, разворачиваюсь, чтобы уже покинуть уборную, как в неё входит парочка «голубков». Девушка и парень.
Стоп! Может, я ошиблась и зашла в мужской?! Иначе почему они тут?
Парочка не обращает на меня никакого внимания. Парень всеми возможными методами исследует руками округлости девушки, пытаясь оголить наиболее интересные участки, одновременно продолжая атаку на её рот. А девушка отвечает ему в поцелуе, но всё же менее активна, скорее, позволяет ему руководить процессом.