Бросок Кречета

Гнатьев, кажется, удивился. Не подал вида, но что-то такое мелькнуло на лице. Хе-хе, мы тоже умеем делать неприятные сюрпризы.
– Да, у клана Кречета есть друзья среди жителей техно, – нейтральным тоном ответил.
Друзья, скорее уж шпики на содержании.
– Подозреваю иногда вы делаете вашим «друзьям» небольшие денежные подарки. Это так?
К чести разведчика, он сразу сообразил куда ветер дует.
– Да, иногда мы благодарим и таким образом. В ряде банках Цюриха и Женевы открыты счета на подставные лица, чем мы изредка пользуемся.
– Вот и отлично. Наймите дополнительную охрану из частного сектора, только сделайте это тихо. Чтобы техно до самого прибытия не узнали об этом и не смогли подсунуть нам своих людей.
– Но они все равно будут техно.
– Если я правильно понимаю их социально-экономические взаимоотношения, подписав контракт такая охранная компания будет очень стараться защищать важного клиента, оправдывая свою репутацию. В противном случае их потом никто не наймет, – я откинулся на стуле. – К тому же, они будут охранять меня не от техно, а от людей Марго. Чем больше неучтенных факторов, тем труднее будет ей действовать.
В глазах Игнатьева мелькнуло уважение, он явно не ожидал такой прагматичности от завзятого гуляки и вертопраха, кем обычно меня считали.
Сразу скажу – совершенно оправданно. До этого мне дела никакого не было до высокой политики клана. Сейчас же все просто – мне хотелось жить, а потому приходилось напрягать извилины и вертеться. Подыхать из-за банальной лени казалось глупостью.
К тому же, я не верил, что кузина спятит настолько, что попытается меня убить. Но как правильно заметил Гнатьев: стоит учитывать все варианты. Лучше заранее подстелить соломки, чем потом падать на голые камни.
– Не скажу, что одобряю ваш план, ваша светлость, но я распоряжусь сделать соответствующие запросы, – Леонид Николаевич поклонился и вышел.
Я вернулся к изучению материалов по механоидам.
 
Глава 3
Вена. Европейский союз.
Неподалеку от Центрального вокзала.
Мобильный командный пункт службы безопасности. 08:45

Внутри заставленного дисплеями и оборудованием фургона не хватало свежего воздуха. Лоренцо устало провел рукой по лицу с недовольством покосившись на работающие компьютеры.
Стесненное пространство, духота и мерное гудение системных блоков, что может быть хуже для проведения целого дня?
– Сколько еще?
– Пятнадцать минут, – откликнулась Дженни.
Она и Лоренцо возглавляли операцию. Кое-кто наверху посчитал, что именно агенты Лоренцо Галеоти и Дженни Ринеро подходящие кандидатуры для обеспечения безопасности прибывающих клановцев.
Покосившись на безмятежную напарницу (девушка сидела в кресле, неотрывно следя за мониторами), Лоренцо незаметно вздохнул.
Симпатичная. Жаль слишком строгая. С такой не заведешь короткий романчик на пару месяцев, на первом месте всегда карьера. Глупости вроде флирта и быстрого секса в ближайшем отеле не для нее.
– Ознакомилась с материалами? – осведомился Лоренцо, хотя знал, что дисциплинированная красотка изучила документы по делу еще до официального брифинга.
– Да, – короткий кивок и ни малейшего желания продолжать бессмысленный с точки зрения хорошего службиста разговор.
Лоренцо шевельнулся в кресле, покосился на еще одного агента, выполнявшего роль оператора в другом конце фургона.
– Надо сказать, что до этого дня я не слишком интересовался кланами, – признался он. Помолчал, отслеживая реакцию, и продолжил: – Многое оказалось довольно интересным.
Снова многозначительное молчание, как безмолвное приглашение к дискуссии. Уловив порыв напарника и понимая, что так просто тот не отстанет, пока не получит хотя бы минимального отклика, Дженни с неохотой бросила:
– Другая психология, другая культура, другая этика и мораль.
Лоренцо удовлетворенно кивнул про себя. Ну хоть что-то.
– Да, другая этика и мораль, – вкрадчиво проговорил он, а затем коварно добавил, цепко следя за лицом девушки: – А ты знаешь, что они считают гомосексуалистов бесполезными? А трансгендеров у них и вовсе нет, потому что операции по смене пола не проводятся в принципе.
Он ткнул в уязвимые точки, так как знал, что исполнительная карьеристка Дженни рьяно поддерживала усилия по насаждению толерантного отношения к секс- и нацменьшинствам среди коллег. Как велели последние веяния в обществе.
Лоренцо постарался вырвать чересчур сосредоточенную на деле напарницу из зоны комфорта, и судя по реакции, у него это получилось – Дженни вздрогнула. Почти незаметно, но все же вздрогнула.
Галеоти было скучно, ему надоела выставленная на показ строгость Ринеро и раз флирт не сработал, то он решил перейти к другим средствам, чтобы растормошить чересчур серьезную партнершу по делу.
– Почему бесполезными? – против воли спросила Дженни.
Лоренцо с готовностью пояснил:
– Геи не могут давать потомства, а потому от них нет никакого практического толка. В среде, где кровь возведена в культ, это вполне объяснимо. Ведь магический дар передается через гены.
Он откинулся в кресле, заложив руки за голову и уставился в потолок фургона.
– У них вообще много странного. Слышала про социальный дарвинизм? Некоторые эксперты, изучающие кланы, говорят, что колдуны ярые поклонники этой теории. И в случае необходимости без всякой жалости избавляются от слабого в потомстве. Называют это – улучшить породу.
Дженни ужаснулась.
– Это же какая-то евгеника!
– Говорят, иногда Линия Крови засоряется и тогда ее безжалостно «очищают», – продолжал разглагольствовать Лоренцо.
Он вдруг выпрямился, с интересом взглянув на девушку.
– Ты же утверждала, что изучила материалы по делу.
Ринеро смешалась.
– Я думал это обычные преувеличения бюрократов из офиса.
Лоренцо пожал плечами. Такое тоже могло быть. В управлении любили смещать акценты в угоду нынешней конъюнктуре. Иногда что-то преувеличивая, иногда преуменьшая, в зависимости от проводимой политики руководства.
– Возможно да, а возможно и нет. У нас слишком мало достоверных источников на их территории.
Он с трудом сдержал зевок. В принципе, ему было плевать, байки все это или действительно правда.
– Кланы презрительно называют нас техно. Считают неполноценными, примитивными дикарями, чуть ли не варварами.
– Нас? – удивилась Дженни. Девушка воззрилась на него с таким изумлением, что Лоренцо захотелось рассмеяться.