Клан Тора.Тетралогия (СИ)
– Подан, проплачен, рассматривается, скоро дадут положительное заключение – никуда не денутся. Я тут уже присмотрела заводик по производству аккумуляторов для робокаров… – только что не поковыряла пальчиком в ладошке Мизуки.
– Ты еще наш основной заводик не освоила, а уже заришься на следующий, – укорил ее я.
– А вот как раз и освою и окуплю, – сказала она. – На основном будут делаться многие детали к супераккумуляторам, а на том – их собирать.
– Ты меня разоришь, – крякнул я. – Ладно, как получишь патент – запускай малосерийное производство, пусть народ распробует. По этой дуре что?
Я ткнул пальцем в голограмму.
– Ничего хорошего. Один выстрел за десять‑пятнадцать минут, дальность и убойность конечно будет выше, чем у обычной армейской винтовки, но все равно недостаточна. Если организовать с ее помощью покушение…
– То? – спросил я.
– Сложно, но можно. Но это для любителей неполовых извращений. Фургон с такой позволения сказать винтовкой не может не то что являться боевой единицей, это вообще для любящих трахаться в гамаке, стоя и в скафандре.
– А кто сказал, что мы будем его использовать? – ухмыльнулся я.
– А зачем тогда его красть? – вылупила глаза Хитоми.
– Для отвода глаз и хлебных крошек, – сказал я. – А вот стрелять будем из обычной гауссовки.
– Осталось только раздобыть эту пушку, – сказала она.
– А вот с этим проблем будет меньше, чем вы думаете, – Реми снова прижала палец к виску и на экране появился спутниковый снимок какого‑то полигона. – «Токуба» приступила к полевым испытаниям своей пушки на старом заброшенном артиллерийском полигоне Сил Самообороны, который сейчас используется дзайбацу для испытаний того, чего не испытать в лабораторных условиях.
– Под охраной?
– А вот и нет, – сказала Реми. – В связи с тем, что эта установка на данный момент практически бесперспективна, ее таскают на полигонные испытания с целью улучшить хоть что‑то и втюхать военным как перспективную.
– Ну еще лет сто им до нее ползти и ползти, – сказала Мизуки. – Пока не откроют пространственные структуры и не внедрят магообработку.
– Смотри, осторожней с этим, – сказал я. – Насколько я помню, супераккумуляторы тоже используют магически обработанные материалы.
– Ну есть вариант и с циклотроном. Правда, стоимость получается космическая, – сказала Мизуки. – И аккумуляторы поговнистее.
– Для местных и это сойдет, – сказал я. – А для вояк любая космическая стоимость – привычный распил бюджета.
– Если они американские или русско‑имперские. А для нас массовое производство вылезет в такую копеечку, что…
– Нам как‑то все равно, – пожал плечами я. – Теперь выбираем цель.
– Ну император теперь прочно засел дома, пока идет расследование покушения на него, – констатировала Реми. – Из дворца не выезжает.
– Что, совсем? – спросил я.
– Пару раз на вертолете вылетал, но там все плотно прикрыто. А сама вертушка напичкана РЭБ так, что никакое ракетное оружие не может его поразить. Как и используемые ими прицельные комплексы.
– Но вот к баллистическому оружию это не относится, – усмехнулся я.
– Да, к существующему метательному – нет, – кивнула Мизуки. – Может, и есть где‑то зенитный пулемет или авиационная пушка, но на его эшелоне он бесполезен. Практическая дальность и поражающая способность хромает.
– Но вот только не для винтовки Гаусса, – сказал я. – Ее дальность и поражающая способность – самое то.
– Малая масса залпа, – сморщила нос Мизуки. – Если работать по летящему вертолету…
– Ну мы это уже проходили, – сказал я. – А если работать по стоящему?
– По стоящему проще. И как раз за охранным периметром. Хочешь просто напугать?
– До мокрых штанов. Но мне нужны хорошие спецэффекты.
– Могу немного разогнать пулю быстрее обычного, – Мизуки потапала по планшету.
– Ну и что вам неймется? – хихикнула Хитоми. – А зачаровать пулю не пробовали? Что‑то вы все забыли, попав в прошлое.
– Точно, – мы переглянулись с Мизуки. – Распад, шестой уровень.
– Ну наконец‑то дошло, – принялась троллить нас Кошка.
– А ты не забыла, что на мультигиперзвуковых скоростях заклинание может сорвать за счет деформации пули, и что это запрещено делать всеми правилами техники безопасности?
– Кто не рискует, тот не пьет стекломой, – сказала она. – У сэмпая остались в магазине еще старые пули оттуда, на них заклинания точно должны удержаться. Кстати, кто‑то обещал пополнить боекомплект?
– Завтра возьму с завода, там один автомат как раз настроен на их изготовление. Конечно не обедненный уран, но вольфрам, немного похуже.
– Давай, – кивнул я. – Попробуем. И, кстати, ты можешь сделать какое‑то подобие гауссовки для внутреннего пользования?
– Ну если очень хорошо постараться… Конечно будет не такая прецизионная вещь, как эта, похуже. Но будет, – уверенно заявила Мизуки. – Главное, чтобы технологии не ушли налево.
– Ну уж постарайся, – сказал я. – Тем более, технологии без магии – ничто, при всем их желании.
– Хорошо, – кивнула она. – Комплектующие, какие можно, сделают на заводе, а вот какие нельзя – сама сделаю в нерабочее время.
– Ну вот и договорились. Значит, просто взрываем вертолет императора. Реми, рассчитаешь позиции для прямого выстрела за охранным периметром? Так, чтобы вертолетная площадка была открыта?
– Уже, – на план‑карту легли три линии, заканчивающиеся за периметром, но сходящиеся точно в одну точку – цель. – Три позиции. Выбирайте любую.
– Ну это мы выберем уже на месте, – я взял со стола ключ‑карту от робокара. – Поехали?
– Мне это место не нравится, – сказала Хитоми, обозревая окрестности в бинокль с дальномером.
– Почему?
– Сэмпай, ты доверяешь моей интуиции? – она повернулась ко мне. – Она у меня все‑таки ёкая, не человека.
– Да, Хитоми, – я действительно ей доверял целиком и полностью.
Ищущей она не была, но каждый раз, как Кошка говорила «нет», ее авторитет был неприкасаем. Кто ее знает, какие генетические модификации этому способствовали, но попадала она всегда в сотку.
– Ну тогда пойдем обратно, – она поползла к фургону.
– Что тебе не нравится? – спросила ее Мизуки, ждущая нашего возвращения в фургоне и мониторящая общую обстановку.
– Я не могу это объяснить, – сказала она. – Вот нет – и все, а что именно – не скажу.
– Ну до следующей позиции переться еще десяток километров, – вздохнула та.
– Ничего не поделаешь, – я выпрямился и стряхнул прилипшую землю с джинсов. – И еще третья позиция, и ее мы тоже обследуем.
Ну это как всегда – гладко на бумаге, а вот на местности совершенно другое дело. Мало того, позиция должна быть желательно закрытой, с хорошими и легкими маршрутами отхода. А тут – поле пожухлой, когда‑то зеленой, а теперь бурой травы, и даже без дорог общего пользования, которыми пользуются местные пейзане.
– Поехали, – я взобрался в кабину фургона и нажал кнопку маршрута.
– А вот это мне нравится больше, – сказала Хитоми, когда я остановился в следующей точке маршрута.
– Чем?
– Ну, во‑первых, вон те деревья, – она показала рукой на росшие островком клены с еще не облетевшей, но уже рыжей листвой. – Туда очень хорошо зайдет уворованный фургон.
– Принято, – кивнул я.
– Во‑вторых, тут есть подъездная дорога, и довольно неплохая, – она топнула ногой в коркоране по грунтовке. – Я думаю, эвакуация будет на кроссовых байках?
– Украдем, – согласно кивнул я. – Тоже принято.
– И в третьих…
– Тут неплохая позиция для стрельбы, – закончила за нее Мизуки. – Особенно если стрелять с крыши фургона.
– Только не под деревьями, – сказала Кошка. – От ударной волны всю эту листву снесет к ёкаевой матери.
Мизуки насмешливо посмотрела на нее – уж могла бы и не говорить, и так все понятно.
– И так понятно, – озвучил я ее ответ. – Потом под деревья отгоним.
– Ну теперь осталось осмотреть третью позицию, хотя эта мне очень нравится, – она посмотрела в монокуляр с наложенным на него заклятием Зоркости. – Все очень хорошо видно, препятствий на пути нет. Да и птиц с насекомыми я здесь не вижу.