П-П 7 (СИ)
Игорь видел, как биранцы в спешке поднимают якоря и начинают ставить паруса. В магозрении ярко светились защитные артефакты судов. Только, чем они помогут против напалма?
Землянин оказался на носу «Гирфеля» ровно в тот момент, когда стреломёт новой попаданческой конструкции произвёл первый в этом мире боевой, не тренировочный зажигательный выстрел. И промазал. Болт не долетел совсем чуть-чуть, но ведь в сражении чуть-чуть не считается.
– Эх, мазила, – с издёвкой произнёс появившийся позади расчёта баллисты граф Приарский, однако, тут же подбодрил, – Не тушуйтесь. Давайте в темпе следующий, а то Гипник на «Налиде» всю славу себе припишет.
В отличие от стрелы, выпущенной с флагмана, с каравеллы, где за командира и наводчика стреломёта был самый остроглазый из янычар старший сержант Гипник, выпустили болт точно в носовую надстройку биранского фрегата.
«Гирфель» и «Налида» шли параллельным курсом по обе стороны от только что выбравших якоря вражеских кораблей, стоявших в один ряд на расстоянии меньше сотни метров друг от друга.
Наличие на борту иск-магов облегчало маневрирование и позволяло не «ловить ветер», как мучались моряки парусного флота на Земле.
– Да хотел чуть выше ватерлинии попасть, чтобы не сразу заметили, но…, - начавший оправдываться сержант заметил, что на вражеском корабле подняли первый, главный парус, – Господин, может направить на реи?
– А давай, – махнул рукой граф Приарский и подошёл к фальшборту.
Едва номер расчёта зажёг запальную промасленную ветошь, как стрела сорвалась с ложа и полетела в биранца.
– Есть! – радостно вскрикнули артиллеристы.
Работали парни споро. Сказать, что баллиста строчила как пулемёт было бы преувеличением, и всё же один выстрел в полторы-две минуты расчёт обеспечивал. Игорь не удивился более эффективным показателям его действий, чем ранее на тренировках. Так часто бывает.
К тому времени, когда оба гирфельских корабля прошли мимо первого из биранских фрегатов – был ли это флагман, сразу не скажешь, все три судна походили друг на друга как яйца в одной упаковке на полке супермаркета – этот корабль уже горел свечкой, и усилия явно неполного экипажа по тушению пожара ни к чему не приводили.
Правда, при этом баллиста расстреляла почти половину боезапаса. И это при том, что враг был застигнут врасплох.
На будущее Егоров поставил себе в памяти зарубку, что стреломётов и напалма должно быть больше, и то, в ряде случаев, избежать абордажных схваток вряд ли получится.
Когда первая стрела с борта «Гирфеля» полетела к следующему фрегату, третий биранский корабль, уже распустивший больше половины своих парусов, капитан которого смог быстро оценить происходящее, вывалился из строя и набирая ход направился к «Налиде», стремясь перевести бой между кораблями в сражение команд на мечах.
Даже не полный экипаж биранского фрегата численно превосходил моряков каравеллы. Этим и руководствовался враг, рассчитывая хотя бы на локальную победу.
– Траннер! – прокричал в рупор – изготовленную семь дней назад на скорую руку прогрессорскую поделку из бронзы – адмирал, – Выводи «Налиду» из боя! Уходи за меня!
И так зычный голос баронета Оплина Хита, будучи усиленным примитивной приспособой, разнёсся далеко над водной гладью, наверняка изумив и своих, и врагов.
Впрочем, дело-то было не в удивлении, хотя Александр Васильевич Суворов в «Науке побеждать» утверждал: «удивил – победил», главное, что капитан Траннер услышал команду и вовремя её выполнил, сразу же резко сменив курс на флагман.
При этом с «Налиды» продолжали нестись стрелы с напалмом в сторону второго фрегата, как и с борта «Гирфеля».
Вскоре атакованный биранский корабль горел также ярко, как и первый – там команда, потеряв надежду сбить плямя, в спешке грузилась в шлюпки – а оставшийся, бросив попытку абордажа каравеллы, попытался развернуться и удрать.
Под ногами опять качнулась палуба, и в свете уже двух лун – Игорь только сейчас заметил восход второй, время быстро пролетело – большой камень сильно перелетел вражеский фрегат, упав на пути его отхода.
– Маршал, – сзади раздался запыхавшийся голос юнги, – Адмирал спрашивает, может всё-таки взять приз?
– Приз? – машинально переспросил попаданец.
Вообще-то ни про какие трофеи накануне разговоров не велось. Граф Приарский полагал главным уничтожить вражеский флот. Однако, сейчас, когда дело уже сделано, можно и решить по другому.
Ведь если вернуться не просто с победой, а ещё и с захваченным большим фрегатом, тогда ему от супруги и венценосной подруги меньше достанется ругательных слов. Победителей не судят.
Егоров посмотрел в сторону гавани, где ярко горели вражеские корабли, а гирфельские галеры и парусники – первые помогли вторым быстрее выполнить их часть задачи – уже начинали вытягиваться на внешний рейд.
– Это, да, это, биранский корабль, адмирал предлагает…, - растерялся от вопроса великого, прославленного маршала юнга.
– Я понял, – улыбнулся Игорь, – Передай, что я согласен.
Спустя всего пару-тройку минут «Гирфель» показал свои преимущества в скорости, наполнив все свои паруса Воздушным Потоком.
Биранцы быстро поняли, что шансов уйти у них нет, и начали ложиться в дрейф.
Глава 23
С адмиралом и его эскадрой Игорь расстался на том самом месте, где происходила высадка десанта.
Флот свою задачу выполнил и теперь возвращался в гавань Гирфеля, с победой и трофеем.
– Я твою просьбу помню, Оплин. Обязательно ещё раз переговорю с женой про младшую, – пообещал попаданец, подходя к верёвочному трапу, сброшенному с борта флагмана в шлюпку.
С кораблей эскадры все внимательно следили за тем, как их покидает командующий. Мнение о том, что, где граф Приарский, там успех, после похода к Бирану и уничтожения вражеского флота ещё более укрепилось.
Адмирал настаивал на том, чтобы усилить охрану маршала сборной командой из экипажей кораблей, но Игорь отмахнулся – идти недалеко, солнце ещё только перевалило зенит, а пятёрка янычар сопровождения вместе со своим господином стоят в лесу доброй полсотни вояк.
Графов Майена и Тэга попаданец нашёл на восточной стене, генералы обсуждали защиту этого участка, где высота городских укреплений была самая низкая. Здесь до самого леса протянулось болото, и экономный подход градостроителей имел свою логику.
– Вы здесь всё закончили? – поинтересовался землянин у соратников после взаимных приветствий и объятий, – Поехали тогда к Хмельной горе. По пути расскажете, как у нас с вами дела.
За те два с лишним часа, что Игорь осматривал строящиеся и уже построенные на лесной дороге и тропах вдоль горного склона укрепления, он с удовлетворением констатировал, что пути прохода биранскому войску перекрыты весьма надёжно.
Виконт-наследник конечно может провести свои полки лесом, но только если побросает обозы и раненых, как Наполеон, когда бежал от Москвы, а такое не в привычках здешних полководцев, это почти приравнивалось к поражению, да по сути им и являлось.
Значит, Ванитену придётся или штурмовать Гжар, или пробиваться через мощную полосу заграждений, которая уравновесит возможное численное превосходство биранцев.
– Может что-то нужно переделать? – спросил Майен уже на обратном пути в город.
– Зачем? – попаданец сместился влево, ближе к Тэгу, чтобы объехать вдоль деревьев большую лужу. Дожди накануне прошли обильные, – Надо лишь завершить, довести до ума то, что начали. И у нас многое будет зависеть от того, как пойдут дела под Варом. Какие новости от Лойма? Он кого-нибудь присылал?
– Мы и сами с графом поочерёдно у него побывали, – ответил Тэг, – Вчера вечером капитан Гарки здесь появился. Рассчитывал тебя застать.
– И что у них нового?
Кавалькада во главе сразу с тремя графами – не часто такое бывает – выехала из леса на тракт в паре сотен метров от городских ворот и ускорила движение.
Со слов генералов биранцы уже пришли к Вару всем войском и взяли его в плотную осаду, однако, пока никаких попыток штурмов не предпринимали.