Легенда о яблоке. Часть 2

– Надеюсь, твоя рана – это не криминальные разборки?
– Я никогда бы не втянул в это вашу крестницу,– искренно ответил Алекс.
– Я так и думал. Просто решил убедиться. Поправляйся.
– Вот вода,– вышла из ванной София.
Она помогла ему приподнять голову и поднесла стакан к губам. Алекс жадно выпил и признательно моргнул девушке. Она тепло улыбнулась и опустила его на подушку.
– Я скоро вернусь.
– Я буду ждать…– прошептал Алекс.
Софию смутила такая трогательность в его голосе. Это выглядело совсем по-настоящему, искренно, будто они были знакомы и близки много лет. На одно мгновение черты ее лица смягчились, но, когда она опомнилась, снова приобрели прежнюю строгость.
– Замолчите уже. Вам нужно беречь силы. Спите!– повелительным тоном сказала София и поспешила за Беном в коридор.
Они спустились в холл. Лили с чашкой кофе задумчиво расхаживала по гостиной.
– Останешься на кофе?– спросила София Бена.
– Нет. Меня ждет Хелен. Пора ужинать. Кстати, не забудь покормить Алекса. Одной водой сыт не будешь.
– Я совсем забыла про еду,– озадачилась София и взлохматила волосы на макушке.
– Не тот ли это Алекс, о котором мне рассказывала Хелен?– прислушавшись к разговору, поинтересовалась Лили.
– Да, именно тот,– подтвердил Бен.
– О чем вы?– сердито спросила София.
– Хелен поделилась, что видела тебя в компании прекрасного молодого человека. Я бы хотела знать больше, но ты совсем забросила свою крестную.
– О каком большем ты говоришь, крестная? Это всего лишь коллега,– с притворным равнодушием ответила София и мельком взглянула на Бена.
По его взгляду и еле заметной улыбке она догадалась, что крестный был наблюдателен больше, чем ей этого хотелось бы, и он знал о ее тайном увлечении, как бы она ни убеждала всех в своем равнодушии к мужчинам.
– Спасибо, Бен. Не говори ничего маме. Она, как всегда, будет волноваться, а ей это ни к чему,– попросила София.
– Ты же знаешь, что я не умею лгать твоей матери…– сказал Логан.
– Хорошо. Тогда не всю правду, а только самую малость? Ну, пожалуйста?!
Тот мягко улыбнулся и притянул девушку к себе.
– Эх ты, Фисо… Не бойся, с нами будет все в порядке и с твоим обожателем тоже. За него не бойся. Дня три пусть отлежится, а потом посмотрим. Звони, если что…
София приникла к теплой щеке Бена лбом и благодарно обняла его.
– Я люблю тебя, крестный! Передай маме и Лин привет.
– Обязательно. До свидания, Лили,– попрощался Логан и вышел из квартиры.
– Так это твой обожатель?– заинтригованно произнесла Лили и обняла племянницу со спины.– Раньше ты доверяла мне все свои тайны?
– Бен пошутил. Ты же его знаешь!– отговорилась София, не желая заводить разговор на болезненную тему.
Крестная развернула девушку к себе лицом, легонько встряхнула за плечи и ласково улыбнулась ей в лицо:
– Эй, моя хорошая, я не причиню тебе боли!
Глаза Софии замерли на одной точке, и сама она задержала дыхание. Сердце тоскливо сжалось.
– Когда Бен зашивал рану, я заглянула в дверь и увидела этого мужчину. Он красавец, это не скроешь! Но знаешь, что я заметила? Он смотрел на тебя, будто в тебе черпал силы перетерпеть боль.
– Ты ошиблась…
– Или ты?
– Я его не люблю!
– Ну да, именно это я и прочитала в твоих глазах,– не стала спорить Лили.
– Ты ничего не понимаешь… Это просто помощь человеку…
– Разве я спорю?
– Ты мне не веришь!– дрогнувшим голосом с досадой ответила София.
– А ты себе веришь?
София раздраженно вздохнула, но ничего не ответила.
– Однажды кто-то сказал мне, что никогда не откажется от любимого человека. Это были только слова?
– Это были слова незрелой, наивной девчонки.
– А много ли воды утекло? Ты еще так молода, чтобы отказываться от любви… Но не мне тебя убеждать. Ты сама себе властелин.
Лили погладила девушку по плечу и отошла от нее.
– Я буду на кухне, если что-нибудь понадобится. Кстати, уже восьмой час, ты собираешься кормить красавчика ужином?
София смущенно улыбнулась. Ей нравилось, что Ахматов вызвал у Лили приятное впечатление, хотя что она могла разглядеть в мужчине с одного только взгляда и то издалека. Софии вспомнились и другие мнения об Ахматове, и все они были одинаково положительны, если не вспоминать о Жанне Фурье. Даже Брэд, предостерегая ее от легкомыслия, всегда подчеркивал достоинства друга. И она сама не слышала ни от кого бы то ни было жалоб, претензий и возмущений в сторону Ахматова. Его авторитет среди известных ей людей был непотопляем.
Неожиданно в животе заурчало, и София подумала, что еще сама не ужинала и проявляла невнимательность к гостю. Она вошла вслед за тетей в кухню. Лили была прозорлива. Она составляла на широкий поднос ужин для гостя. София заметила, что крестная выкладывает все в двух порциях, и вопросительно вскинула брови.
– Думаю, что ты захочешь поужинать вместе со своим гостем?– заботливо предположила Лили и понимающе подмигнула.
– Это необязательно.
– Держи поднос и иди. А то ужин остынет,– подтолкнула Лили крестницу.
Девушка взяла в руки поднос, вдохнула аппетитный запах еды и, благодарно кивнув, понесла ужин наверх.
София вошла в коридор второго этажа и остановилась, морально настраиваясь войти к Алексу. Мельком взглянув в приоткрытую дверь спальни, она вдруг увидела, что Алекс разговаривает по мобильному телефону. Она крепко сжала поднос в руках и на носочках, чтобы ничего не выронить и не зашуметь, шагнула ближе к щели и, склонив голову, услышала голос Ахматова:
–…Мне нужно как минимум три дня… Семейные дела, ты понимаешь. И к тому же у меня грипп… Что? Нет, в больницу мне не нужно, все в порядке, у меня самая потрясающая сиделка…
София отклонилась и, прижавшись к стене спиной, довольно улыбнулась.
– И, пожалуйста, Джулия, разгреби кипу бумаг у меня на столе… Там нет ничего ценного, а на все полезное я дал резолюцию – просто отдай в приемную Фарлонга… Спасибо тебе… Ты славный друг!
София не стала больше медлить, так как в ее животе заурчало так, что это могли бы услышать и на другой стороне улицы, и, повернувшись к двери, толкнула ее коленом.
– Овсянка, сэр!– озорным голосом сказала она, входя в комнату.
Ахматов усталой рукой опустил телефон на постель и ласково улыбнулся.
– Ты читаешь мои мысли!