Легенда о яблоке. Часть 1

«Это хорошо, что я оказалась здесь, а не дома,– подумала София.– Не хватало мне еще маму огорчить»…
***
– На сегодня достаточно!– удовлетворенно воскликнул Кроу, пожимая руку Ахматову.
– А как насчет отдыха?– подмигнул Алекс.
– С меня хватит. Тем более что у тебя еще свидание с Джулией, а мне нужно посмотреть еще несколько договоров.
– Как знаешь, но подруга Джулии будет очень скучать,– улыбнулся Алекс.
– Тебя и одного на двух хватит…
– Ты знаешь: я не встречаюсь с двумя одновременно!
– Зайдешь ко мне, чего-нибудь выпьем?
– Нет, хочу принять душ и переодеться,– отказался Ахматов.
– Звони, если у Фарлонга возникнут вопросы по поводу второго и седьмого пункта соглашения,– махнул рукой Брэд и сложил бумаги в кейс.
Они пожали друг другу руки. Кроу вышел из машины Ахматова и медленно пошел по длинному коридору подземной парковки к лифту. Сотрудничество его департамента с ФАМО продвигалось успешно. Все стороны были практически согласны с договором о курировании всех банковских операций в пределах штатов, и теперь можно было расслабиться на несколько недель, чтобы приступить к решению других задач.
У лифта Кроу встретил соседей из квартиры над ним и дружелюбно поприветствовал их. В лифте мать семейства строго поучала семилетнего сына и трехлетнюю дочь, как нужно вести себя на людях. Брэд с тоскливой улыбкой наблюдал за детьми, которые были озабочены только своими шалостями и совершенно не воспринимали слова матери.
Маленькая девочка обернулась и взглянула на него большими любопытными глазами и улыбнулась доброй улыбкой, а пока мать смотрела на ее брата, украдкой ткнула маленьким пальчиком на красную кнопку пульта лифта. Раздался сигнал, и лифт остановился. Мать возмущенно закричала на дочь. Брэд весело засмеялся, узнав в девочке маленькую Фисо.
– Извините ее, она такая непослушная,– сказала женщина.
– Совсем, как стрекоза,– проговорил Кроу.– Не волнуйтесь, это как раз мой этаж.
Кроу попрощался с соседкой и ее детьми и вышел из лифта.
Идя по коридору к своей квартире, он неторопливо искал ключи от двери. Боковым зрением Брэд заметил темный силуэт у его квартиры.
На полу согнувшись в три погибели, обняв колени руками и спрятав голову между ними, сидела девушка. Она не реагировала на приближающиеся шаги, не открывала лица, не шевелилась.
Освещение в коридоре не позволило четко разглядеть девушку, но интуитивно Брэд замедлил шаг и присмотрелся. Ее спутанные волосы на затылке и телосложение показалось до боли знакомым.
– Фисо?– неуверенно окликнул Брэд.
Девушка тут же выпрямилась и подняла на мужчину большие печальные глаза.
– Привет, Брэд,– глухо ответила София и посмотрела на него с еще большей тоской.
– Эй, стрекоза, что ты здесь делаешь?– удивленно и настороженно, но ласково спросил Кроу и присел на корточки рядом с сестрой.
– Я тут жду тебя,– дрогнул ее голос.
Брэд почувствовал неладное, взял сестру за руки и поднял с пола. Она склонила свою голову ему на плечо, и они вместе вошли в квартиру.
Брэд бросил кейс и пиджак на пуфик в холле и повел Софию в гостиную.
– Садись. Что случилось?
Он усадил ее на диван, а сам, заглядывая в глаза, присел перед ней на колени.
– Хочешь, пойдем на террасу? Там свежий воздух…
Девушка окинула лицо брата тревожным взглядом, оно было такое красивое, родное, доброе и понимающее, и отрицательно покачала головой.
– Я пришла, потому что не знаю, что делать… Сегодня со мной случилось что-то невероятное, невообразимое… Я даже не в состоянии объяснить причину…
– Тебя кто-то обидел?– догадливо спросил Кроу с готовностью наказать обидчика, и его брови угрожающе сдвинулись.
София засопела в преддверии слез и сглотнула. Затем она в подробностях изложила все произошедшее с ней. Пока она говорила, ее дрожащие руки невольно смахивали с колен несуществующие «влажные пальцы Спейси». Лицо Софии передергивалось от каждого мерзкого воспоминания нескольких минут, проведенных в кабинете с преподавателем.
Лицо Брэда медленно темнело и в конце стало почти каменным. Зрачки сузились от негодования, и только крепкое самообладание не позволило ему показать, насколько его задело оскорбление и унижение сестры. Но мужчину так и обдавало жаром от немедленного желания наказать обидчика.
София высказалась и закрыла лицо ладонями. Брэд молчал. Гнетущая тишина в комнате навевала безвыходность и страх.
– Бедная моя девочка!– наконец вымолвил Кроу и мягко коснулся тыльной стороны ладони сестры.
– Ты только никому не рассказывай,– попросила она.– Это так гадко!
– Конечно, нет. Но ты хоть что-то предприняла?
– А-а, все безнадежно. Там круговая порука,– отчаянно всхлипнула София.– Не понимаю, почему везде в новостях кричат о судебных исках о домогательстве, а тут просто беспредел?
– Если бы я мог, я придушил бы этого негодяя собственными руками!– сквозь зубы выдавил Брэд и поднялся с колен.
Заложив руки за спину, он медленно прошел к окну и задумчиво устремил взгляд куда-то вдаль.
– Я больше ни к кому не могу пойти. Крестный занят своими делами, мама и Лин слишком устали от своих проблем. Не хочу их беспокоить. Мама так довольна мной – хоть у меня все складывается хорошо… складывалось… До сих пор не могу поверить, что со мной такое произошло. Чем я ему не угодила?– подавленно продолжила София.
– Это действительно сложно понять. Но уверен, что дело не в тебе, а в грязном подонке, который осмелился прикоснуться к тебе,– негодовал Брэд и решительно сжал пальцы в кулаки.
– Это такая низость! И из-за чьих-то неудовлетворенных инстинктов я могу вылететь из университета! Это дикая несправедливость!– с горечью воскликнула София и прижала колени к груди.– Сейчас он, наверное, уже рассказал свою версию себе подобным и смеется над победой. А я даже не смогла заявление на него подать… Самое противное в этом, что мою жалобу проигнорируют и меня же выставят виновницей… Наверное, я неудачница…
– Верно. Нет доказательств – нет и дела. Ничего, жизнь его накажет так, что мало не покажется!– уверенно заявил Кроу, будто судьба Спейси была в его руках.
– Как же – накажут таких!– засомневалась София и отчаянно закопалась в подушки дивана, укрываясь от страшных мыслей о завтрашнем дне.
Кроу не на шутку был разозлен. Будущее и репутация его сестры были под угрозой. Он понимал последствия ее активных действий против преподавателя: шум, сплетни, испорченная карьера, недоверие – но опускать руки не собирался. Фисо была беззащитна и малограмотна в юридических вопросах – судебные разбирательства только отрицательно скажутся на ней. А то унижение и публичный скандал, который ей придется пережить, тоже стоили бы немало. Нельзя было допустить, чтобы безупречная характеристика девушки к завершению университета были перечеркнуты одним вопиющим случаем.