Свадьба без брака, или в Пекло эльфов!

— И что теперь? Раз никто не знает языка, страницу нельзя перевести?
— Можно. Но понадобится время.
Великолепный снова раскинул руки и зашевелил пальцами, призывая нужную книгу. Та прилетала. И оказалась словарем. Я удовлетворенно улыбнулась. Хоть какой-то просвет. И никаких бабок-переводчиц не нужно. Можем и сами управиться.
Однако дело пошло так себе. Великолепный засел за перевод. Я искренне пыталась помочь, но, как быстро выяснилось, я только мешаю. Мол, Их великолепие сами быстрее справятся. Я понимала, почему он злится. Язык был странным. Все слова — сплошные существительные. Так что о смысле в каждом предложении еще следовало догадаться.
— Ладно, справляйся сам, — согласилась я, постаравшись не злиться в ответ. Мы в одной лодке, в конце концов. — А я пока посплю.
— А стоит? — муж оторвался от словаря. — Вдруг не проснешься?
— Типун тебе! — не сдержалась я. — Тоже мне пророк!
— Ну, я бы не рисковал.
— Отлично. Значит, пойду, погуляю. На свежем воздухе. Сам смотри не удрыхни тут на древних книжках.
Я ушла. Под ворчание мужа. И даже не обернулась. Может, ему, правда, будет спокойнее одному. Да и остальных не помешает проверить. Что эльфийки, что Бен — все проблемные. Мало ли что выкинут в наше отсутствие.
Ламия и Мирана нашлись на прежнем месте. Первая спала на каменных плитах в обнимку с ненаглядным Корнелием. Вторая сидела и хмуро взирала на звездное небо, будто пыталась там что-то вычитать.
— Где Бен? — спросила я, не застав фальшивого мужа.
— Кто? — Мирана не отрывала взгляда от неба.
— Маг. Тот, что пришел с нами.
— Ушел.
— Куда?
— С чего бы мне это знать? Я ему не нянька.
Я представила, как откручиваю им головы. Сначала Миране. Потом Бену. Надо было запереть его в освободившейся камере Корнелия. Всем было бы спокойнее. Понятное дело, что в лес он выйти не рискнет. Не в туман. И не посреди ночи. И всё же, черти знают, что способен натворить. Обворовать эльфов, к примеру. А мне потом отвечать придется. Хватит с меня долгов!
Я отправилась на поиски, но к успеху они не привели. Город — на то и город, пусть и находится посреди леса. Территория огромная. Домов сотни. Паразит может быть где угодно. И делать всё, что вздумается: грабить, пакостить, дрыхнуть. Ладно, если последнее. Я бы вообще не возражала, если б гад ползучий погрузился в вековой сон. Всё равно проклятие с него снять не могу, а он не отстанет.
Мне, признаться, и самой хотелось прилечь и подремать хотя бы пару часиков. День выдался насыщенным. И долгим. Требовалось восстановить силы. Но я побаивалась спать. Вдруг Великолепный прав. Уснешь и не проснешься. Однако и ноги меня едва держали. В качестве компромисса я устроилась на скамейке. Села прямо, чтобы не задремать ненароком. Но сама не заметила, как навалилась на спинку и съехала по ней, закрыв «по дороге» глаза…
Приснилось нечто странное. Я снова бродила по эльфийскому города. Но вокруг никто не спал. В городе вообще не осталось ни души. Ни единого эльфа! Не то они покинули место обитания, не то вымерли. Но меня отчего-то это не волновало. Я пребывала в состоянии полудрёмы. Бродила и бродила, едва ли понимая, что происходит. Все эмоции притупились. Я словно оказалась обречена на вечное хождение по пустому тихому городу. В одиночестве. Без цели.
— Ну, и долго это будет продолжаться?
Это спросила каменная богиня с постамента. И сей факт почему-то совершенно не удивил.
Я только плечами передёрнула.
Мол, брожу и брожу. Мешаю, что ли?
— Пора решать проблемы, ведьма-эльф.
— Проще сказать, чем сделать, — я села на каменные плиты и посмотрела на неживую богиню вопросительно. Что значат ее слова? Это желание помочь? Иль задеть?
Обращение, как ни странно, меня не обидело. Ну да, ведьма. И эльф тоже. Как ни отбрыкивайся. Кровь ведь — не вода. Коли течет по венам, куда не денется.
— Проще сказать, — передразнила меня древняя богиня. — Вот и не говори. Делай. Всё в твоих руках. И только в твоих. По праву рождения.
— Но я не понимаю…
— Так пораскинь мозгами! — богиня ударила по постаменту каменным посохом. — И делай!
— Да в пекло! — выругалась я, открывая глаза и… заорала. Истошно.
Ибо надо мной навис Бен с ножом в руке.
— Вставай, — прошипел он, а лицо перекосилось от ненависти. — Хватит юлить, Вэллари. Снимай с меня проклятие. Сейчас же!
— Слушай, а ты в курсе, что здесь моя магия не работает, — сон как рукой сняло, а голова заработала. — Пока мы в городе, проклятие не снять.
— Так придумай что-нибудь! Немедленно!
— Но… — начала, было, я и замолчала. Ибо заметила странный блеск в глазах Бена.
Фальшивый муженек выглядел не совсем здоровым. Или слегка помешанным. Это уж кому как больше нравится. Может, прогулки в тумане так подействовали? Вон, эльфы из армии Корнелия теперь только и делают, что еду и горячительные напитки у жителей долины выпрашивают. А еще недавно воинами считались.
— Исправляй! — завопил Бен, а глаза, впрямь, стали бешеными.
— Ладно-ладно, — я выставила ладони вперёд. — Сейчас всё исправлю. Без паники.
Я поднялась со скамьи, поправила перекосившийся подол. А сама пыталась срочно придумать, как отвлечь Бена и сбежать. Колдовать я не в состоянии, а у него нож.
Это плохо. И чертовски опасно.
— Расскажи, как проявляется твоё проклятие, — попросила я.
— Будто ты не знаешь! — вспылил он, и холодное оружие оказалось еще ближе к моей шее.
— Не знаю. Со всеми это по-разному случается.
Нож в руке Бена заплясал сильнее прежнего. Вот-вот порежет.
Однако ответ я получила:
— Неудачи! Сплошные неудачи! Лошадей купил, так они больные оказались! А прежний хозяин помер! И наследников не оставил! И деньги потратил! Спрашивать было не с кого! Решил я девушку на свидание в модный ресторан сводить, так она косточкой из фирменного блюда подавилась! А другая в парке с лестницы упала и ногу сломала! Что бы я ни делал, всё выходит боком. Всё-всё! И это твоя вина, Вэллари! Может… может… — он задумчиво наклонил голову набок. — Может, мне тебя убить? И тогда проклятие само снимется?
— Э, нет, — поспешила заверить я. — Коли я отправлюсь к предкам, ты никогда от проклятия не избавишься. Так и проживешь с ним до самой смерти.
Даже врать не пришлось. Ведьмовские чары именно так и работали. А уж если обагрить руки кровью ведьмы, так и всем потомкам мучиться придется, пока род не вымрет.
— А мне очень хочется, понимаешь? — объявил Бен. — Убить тебя.
Он сделал ко мне шаг, и я плюхнулась обратно на скамейку.