Сдавайся, крошка!

А пока…
Достаю из кармана телефон, быстро нахожу в нем камеру — два нажатия кнопки, и фото Гордея со стаканом янтарной жидкости в руке уже в моем смартфоне.
— Не угомонишься, — прячу телефон в карман, — завтра эти фотки я отправлю в олимпийский комитет.
— Ты… — улыбка резко сползает с лица парня, а глаза постепенно округляются и наполняются кровью.
— А заодно и в федерацию бокса, — добавляю, чтобы окончательно поставить этого беспредельщика на место.
Да, я тоже умею играть не по правилам, хоть от моего поступка на душе тошно. Прямо воротит меня от всего этого, но ведь Гордей начал первым. Даже договориться нормально не пытался, а сразу угрозы, шантаж, какие-то дурацкие предупреждения.
— Хорошая девочка решила поиграть в стерву? — со злостью выдает, но я не реагирую.
Наоборот, разворачиваюсь и направляюсь к себе в комнату, на ходу бросая:
— У тебя десять минут!
— Ты не сделаешь этого! — кричит мне в спину.
— А ты проверь, — ворчу себе под нос, заходя в комнату.
Закрываю дверь, прижимаюсь к ней спиной и медленно сползаю на пол.
Не нервничать… Не нервничать… Не нервничать…
Тебе нельзя, Полина!
Я не успеваю даже толком сесть на пол, как теряю сознание…
    
Глава 6
 
Гордей
— У тебя десять минут! — кричит, не оборачиваясь, и делает мне ручкой.
Вертихвостка, черт бы ее побрал, но какая же она секси, когда злится. А я раньше и не замечал, хотя раньше я и не выводил Полину из себя. Крепкий орешек, так долго держалась, но мы и не таких раскалывали.
Что ж, крошка, это только начало. Лучшее, что ты можешь сделать — сдаться. Завтра сказать адвокату, что не готова выполнить условия завещания, и мы заново обсудим все условия по договору.
— Ты не сделаешь этого! — кричу ей в спину и отпиваю из стакана…. холодный чай.
«Кстати, а разве можно спортсменам пить?» — тут же в памяти всплывают слова девушки с явным намеком на алкоголь, а я лишь веселюсь в ответ.
Конечно же нельзя, да я и не пью вовсе. Скажу больше — я алкоголь на дух не выношу. Есть много других способов, чтобы выплеснуть злость, спустить пар и расслабиться. Кто думает, что алкоголь в этом плане помощник — тот глубоко заблуждается. И девушки, которые дышат в лицо перегаром, пытаясь сладко пропеть «котенок, поехали к тебе», меня бесят неимоверно.
Но женщин я не бью. Хотя некоторые иногда так и нарываются…
— Вот же… — закончить не успеваю, так как слышу грохот. Такое чувство, что-то тяжелое упустили. Еще и дверь в комнату Полины медленно открывается. — Твою ж…
Лечу к комнате девушки, благо расстояние небольшое. Что-то явно здесь не то. Еще и какое-то смутное предчувствие беды начинает расти внутри.
Открываю дверь… Мать честная! Да девчонка, по ходу, без сознания!
— Полина! — присаживаюсь на корточки, отставляю в сторону стакан и трясу девушку за плечи. — Очнись! — чуть сильнее надавливаю, но ее глаза по-прежнему закрыты. — Да что ж такое!
Подхватываю свою сожительницу на руки и несу к кровати. Малышка и вправду без чувств — ноль реакции на мои действия. Я, конечно, много чего повидал, но сейчас начинаю постепенно паниковать.
Что делать?
Полина лежит на кровати по-прежнему без сознания, а я пытаюсь взять себя в руки. Надо ее как-то в чувство приводить! Может, скорую?
— Гордей, ты куда… — в комнату заходит Пашка, запинается, глядя на лежащую без чувств девушку, а после негромко заканчивает: — Пропал, — и резко выдыхает. — Что с ней?
— Понятия не имею, — пожимаю плечами в ответ. — Зашел, а она лежит на полу без сознания.
— Надо ее как-то в чувство привести, — Паша озвучивает мои недавние мысли, хотя лучше бы сделал что-нибудь. — Нашатырь есть в доме?
— Хрен его знает! — снова пожимаю плечами в ответ.
— Ну, так ищи давай, — командует парень и подходит к Полине. — Пульс вроде есть, — держит ее за руку и кривится.
— Что значит, вроде? — я останавливаюсь в дверях, переводя взгляд на эту парочку. — Ты обалдел?
— Я тебе что, врач? — тихонечко произносит Пашка. — Я вообще боюсь, когда бабы без сознания. А когда реветь начинают…
— Ладно, с этим потом, — перебиваю, так как и сам ненавижу ни женских слез, ни тем более обмороков. — Где б нашатырь раздобыть!
Понятно, что в доме должна быть аптечка, только хоть убейте, я не знаю, где именно. Баран, одним словом. Да и не факт, что этот злополучный нашатырь там будет. Засада по всем фронтам — и во всем виноват я.
Перегнул палку. Вот же балбес!
— У Гарика вроде девушка медсестрой работает, — Пашка подрывается с места. — Я сейчас.
— Заодно скажи, чтобы музыку выключили, — кричу парню вслед, так как сейчас не до веселья.
И уж тем более не время показывать свою «крутость».
Согласен, повел себя глупо и очень уж по-детски, но я-то надеялся на другой эффект. И никак не мог предположить, что девушка так близко к сердцу примет мои выходки.
— Прости меня, — усаживаюсь на кровать и беру Полину за руку. — Я вел себя, как идиот.
Жаль, что она не слышит, но я все равно продолжаю извиняться. Заодно и время подгоняю, чтобы поскорее неизвестная мне девушка такого же неизвестного Гарика пришла сюда.
И привела Полину в чувство…
А дальше… самый настоящий дурдом. Кто все эти люди? Да и чем я думал, когда подбил Пашку на эту глупую авантюру? Он — мой единственный друг в этом городе. Такой же великовозрастный балбес, как и я.
— Устроить сабантуй? Нефиг делать! — веселился парень, когда я озвучил ему свой «грандиозный» план.
— Показательные выступления, — уточнил, а то сейчас бурная фантазия Павла разыграется не на шутку. — Никакого алкоголя, но, — намерено сделал паузу и поднял указательный палец вверх. — Полина должна поверить, что все кругом бухие.
— Сделаем, дружище! — Павел вновь расплылся в улыбке, предчувствуя очередную вечеринку, а я в тот момент даже не догадывался, чем мне это обернется…
— М-мм! — услышал стон Полины и перевел на нее взгляд.
Нашатырь нашелся, девушку привели в чувство, и сейчас она с широко раскрытыми глазами рассматривает окружающих.
— Вы… кто? — негромко выдает Полина, но я беру уже всю ситуацию под контроль.
— Так, все расходимся! — начинаю выталкивать парней из комнаты. — Девчонки, спасибо вам большое, — тонко намекаю барышням, что и им пора сваливать. — Паш, проводи всех, — обращаюсь к другу, а тот в ответ кивает.
И тоже покидает комнату, оставляя нас с Полиной наедине.