Сдавайся, крошка!

«Скажи, куда подъехать!» — через полчаса отправляю второе.
«Полина, прекращай на меня дуться!» — еще через сорок минут не выдерживаю и строчу третье.
Вот что за человек, а? Как к ней подход-то искать?
Ладно, будем брать хитростью — я ж вроде как ответственный за продукты, придется проявить себя во всей красе.
Тренировка, отдых, поездка в супермаркет. Вот и время убил, а казалось, так долго стрелки часов ползут.
Уже почти восемь вечера, а ответа от Полины я так и не дождался.
Может, еще одно смс написать? Или лучше позвонить?
Только звонить не приходится, так как телефон оживает сам. Слава Богу, ума хватило меня набрать, а то ведь поздно уже. Нечего ей одной шляться по городу, а то я со своими хитростями, кажется, слегка переборщил.
Думал, машина у крошки не заведется, вроде как «поломалась», и каждый день Полина будет озвучивать свои просьбы.
Ну и все вытекающие отсюда согласно нашему устному договору.
Кто ж знал, что девчонка окажется такой упрямой!
— Соскучилась? — усмехаюсь прямо в трубку после того, как принимаю звонок.
— Гордей, это Яна, — слышу совсем другой голос, и тут же улыбка сходит с лица.
— Что с Полиной? — я даже замираю на месте, так как девушка на другом конце провода чем-то возбуждена.
Вряд ли бы побеспокоила меня по пустякам, а раз так…
— Приезжай, — печально вздыхает моя собеседница. — Полина в больнице…
    
Глава 18
 
Полина
В голове что-то трещит, стучит и слишком громко звенит. Того и гляди, череп мой сейчас расколется пополам. А может и на несколько частей. Господи, где я? Как я сюда попала? Вообще ничего не помню, кроме огромной черной машины.
Даже не машины — монстра какого-то. Летел прямо на меня, ослепляя светом фар. Вроде только смеркаться начало, зачем ему столь яркий свет понадобился?
— Полина…
— Как себя чувствуете…
— Посмотрите сюда…
— Где болит…
Голоса прибавляются и прибавляются, становятся громче, и каждый раз бьют по голове будто обухом, а я никак не могу сфокусировать зрение на чем-то одном.
Мужчина… Или женщина? А может, их двое? Или трое? Нет, точно мужчина. В белом халате. Странно, что он один — голосов-то я слышала несколько.
Или мне это все померещилось?
— Голова болит, — только и могу из себя выдавить и снова закрываю глаза. — Мне бы полежать.
— Обязательно полежите, — голос настойчиво приказывает, эхом отдаваясь в висках. — А пока посмотрите на меня.
Ему легко говорить — посмотрите. А если веки тяжелые и никак не хотят открываться, хоть я упорно пытаюсь.
До сих пор этот черный внедорожник перед глазами стоит. Я же вроде ничего не нарушила, переходила дорогу по пешеходному переходу на зеленый свет.
Откуда он вообще взялся? Ведь точно помню — не было его. Или был?
Черт, какой же сумбур в голове-то творится. Даже на одной мысли не могу сфокусироваться, куда уж до одной точки.
И веки, кажется, еще тяжелее становятся.
— Полина, откройте глаза! — снова приказывает строгий мужской голос, и я все-таки подчиняюсь. — Следите за моей рукой.
Легко сказать — следите. Сам бы попробовал, когда веки уже не просто тяжелые, а чугунные. Закрываются, но я борюсь, как и приказал мне строгий доктор. Нужно следить — последим, не вопрос. Какая-то железная штука у мужчины в руках, и я изо всех сил пытаюсь не выпустить ее из поля зрения.
— Что последнее помните? — интересуется мужчина, а я едва шевелю языком:
— Вас.
— А до меня? — продолжает свои вопросы строгий доктор, хотя мне ой как не хочется на них отвечать.
— Машина… Огромная… Свет фар…прямо в лицо…
— Мы вас осмотрели, переломов и сильных повреждений нет, — доктор наконец-то убирает эту железную штуку, а я с облегчением вздыхаю. — Парочка ушибов, но это не смертельно. Единственное, что пострадало — это голова.
— Сильно? — поднимаю взгляд на мужчину.
— Пока сложно сказать, — пожимает он плечами в ответ. — Сотрясение мозга, небольшая гематома, а так…
Закончить он не успевает, так как открывается дверь. И в кабинет влетает Гордей — глаза горят, ноздри раздуваются, как у дракона, да и весь он какой-то слишком уж напряженный.
— Доктор, что с ней? — останавливается рядом с мужчиной, по очереди переводя взгляд с врача на меня.
— Жить будет, не переживайте, — умничает эскулап, хотя мне кажется, что глупые шутки сейчас неуместны.
Но у врачей своя специфика общения — их порой сложно понять.
— Я вижу, — кивает Гордей, на что врач усмехается.
— А раз видите, зачем глупые вопросы задаете? Кстати, — переводит взгляд на Гордея. — Вы кто?
— Я… — тянет парень, глядя на меня, как будто я сейчас могу ему чем-то помочь.
У самой в голове сумбур полнейший. Вот и пусть этот умник самостоятельно придумывает, что доктору соврать.
— Вы, — прерывает мужчина затягивающуюся молчаливую паузу. — Вы кем приходитесь Рыбкиной Полине, молодой человек?
Интересно, а что сейчас Гордей ответит? Родственник? Знакомый? Или…
— Они живут вместе, — влезает Яна, которая все это время стояла в сторонке.
— Да? — врач приподнимает обе брови вверх.
— Да, — отвечаем мы с Гордеем синхронно.
— Странно, — слегка кривится мужчина, пожимая плечами. — Почему я не в курсе? Скрываешь от меня своего жениха, Полина? — улыбается, а я вдобавок ко всем своим бедам еще и дар речи теряю.
Если бы не голова, то возмущению моему не было бы предела, а так приходится молчать. Да пусть думает, что хочет — мне сейчас все равно на чужое мнение.
— Стальной Гордей Матвеевич, — мой вроде как «жених» протягивает врачу руку, а тот пожимает ее в ответ. — Я присмотрю за ней, — кивает в мою сторону.
— Уж будьте так любезны, — ехидничает эскулап и снова переводит взгляд на меня. — По большому счету, ее бы дня три у нас подержать, но вряд ли она захочет, да, Полина?
— Не захочу, — пытаюсь помотать головой из стороны в сторону, но вырывается лишь стон от дикой боли.
— Завтра сбежит, поэтому везите-ка, Гордей Матвеевич, ее домой, — дает указания тоном, не требующим возражений. — И поменьше физических нагрузок, а то я ее знаю.
— Не переживайте, у меня не забалуешь, — кивает этот негодяй, не отводя пристального взгляда от моей физиономии. — Дней пять не вылезет из постели. Обещаю!