Голубой Ютон (СИ)
С холодильниками у «попаданцев» было более чем неплохо: на кухне у Марины стоял большой «Бош», а в гараже – два морозильника-ларя (один – Лизин, а второй – с ним Марина ездила летом на рыбалку в Поволжье). У Михалыча в кухне располагался довольно древний, но вполне рабочий «Розенлев», а в мастерской стоял вообще чуть ли не «дореволюционный» «Саратов». Мощные были холодильники, даже «Саратов» потреблял восемьсот ватт, а все вместе они требовали чуть больше четырех киловатт. Еще в доме Савельевых стоял огромный холодильник, но его пока даже в расчет не брали, так как было непонятно как его вообще в дом втащили – уж больно большой он был. А в магазине с «холодильным оборудованием» было еще лучше: три холодильных витрины «Бирюса» (которые, правда, все вместе потребляли хорошо если полкиловатта), здоровенная витрина-морозильник почти на три киловатта мощности, три «морозильных прилавка» по триста ватт и два огромных морозильника в подсобке, мощностью по три с лишним киловатта каждый. Хорошо еще, что у «домашних» и у магазинных морозилок моторы крутились не внепрерывную, да и Михалыч давно уже собрал какую-то автоматику, подключающую большие морозильники к сети по очереди, так что электричества холодильникам пока хватало: по словам старого энергетика генератор у него был двадцатикиловаттный, но мотор на газу мог обеспечить без потери частоты хорошо если шестнадцать киловатт. Впрочем, сейчас для размещения продуктов хватало морозильных витрин на колесиках, которые вчера из магазина в гараж перетащили, а «автоматику» для мощных морозильников Михалыч обещал лично переставить Марине в гараж чуть позднее.
Но прежде старик занялся другой очень важной работой: пошёл выпиливать болгаркой замок в сарае, оставшемся от Фоминых. Периодически он заходил к Лизе на кухню, где – перехватывая чашку чая – долго и изощренно ругался на бывших соседей, поставивших в простой сарай двойную железную дверь, которую даже болгаркой вскрыть оказалось весьма нетривиальной задачей. А на предложение Лизы «пока плюнуть» ответил:
– Мне даже не очень интересно что там Фомины так тщательно спрятали, хотя, думаю, найдём там немало полезного всякого. Но вот сорок метров жилой площади нам точно не помешают.
– Жилой? В сарае без окон и без отопления?
– Лиза, там же пенобетон – а у меня есть перфоратор, так что окна я легко и быстро прорублю. Вокруг лес сплошной, так что и рамы оконные настругаю. Вместо стёкол можно пока хоть пластик из бутылок нарезать… а можно и с дома Савельевых одно окно снять. И даже электричество провести туда от твоего дома просто: кабель с вашего забора снимем, сейчас и без ночного освещения участка обойдемся. Внутри сарая какое-то освещение уже точно есть, туда же от дома Фоминых провод тянулся. А с отоплением… сейчас лето наступает, нынче даже ночью не холодно. От Савельевых можно пару батарей переставить, а котел для них я, думаю, сделать сумею. В крайнем случае просто печку поставим. Время есть, до осени придумаем как сарайчик отапливать, так что и это не проблема.
– Вас послушать, так всё окажется «не проблемой».
– Неверно ты понимаешь политику партии. Проблем у нас много, однако большинство из них решаемые. Вопрос лишь в том, успеем ли мы их решить до того, как вымрем – однако мне кажется, что вполне успеем. Катя, ты чего взрослые разговоры подслушиваешь?
– Я не подслушиваю, я спросить зашла. Мелкие интересуются когда телевизор им включить будет можно.
– Вот это, боюсь, не скоро. Но это и не важно, то есть им мультики можно будет и на ноутбуке показать. Однако ты где-нибудь и эту проблему зафиксируй на бумажке чтобы не забыть, как с посевной закончим – подумаю что можно будет сделать. Обязательно подумаю… и сделаю.
На третий день народ разбрелся по местам спячки уже в сумерках: потихоньку все переключались на «реальное время». В основном разбрелся, но в кухне Марины Дмитриевны за столом осталось несколько человек. Во-первых, там всяко максимум двенадцать человек могло за столом разместиться и народ кормился по очереди, а во-вторых, бодрствующие специально избрали для ужина "последнюю смену" чтобы еще раз обсудить дела грядущие. Хотя бы на завтра.
Пока все ели, Марина суетилась у плиты, поджаривая сразу на двух сковородах рогозовые корни: оказалось, что в жареном виде продукт гораздо вкуснее. А на газовой плите жарить было несложно, в отличие от дровяной печки: мальчики успели протянуть трубу от газового генератора и газ экономить нужды уже не было, так что Марина этим вовсю пользовалась. Хотя, по ее мнению, с «газопроводом» можно было и не спешить: так как Соловьевы использовали для отопления дома газовый котел, в железном ящике возле их кухни стояли не «традиционные» два баллона, а сразу восемь, и уже выяснилось, что семь из них были полными. Впрочем, пока нет возможности их заново заправить, экономия все же имела смысл – просто на парней тогда у Марины были несколько иные виды. Но что сделано, то сделано – и теперь она пользовалась «дарами местной природы», на ходу переучиваясь на использование этих даров в деле приготовления пищи, так как «новый газ», по ее мнению, «грел гораздо хуже старого». Переучивалась – и готовила еду для отправившихся уже спать учительниц. Сама она подкрепилась еще раньше, когда детей кормила – а сейчас на пару с дочкой чистила длинные корни, рубила, жарила – и сваливала готовый продукт в эмалированное ведро, явно намереваясь наполнить его доверху.
– Марина Дмитриевна, ты бы отдохнула, – Михалыч чувствовал себя как-то неловко, просто сидя за столом.
– Утром все проснутся, и чем их кормить будем?
– Найдем, чем перекусить, а обед выберем кому готовить – поддержала Михалыча Лариса.
– Ну да, будем жить как дикари. Вы-то как хотите, но мне не хочется: дети должны жить в цивилизованном обществе. А чем цивилизованный народ отличается от варваров?
– Как сказал Гейман, от цивилизации до варварства один день и два пропущенных приема пищи – поддержала Марину закончившая ужин Леночка, принявшаяся за мытье посуды.
– Это он не сказал, а неточно поцитировал, – усмехнулась Марина. – В оригинале звучало так: от цивилизации до варварства день без теплого сортира, обеда и ужина. С сортирами у нас, слава богу, вроде уже нормально, а с обедами я и стараюсь, пока есть с чем стараться. Хорошо еще, что хоть пластмассовых мисок всем хватило…
– Это да. А откуда они у вас в таком количестве были?
– Сыновья повадились какой-то суп заказывать восточный, я им сказала, что миски от него мне на даче пригодятся – а они и рады стараться! Ну вот и пригодились… – Марина явно расстроилась от воспоминаний.
– Извините, что напомнили… Ну ладно, только в следующий раз вы уж заранее помощниц выберите, не одной же вам на всю ораву готовить. А сегодня давайте подумаем, что еще из срочного завтра сделать надо. Для помидор, например, грядок пять подготовить.
– Помидоры и перцы пока еще в рассадных коробочках порастут, – тихо сказала Людмила Алексеевна, – это не срочно. А вот поля для зерна расчистить гораздо важнее. Правда в четыре топора мы их долго чистить будем…
– Давайте все всем завтрашним и занимайтесь завтра с утра, а теперь в люли: поздно уже. Я утром пойду попробую рыбки поймать, если поймаю столько, сколько сегодня, то с голоду не помрем, так что… – хозяйка дома, закончив с готовкой, решила, что на сегодня с делами пора заканчивать. – Леночка, ты нас с мальчишками охранять будешь, поэтому на утро прочих дел не планируй. Всё обсудили? Посуду вымыли? Спать идите! Только ведро с картошкой в гараж занесите, там попрохладнее.
– С какой картошкой?!
– Тьфу! С корнями камышовыми, они жареные на вкус точно как картошка…
– Попробовать можно? – спросила Леночка, подходя к ведру.
– Можно но не нужно: на вкус как картошка, только вперемешку с нитками, до утра отплевываться будешь…
Утро начинается с рассветом, но только для тех, кто утро это встречает нежась в уютной кроватке. Поэтому большинство женщин проснулись практически затемно – но времени на новое обсуждение случившихся неприятностей (и на новые страдания) у них все же не нашлось. Завтрак, хотя и "с нитками", оказался довольно сытным – ну а после завтрака, оставив пяток человек на мытьё посуды и подготовку к грядущему обеду, все снова приступили к "сельхозработам". Или к работам, обещающим в каком-то не очень отдаленном будущем повышение уровня комфорта.