Ложь в твоем поцелуе

– Я не могу этого сделать. Не могу, не поговорив со своей семьей.
Он смотрит на меня с грустным выражением в карих глазах.
– Ты знаешь, что проиграешь.
– А ты знаешь, что я буду бороться.
 
Пикабу
Кево отвел меня обратно в комнату, но дверь не запер. Очевидно, думает, что мне хватит здравого смысла, чтобы не попытаться снова сбежать. В этом он прав, пока. Я понимаю, что не могу позволить себе провернуть акцию, подобную вчерашней. Если меня поймают, то снова запрут в комнате, наложив на нее дюжину блокировок, и тогда у меня не будет шансов. Нет, моя следующая попытка должна быть хорошо продуманной и безупречной. Потому что она определенно будет последней.
И пока я лежу в одиночестве на кровати и смотрю в потолок, у меня достаточно времени, чтобы прокручивать в мыслях один план за другим. Как выбраться отсюда, поговорить с дедом и заставить его сотрудничать с мятежниками Ванитас. Если то, что рассказал мне Кево, правда, они – хорошие парни. Дедушка должен это понять.
Однако после разговора с Кево я сомневаюсь, что он так запросто отпустит меня. Кажется, он ничуть не доверяет моему деду, в чем я, конечно, не могу его винить, учитывая историю его семьи.
В какой-то момент возвращаются остальные члены группы, и в квартире вновь становится шумно. Я слегка напрягаюсь, поглядывая на узкий просвет приоткрытой двери, ведущей в коридор. Кево я более-менее доверяю, но ко всем остальным это не относится.
Когда Катарина, наконец, стучит в мою дверь и зовет ужинать, я, нервничая, следую за ней. Даже вчера я чувствовала себя как ягненок, которого ведут на бойню. Однако это было до того, как я выступила против них всех, а двоих даже отключила. Поэтому сегодня это чувство еще сильнее.
На этот раз, однако, коробок с пиццами на кухонном столе нет. Все собрались на диване, держа коричневые картонки на коленях. Они и в самом деле похожи на семью, которая приятно проводит вечер.
Когда я вхожу в комнату, все, как и вчера, пялятся на меня. Катарина игнорирует эти пристальные взгляды, молча сует мне в руки картонную коробку и садится на диван между Кево и парнем, чье имя я не знаю. Я в нерешительности остаюсь стоять на месте, обдумывая, что мне теперь делать. Они ждут, что я сяду к ним, или мне просто забрать еду и уйти вместе с ней в свою комнату?
Через несколько секунд, когда со мной никто не заговаривает, я решаю остановиться на смешанном варианте. Вместо того чтобы сесть с ними, я вытаскиваю из-за гигантского обеденного стола стул и устраиваюсь на нем. На меня еще некоторое время косятся, но постепенно все возвращаются к своим разговорам, а потом, кажется, и вовсе забывают про меня. Краем глаза я вижу, как в комнату входит Белла. Она не говорит мне ни слова, но я чувствую вину. Может, мне стоит извиниться перед ней? Или попытаться со всеми ними подружиться?
Как раз в тот момент, когда я подумываю о том, чтобы присоединиться к остальным, рядом со мной появляется тень. Я поднимаю глаза и обнаруживаю Уилла, который садится рядом со мной. Ну, класс.
– В чем дело? – как можно более невозмутимо спрашиваю я, вынимая из коробки спринг-ролл.
Уилл подпирает лицо кулаком и смотрит на меня с каким-то невнятным выражением лица.
– Вчера ты показала нам довольно сильное выступление.
– Благодарю.
– Я никак не могу решить, глупая ты или просто очень смелая.
Я смотрю ему прямо в глаза:
– А можно выбрать?
– Ты слишком вспыльчива, – замечает он, не отвечая на мой вопрос. – От Стража Зимы я такого не ожидал. У вас репутация рассудительных и вдумчивых людей.
Я стараюсь сохранить на лице вежливо-отстраненное выражение, но чувствую, что ничего не выходит. Лучше мне, наверное, не злить его. А для этого он не должен меня провоцировать.
– А чего ты ожидал, Уилл? – спрашиваю я, намеренно используя тот вариант имени, которым, по его утверждению, его называют только друзья. – Что я буду вежливой, тихой мышкой?
– Что-то вроде того. Я слышал, что таких детей, как ты, хорошо воспитывают.
– Кажется, ты и в самом деле плохо сделал домашнее задание. – Я прикусываю губу и заставляю себя улыбнуться. – К сожалению, мне этим воспитанием насладиться не пришлось. Я, так сказать, запрыгнула сразу на верхние ступени карьерной лестницы, или ты не знал этого?
Парень хмурится еще сильнее:
– Ты ведь только недавно ощутила свои силы, да? Как так вышло?
Хороший вопрос.
– Если узнаешь, дай мне знать, хорошо?
Его тихий смех пронзает меня до мозга костей. Если поначалу Уилл показался мне даже милым, то теперь я уверена, что лучше мне держаться от него как можно дальше. Я незаметно бросаю взгляд в сторону Кево, который, однако, увлечен разговором с Катариной.
Но Уилл замечает мой взгляд и насмешливо смотрит на меня:
– Он изображает защитника. Это довольно мило, не находишь?
– Я бы, скорее, назвала это человечным, – отвечаю я, откусывая спринг-ролл, хотя аппетит у меня совсем пропал.
– Если ты думаешь, что он герой в мерцающих доспехах, то ты ошибаешься. – Уилл небрежно хватает мою коробку и ковыряется в ней вилкой. – Он не все тебе рассказал. Тебе известно, что, в принципе, нам не нужно твое согласие на ритуал?
– О, правда? – спрашиваю я сквозь стиснутые зубы. – Давай, просвети меня.
– Это всего лишь слухи, – снисходительно улыбается он. – Если углубиться в древние легенды о временах года, то найдешь множество заклинаний и ритуалов, о которых праведные Мастера ничего не рассказывают своим Стражам. Видимо, у богов было довольно жестокое чувство юмора.
– Ближе к сути.
Он снова смеется. Очевидно, ему это нравится. Больше всего мне хочется встать и уйти или просто сесть рядом с Кево. Но отчасти мне любопытно. Еще несколько дней назад я, вероятно, даже не стала бы его слушать, но после всего, что я узнала теперь, существует куча всяких секретов, о которых я до сих пор и понятия не имела.
– Согласно одной из этих легенд, ритуал перехода можно выполнить и без Стража. Все, что для этого нужно, – это его кровь.
Мой взгляд устремляется к собеседнику:
– Что?!
– Это, скажем так, план действий на случай непредвиденных обстоятельств, – спокойно объясняет он. – Например, если Страж умрет или устроит восстание. У богов наверняка был план Б на такой случай. К сожалению, мы не знаем, сколько нужно крови, может, пол-литра…
Я тихо ахаю:
– Пол-литра? Ты что, издеваешься?
Уилл щелкает языком.
– Ну, может, несколько капель, об этом в записях не сказано. Как я уже сказал, мы не знаем, действительно ли это сработает. Но хочешь, я открою тебе секрет, Блум? – Когда я не отвечаю, он поднимает руку и медленно проводит кончиками пальцев по моей шее, точно так же, как Элия вчера. – Я готов попробовать. Потому что я не солгал, когда сказал, что это дело нечто большее, чем мы с тобой. Я восстановлю Ванитас. В те времена четыре Дома укрепили свою власть кровью предков Роша. И, в отличие от Кево, у меня нет никаких проблем с тем, чтобы их Дом возник снова при помощи крови вашего. Мы поняли друг друга?