Бесподобным даши надо подумать (СИ)
— Что именно? — взволновано спросил Зиан.
— Я заметил, что император вновь стал подвластен проклятью. Видимо, мы все же опоздали в тот день, достаточно крупицы, чтобы оно прочно угнездилось. Талисман уже не помогает. Меня беспокоит, что он столь резок и эмоционален. Если это так, то у него уже должны проявляться симптомы, он должен переставать себя контролировать, стать более жестоким. Может быть совершать вещи, в которых раньше был сдержан. В любой момент он может сорваться и перестать держать себя в руках.
Принц Зиан побледнел и сглотнул.
— Как же так? Только вчера Вы гарантировали ему защиту талисманом.
— Это так, — кивнул магистр, — только талисман его и сдерживает. Я проведу работу, чтобы остановить разрастание проклятье, но прежним он уже никогда не станет.
— Что это значит? — взволновано спросил Зиан.
— Хм, он как чаша, а эмоции как вода. Раньше проклятье раздражало чашу, раскачивало его, заставляя выплескиваться воду, — магистр Юнь продемонстрировал свои слова на чаше чая, — амулет стабилизирует чашу, не дает ей раскачиваться, но проклятье пробралось в саму чашу и теперь пробивает ее изнутри, а через трещины выливаются эмоции, и их не заклеить. Теперь там, где император уже переступил черту, он за ней. И он не остановится. Мы можем лишь укрепить чашу и не позволить проклятью разбивать ее дальше в новых местах.
Принц сжал одежду, внимательно слушая магистра.
— То есть, вы можете защитить императора от сумасшествия, чтобы он смог остаться правителем, но не сможете исправить то, что у него уже есть?
— Да, если у него появилась привычка сразу наказывать слуг, она останется. Если он дал себе в чем-то дозволение, теперь оно для него всегда дозволено. Но хорошо, что я приехал именно сейчас, наверное это повеление судьбы, — сказал магистр Юнь, — если бы амулет был по каким-то причинам утерян, даже останови мы проклятье, вернуть императора было бы не возможно.
Принц Зиан стал выглядеть мрачнее тучи, что не укрылось от императора Юня.
— Предупрежу Вас заранее. Мои ученики уловили присутствие злого духа, который был и в тот год. Будьте осторожны, остальное оставьте нам.
С этими словами он и Гуй Син поднялись, попрощались с принцем и ушли. Но тот не долго оставался один, потому что вскоре слуга объявил о том, что к нему пришел сам император.
Глава 101. В императорском дворце все еще волнуется пруд 9
В комнату вошел император. Сейчас он был одет в роскошные одежды, которые надевались только в дневное время. Он разительно отличался от себя вечером, теперь никто бы не посмел сказать, что он решил пригубить перед сном. Вновь властный и сильный.
— Ваше Величество, — принц Зиан поспешно поднялся и уважительно поклонился.
Шанг Пенг оценил его вид, после чего сделал несколько шагов в сторону и обратил свое внимание на стол.
— Мы слышали, к тебе приходили гости, Зиан? — по его голосу было сложно понять, в каком он настроении.
— Приходил магистр Юнь, мы немного поговорили, — осторожно ответил принц.
— Ты приглашал его? — император с интересом взял с столика у окна заколку и начал ее рассматривать.
— Да, — ответил Зиан, и император остановился, — Вы ведь знаете о бедах магистра Юня. Не скрою, мне было интересно узнать больше о том, как он теперь.
— О, об этом не беспокойся, — император вернул заколку на ее место и сделал пару шагов в сторону принца, сложив руки за спиной и властно подняв голову, — он ведь путешествует с любимым человеком. Мы уверены, его сердца больше не касаются тревоги.
— С кем? — удивился принц.
Император сразу уловил его выражение лица, поэтому охотно продолжил.
— Тот молодой человек, Гуй Син, его возлюбленный. Разве он не представил вас? — император заинтересованно наклонил голову.
— Видимо, было не к разговору, — ответил Зиан, отведя взгляд. Ему было сложно представить, что у магистра Юня есть любимый человек, хотя что в этом такого? Годы летят, это Зиан все тешит себя прошлым.
— Что думаешь об этом? — голос императора вырвал его из мыслей.
— О возлюбленном магистра. Он ведь тоже мужчина, — император вглядывался в брата, не упуская ни единой эмоции.
— Если бы Вы не спросили, я бы и вовсе не думал, — Зиан заправил прядь волос за ухо.
— Правда? Почему? — император наверняка привык одним голосом принуждать к ответу, и сейчас, забывшись, снова стол суров и властен, выпытывая у брата ответы.
— Так сложилась его судьба, — пожал принц Зиан, — если он счастлив несмотря на все те беды, это ведь хорошо? Остальное же его личное дело.
— Зиан, ты не в школе даши и не на приеме у министров, чтобы говорить красивыми речами, — император приблизился еще, но Зиан слегка отступил назад, стараясь при этом сохранять почтительность, — не нужно опутывать Нас туманными фразами. Что ты думаешь о том, что магистр Юнь любит мужчину?
— Простите Ваше Величество, я еще не понял. Я удивлен уже тому факту, что у магистра Юня есть любимый человек. То, каким я его помню, он был слишком увлечен исследованиями, и никогда не проявлял интереса к кому-либо. Дело не в мужчине или женщине, а самом отношении магистра к любовным делам.
Император понимающе кивнул. Он знал магистра меньше, чем Зиан, но был готов согласиться с его критикой.
— Действительно. Но он не монах в конечном счете, рано или поздно это бы случилось.
Зиан не ответил. Ему не слишком хотелось обсуждать магистра Юня за спиной, да еще и на подобную тему. Как лучше закончить разговор? Не проявлять к нему интереса. Но император считал иначе.
— Тогда, что ты думаешь об отношениях между мужчинами? — спросил император, вновь начав свою прогулку по покоям принцам.
— Ничего не думаю, — резко для своего покладистого характера ответил Зиан.
— Ничего? — переспросил император.
— Это дело каждого, но мои думы заняты иными вещами. Я ничего не думаю об этом, Ваше Величество.
Император кивнул, закончив прогулку.
— Ну что ж, Мы пришли к тебе, Зиан, с одним предложением. Мы решили провести вечером уединенный ужин. На нем будут присутствовать наши гости, и тебя Мы тоже приглашаем.
— Гости? Даши? — уточнил принц.
— Именно. Гостей нужно поприветствовать по всем правилам, но у Нас нет желания устраивать пышный банкет. Что думаешь об этом, Зиан?
— Я приду, Ваше Величество, — с поклоном ответил принц.
— Хорошо, — кивнул император, — в таком случае, отдохни до вечера, не утомляй себя посетителями.
С этими словами он покинул дворец принца и вернулся к работе.
Вечером император исполнил просьбу магистра, и даши направились к его дворцу, чтобы провести совместный ужин. На закате они вновь собрались, чтобы обсудить дела, но ничего нового этот день им не принес. Что не сказать о вечере, ведь когда они уже шли во дворец императора, то встретили старого друга Пенга.
— Ребята, вы вроде такие же гости как и я, а вас не видно, не слышно, — без приветствий сообщил он, — я думал мы сходим вместе на экскурсию.
— Куда? — ощетинился Хи Цуо.
— Конечно же в винный погреб Его Высочества! Утром император даровал мне этот шанс, но без вас было не интересно, там все равно нет вина лучше, чем в нашем городе.
Хи Цуо почувствовал, что только от того как говорит этот человек, у него задергался глаз.
— Не переживай, Пенг, мы еще развлечемся вместе, а пока дела, — улыбнулся магистр Юнь.
Пенг кивнул ему, после чего подошел чтобы обнять.
— Вечером я видел туман, не думаю, что в этой местности он что-то нормальное, — шепнул он магистру, — тем более только возле одного дворца.
Юнь Гун Чжэнь понимающе кивнул.
— Спасибо, — коротко сообщил он, после чего они расстались и уже без задержек направились к императору.
Солнце село окончательно, и во дворцовом саду расцвели огненные цветы-фонари. Деревья находились от беседки достаточно далеко, а их темные силуэты рисовали единую картину. В центре беседки слуги уже организовали на каменном столе блюда, а также пару маленьких столиков для учеников магистра. Разумеется, за столом с самим императором допускались лишь магистр Юнь и принц Зиан. Хотя во многом это было из-за самой обыкновенной невозможности посадить кого-то еще за их стол. Но гости сидели так, что все могли видеть друг друга даже за соседними столами.