Вторая семья
Он отвесил мне насмешливый поклон, и тут же поморщился от прострелившей, видимо, голову боли.
- Я очень виноват перед тобой, - вздохнул Леша. - Я… сорвался.
- Что случилось - то уже случилось, - отрезала я. - Но к следующему заседанию ты будешь готов, даже если мне придется следить за тобой день и ночь!
Он приподнял брови:
- Соблазнительная перспектива.
- Итак? - сложила я руки на груди.
Он сделал глоток из чашки, затем кинул взгляд на фикус в углу и произнес:
- Когда-то я тоже был женат. И считал, что счастливо. Ровно до того момента, пока не выяснилось, что несколько лет, с самого ее рождения, воспитывал не своего ребенка.
Я замерла от услышанного. Опустилась в кресло напротив, и негромко спросила:
- Как так вышло?
- Очень просто, - усмехнулся он криво. - Настоящий отец Алины смылся, едва узнав о беременности и оставив мою бывшую жену без средств к существованию, и она не нашла ничего лучше, чем прыгнуть ко мне в постель, а затем… заявить, что этот ребенок - от меня.
Он покачал головой, горько рассмеявшись, и добавил:
- Сапожник без сапог… Годами я помогал обманутым женам судиться с их неверными мужьями, а в итоге сам оказался еще тем оленем!
Его рука пошарила по столу, словно искала там привычный бокал, но нащупала лишь чай. Я жестом заставила его снова пригубить полезный напиток и он послушно сделал глоток. Затем продолжил:
- Я готовился накануне. Изучал дело и вдруг… все это накатило на меня снова. Неотвратимо, удушающе. И я… использовал единственное спасение, которое знал.
Он автоматически помешал в чашке давно растворившийся мед и снова глотнул.
- Знаешь, что самое страшное во всем этом? Не сам факт обмана, не бесконечные суды по разделу имущества… а то, что ребенок, которого любил больше жизни - не мой.
- Ты мог простить… - тихо произнесла я.
- Не мог, - хмыкнул он. - Этот урод снова нарисовался на горизонте и жена не придумала ничего лучше, чем рассказать всем правду. Они с любовником славно повеселились, стараясь отсудить у меня при разводе как можно больше на безбедную жизнь!
Он поднял чашку, чтобы отпить чая, но тут же с силой опустил ее обратно на блюдце. Оно жалобно звякнуло, а Леша, поджав губы, бессильно откинулся на спинку кресла, обратив бессмысленный взгляд к потолку.
- Это ужасно, - сказала я, когда молчание затянулось.
- Это меня уничтожило, - ответил он.
Глядя на это красивое, но такое усталое лицо, я решительно поднялась с кресла и подошла ближе. Склонившись к нему, взяла его за плечи и тряхнула, что есть сил.
- Посмотри на меня! - потребовала решительно.
Он послушно перевел на меня взгляд. Я продолжила:
- Посмотри. Перед тобой человек, у которого тоже рухнула вся жизнь. Все, во что я верила, оказалось обманом. Человек, которого любила - последней сволочью. Но если опустить руки и добровольно катиться в пропасть - только доставишь радость тем, кто хотел тебя уничтожить. А я не намерена этого допускать! Антон должен за все поплатиться, а ты - должен снова стать тем, кем был. Блестящим юристом, которого боялись. Назло всем.
Он внимательно посмотрел на меня, затем медленно растянул губы в улыбке.
- Очень жаль, что я не встретил тебя раньше.
Я не знала, как на это реагировать. Поэтому просто отвела взгляд и сказала:
- Допивай чай и как следует проспись.
Он кивнул, а затем, чуть подумав, опустил руку в карман и, выпростав ее обратно, бросил передо мной на стол ключи.
- Забери это, - попросил твердо.
- Что это?
- Ключи от бара.
Я подтянула их к себе и улыбнулась:
- Мудрое решение. Сорвать еще одно заседание я тебе просто не позволю, Леша.
35- Я все понесу сам, - безапелляционно заявил Вадим, когда мы с ним вышли из продуктового магазина и направились домой.
Деньги катастрофически таяли, у Адама я, разумеется, больше не появлялась, следовательно, мне нужно было подумать о том, как не влезть в большие долги и как можно скорее начать работать вновь. Курсы я уже закончила, осталось лишь приступить к моей новой занятости. Но сейчас, когда все мои мысли были посвящены судебному заседанию и поискам новой подработки, я понимала - на то, чтобы полноценно заняться этим, меня попросту не хватит. Хотя, конечно же, и планировала вернуться к этому важному аспекту своей жизни как только, так сразу.
- Хорошо, - все же согласилась я с сыном, который, нагрузив себя сумками, бодро зашагал к нашему подъезду.
Вадик теперь едва ли не каждую минуту проявлял по отношению ко мне заботу, так что я даже шутила, будто такими темпами превращусь в одного из людей из мультика «Валли». Однако, хотя бы по поводу сына я больше не переживала.
Чего не скажешь об Алексее. Нет, конечно, мне хотелось ему верить, но доверять на сто процентов адвокату я не могла. Впрочем, все должен был показать предстоящий суд, который неминуемо приближался.
- Мила! - окликнул меня мужской голос, когда мы с Вадимом почти добрались до дверей нашего подъезда.
Я обернулась и встретилась взглядом с Адамом. Сердце тут же предательски забилось быстрее. Что делал здесь Лемешев-младший, оставалось лишь гадать.
- Привет, - тихо поздоровалась я, и Вадик, видимо, поняв, кто именно перед нами, нахмурился.
После чего отошел к скамейке и поставил на нее тяжелые пакеты. Я не представляла, что он собирался делать дальше, лишь надеялась, что ничего страшного не произойдет. Уже хотела окликнуть сына, когда он направился к Адаму, но тот остановился в полуметре от Лемешева и… протянул ему руку.
- Вадим. А это - моя мама, - сказал он таким тоном, по которому явно читалось - если понадобится, я встану на ее защиту.
- Адам, - совершенно серьезно проговорил Лемешев. - И я знаю, что это твоя мама.
Он пожал Вадиму протянутую руку, после чего оба направились ко мне.
- Я соскучился, - сказал Адам, и я лишь огромным усилием воли удержалась и не ответила, что тоже скучала.
Потому что чувствовала именно это и было глупо спорить с самой собой. Но признаваться в этом Адаму я не собиралась.
- Мы немного заняты, - сказала я, кивнув на покупки. - Собираемся домой, у нас там много дел.
Вадим посмотрел на меня с легким удивлением, мелькнувшим во взгляде. По правде говоря, никаких занятий кроме того, чтобы снова засесть и штудировать сайты, предлагающие работу по моему новому профилю, у меня не планировалось.