Колдовство королевы

– Постараюсь исправиться, – с коротким поклоном ответил он.

Вира предплечьем блокировала удар Каиры и тут же дала императрице подзатыльник.
– Ай!
– Следи за руками, – сказала Вира. – Ты даже трезвой этого не делаешь, а уж после шипучего вина и вовсе забываешь.
В Каириных покоях они сдвинули к стене диваны с ковра в центре комнаты. Вира сняла доспехи, а Каира переоделась в черную рубаху и свободные штаны, чтобы было удобнее делать выпады и наносить удары.
– Повторим, – сказала Вира. – На этот раз попробуй прием ига.
Вира нанесла резкий выпад ногой Каире в грудь. Императрица шагнула в сторону, с силой оттолкнула ногу вдовы и сделала серию ударов, направленных Вире в горло, живот и пах. Стремительно отбив каждый из ударов, Вира признала, что прием выполнен четко.
– Неплохо. А теперь примени ороку.
Противники столкнулись, осыпая друг друга градом ударов и блокируя их.
– Хорошо. Но держи запястье жестче. Не забывай, твоя ладонь – клинок.
– Моя ладонь – клинок, – повторила Каира, глядя на свою руку.
– А теперь вольное упражнение. Будь непредсказуема. Продолжай, пока не выдохнешься.
Они снова сошлись в учебной схватке. Вира отвела Каире роль нападающего, а сама уклонялась от всех ударов и отбивалась. На двадцать девятой минуте Каира, задыхаясь, признала поражение.
Обычно учеников заставляют упражняться на пределе своих возможностей, но Каира стремилась к этому сама. Для вдов такое стремление считается признаком настоящей воительницы, однако Вира сомневалась, что эта черта характера необходима императрице.
– А теперь проверь мои знания, – тяжело дыша, сказала Каира.
Вира покачала головой, скрывая улыбку.
– Назови уязвимые места человека в доспехе с латным воротником. По порядку.
– Подмышки, бедренные артерии, локти.
– Одно пропустила.
Каира закусила губу, задумалась.
– А, глаза. В зависимости от роста противника – сначала подмышки, потом глаза.
– Правильно. – Помолчав, Вира спросила: – А зачем ты приложила столько усилий, чтобы отправить в Листирию разъяренного Нана?
Каира улыбнулась:
– Мы переходим от боевых искусств к политике?
– Это не политика. Это шантаж.
– Шантаж и есть политика.
– Отвечай! Что такого особенного в Нане?
– Да нет в нем ничего особенного. Но его ревность пойдет нам на пользу. Он получит доступ в крепость Эджмар и, скорее всего, убьет генерала Гракуса, который сейчас стоит во главе войска. Заменить Гракуса на этом посту может только один человек.
– Актус Шип, – сообразила Вира.
Каира улыбнулась:
– Правильно. Гракус много лет служил под началом Шипа, поэтому и возглавил листирийскую кампанию. Был еще один кандидат на этот пост, Корсака Ман, но Актус Шип назначил его капитаном неболёта «Дочь времени» и отправил на западное побережье Альмиры. В случае смерти Гракуса у Шипа не останется проверенных помощников для проведения первой массированной атаки армады летучих кораблей. А значит, он проведет ее лично. Разумеется, мятеж в Листирии быстро подавят, но несколько недель Актуса Шипа не будет в Бурз-аль-дуне. Я вполне успею лишить его власти.
– Ты хочешь за несколько недель подготовить дворцовый переворот?
– А это и не нужно. Баларские законы отличаются от альмирских. Император Ганон имеет право назначить премьера для управления страной, но министрам позволено отвергнуть предложенную кандидатуру, если семьдесят процентов кабинета проголосуют против назначения.
– Каира! – потрясенно воскликнула Вира.
– Разумеется, было бы гораздо проще, если бы Ганон просто сместил Шипа с поста, о чем я его сто раз просила. Но мой муж с завидным упрямством отказывается исполнять свои императорские обязанности. Придется пойти кружным путем. Первым делом необходимо заставить Шипа покинуть столицу: пока он здесь, министры не станут голосовать против него. Но как только он уедет, многие влиятельные бурз-аль-дунские политики вспомнят, что не питают к нему большой любви. А тех, кто его поддерживает, я заставлю изменить свое мнение.
– Понятно.
Несмотря на все слухи, лживые сплетни и сложные манипуляции, план Каиры был весьма прост.
– Вернувшись из Листирии, Актус Шип обнаружит, что его самым законным образом лишили власти. Никаких переворотов. Никакого кровопролития. Обычная политика. Конечно же, Ганон не сможет управлять страной самостоятельно, но я приду ему на помощь. И очень быстро возьму под контроль всю империю.
Вира подозревала, что все намного сложнее, но общий план был вполне разумен.
– Кстати, при чем тут налогообложение рыболовецких хозяйств?
– Совершенно ни при чем. Министр рыболовства Фримон Пенс – незначительный чиновник, но городские рыболовецкие хозяйства обеспечивают Бурз-аль-дун продовольствием. Если я добьюсь снижения налогов, то, возможно, уговорю Пенса регулярно отправлять партии рыбы в трущобы.
– И что это тебе даст?
– Ничего. Но так будет правильно.
Вира пристально посмотрела на нее.
– Вдобавок Ганон с Пенсом – друзья-выпивохи. Вот пусть этим и занимаются, пока я тут выкобениваюсь, как выражается мой дражайший супруг. В общем, я хочу не только избавиться от кровожадного тирана-воителя, но и сделать что-то хорошее для народа.
Вира улыбнулась:
– Ну что, отдышалась?
Каира кивнула:
– Да, я готова продолжать.
– Вот и хорошо. А теперь – обманный прием итикаро. Попробуй отвести мне глаза. Этот прием тебе еще не раз пригодится.
 
13
Бершад

Великая Пустота
Императрица Окину сдержала свое обещание и предоставила Бершаду и Эшлин полностью снаряженный корабль для путешествия на север, за Море Душ, в огромный океан, именуемый Великой Пустотой.
В трюмах корабля нашлись всевозможные доспехи: и стальные, и чешуйчатые, и кольчужные. К сожалению, Бершаду не подходил по размеру ни один. Он примерил три нагрудника, но они сдавливали ребра не хуже пыточных инструментов. Великолепные латные сапоги с металлическими пластинами тоже были безнадежно малы, а ведь в дороге нет ничего хуже тесной обуви, даже если каждую ночь заживлять мозоли.
– Ты куда массивнее папирийских воинов, – сказала Эшлин, проверяя морские карты и запасы провизии; выяснилось, что Окину также снабдила путешественников всеми алхимическими ингредиентами, включая десять унций божьего мха.