Ветер и крылья. Старые дороги

Мия лукаво улыбнулась.
– Скажем так, дядя. Вы отлично знаете, что вам выгодно.
– Лиса, – рассмеялся Джакомо. – Еще печенье есть?
– Конечно, дядя.
И только когда шаги стихли в коридоре, Джакомо позволил себе расслабиться. Проводил Мию острым холодным взглядом.
Девочка начала пробовать коготки?
Отлично, пусть тренируется! Да и ему выгодно то, что получается. Очень выгодно.
Джакомо обдумывал новое дело…
* * *
Когда через несколько дней Фредо Лацци явился с визитом к дану Джакомо, он улучил несколько минут.
Подошел к Мие, сжал ее руку.
– Я должен буду. И Лоренцо к делу пристрою, мое слово.
Мия кивнула.
– Если деньги нужны или еще что…
– Не нужны, дана. Я корабль отправляю на Девальс, надеюсь, заработать удастся. Если только вложиться захотите…
Мия вздохнула.
Девальс.
Остров, с которого везли черное и розовое дерево, жемчуг и пряности… Товары роскоши, приносящие бешеный доход, но и стоящие…
Один корабль с товарами мог обогатить, но мог и разорить человека.
– Да что у меня там есть? Вам же не тысячи нужны – десятки и сотни тысяч. Разве нет?
Фредо хмыкнул.
– Это для чужих, дана.
– Племянница. Мария мне родная стала, вот и вы… тоже.
Фредо оценил. Все же пропасть между данами и ньорами была достаточно велика, иной и не имеет ничего, кроме пера на шляпе, но сколько ж дурного гонору?
– Хорошо, племянница. Давай так сделаем. Я сейчас время тебе уделить не смогу, а вот на днях слугу пришлю. Приедешь к нам, посмотришь, как мы Кати устроим, поговорим заодно… глядишь, и придумаем, что вложить.
Мия прищурилась.
– У меня тут жемчуг есть… вот если под залог?
Фредо улыбнулся.
– Может, и так правильно будет, племянница. Деньги – они работать должны, даже если там горстка сольди. Тогда из них лорины и вырастут.
– Энцо бы это еще усвоить.
– Обещаю.
И Мия не сомневалась – сделает. Фредо Лаццо далеко не дурак и свою выгоду везде углядит. Пусть делает.
– Когда вы экспедицию отправите?
– Теперь по весне, дана. Сейчас, к осени, дело не пойдет. Шторма начнутся, ветер плохой задует, тут и без корабля останешься, и без товаров. А вот по весне – самое милое дело.
Мия прикусила губу.
По весне.
А ей бы Энцо и пораньше куда сплавить.
Но ньор Фредо отлично понял ее сомнения.
– Дана Мия, то есть племянница, не стоит так переживать. Я ведь не только кораблями товары вожу, у меня Паскуале еще и по стране ездит. Скоро предзимние ярмарки начнутся, народ товар продавать будет. Там со скидкой купить, здесь с наценкой продать. Могу и дана Лоренцо с собой взять. Хотите?
– Хочу, – честно сказала Мия. – Очень хочу.
– Я поговорю с зятем. Авось не откажет.
Мия тоже на это надеялась.
Она понимала, что дядя постепенно, шаг за шагом, втягивает ее в нехорошие дела. И не хотела такой судьбы для младших.
Она – да. Но она и метаморф, у нее просто нет выбора. Обычная мирная жизнь не для нее. А брату и сестрам надо жить.
Жить, радоваться, создавать семьи, растить детей – и молиться, чтобы они оказались обычными. Без фамильного проклятия.
Ярмарки?
Пусть будут ярмарки!
Адриенна
Время постепенно шло.
Осень подходила к концу, скоро должна была наступить зима. И СибЛевраны собирались на предзимнюю ярмарку.
Ярмарки проводились примерно в пяти-шести днях пути от СибЛеврана, неподалеку от городка с красивым названием Альмонте. Хотя, честно говоря, смотреть в этом городке было не на что.
Захолустье захолустьем, единственный плюс – удобная дорога.
Мэр города оказался человеком неглупым и свою выгоду понял быстро.
Отремонтировал дорогу, построил склады и ночлежные дома, оборудовал место для ярмарок – и дело пошло. И весьма неплохо.
Выгодно было купцам – не ехать далеко.
Выгодно было простым людям – меньше цену накрутят.
Выгодно было местным жителям – они, считай, с дороги жили. С этих ярмарок весь город кормился, кто покупал, кто перекупал, кто стирал, готовил…
СибЛевраны на ярмарки ездили регулярно.
Во-первых, они прикупали лошадей. И на племя, и на перепродажу – даны на несколько недель пути вокруг знали, что кони с клеймом СибЛеврана не задохлые какие клячи. Только качественный товар. Хотя бы и королю ездить!
Во-вторых, прикупали другую скотину. Те же пуховые козы – почему бы не купить пару-тройку, влить свежую кровь?
В-третьих, в замок всегда чего-то да не хватает.
То металла в кузницу, то посуды, то ткани, то зерна…
В этот раз у дана Марка тоже был большой список.
Дан Рокко на ярмарку не поехал. Вместо этого он вручил копию списка Адриенне и сильно извинялся. Спина у бедняги разболелась немилосердно. Так вот оно: забыл про кашель, забыл и когда последний раз кашлял, почувствовал себя получше – и не поберегся.
А спину р-р-р-раз – и просквозило.
Плачься, не плачься, а сиди теперь, укутанный в пуховый платок, и спину растирай настойкой на муравьях. Больно, щиплет, но куда деваться?
Пришлось ехать следующим составом.
Дан Марк – обязательно. Эданна Сусанна ехать отказалась. Она себя плохо чувствовала и надеялась, что беременна. Рисковать не хотелось. А если не беременна – есть шанс как следует постараться, пока муж в отъезде.
Ехал Леонардо, который изнывал в поместье от скуки.
Ехала Адриенна. Ее сопровождал Марко, очень гордый своей ролью охранника. Ему строго-настрого наказали, чтобы не бросал девушку. Ни на минуту не отходил. Розалия обещала лично уши оборвать, если что.
Леонардо этим был недоволен.
Нельзя сказать, что у них с Адриенной все ладилось, но девушка хотя бы не гнала его прочь, соглашалась разговаривать и признавала, что за грехи отцов и матерей дети не отвечают.
Но больше пока ничего другого не позволяла. Разве что руку поцеловать.
Что ж, и это неплохо. Леонардо знал себе цену, рано или поздно эта простушка не устоит.
И в чем-то он был прав.
Адриенна действительно думала о своем сводном брате чуточку чаще, чем следовало бы. Воздух СибЛеврана и здоровая пища, прогулки и отсутствие придворной жизни – и Леонардо сильно изменился. В его возрасте юноши вообще меняются разительно, месяц не увидишь – и уже другой человек.