Ветер и крылья. Старые дороги

Ей хотелось свой домик в столице, может, даже доходный дом, пускать постояльцев, чтобы был верный кусок хлеба, хотелось мужа, детей хотелось… да, о Матео она подумывала. Что ж такого?
Конечно, он от двора никуда, ну так место и правда хорошее, при куске хлеба будет. А с домом она и сама управится.
– Спасибо вам, дана.
– Не хвали меня при дворе, – просто сказала Адриенна.
Джованна поняла.
Ни к чему показывать, что она хорошо отнеслась к дане. Нет, ни к чему… пусть все думают что хотят.
– Обещаю, дана.
Адриенна потрепала ее по руке.
– Давай подумаем, что мне надеть вечером?
– Алое и белое, – уверенно сказала Джованна. – Белое особенно. И с серебром… вот увидите! Вы эту корову за пояс заткнете!
Да толку-то с того?
Поздно уже. И затыкать, и побеждать… но даже так Адриенна не собиралась выглядеть огородным пугалом.
– Давай посмотрим. И распорядись, пусть мне принесут ванну и горячей воды.
Джованна кивнула и направилась к сундуку с нарядами. Она-то знала, что предложить дане.
* * *
К королю Адриенне еще зайти пришлось.
Стукнул в дверь лакей, сообщил, что его величество приказал…
Дана уже успела принять ванну, уже Джованна уложила ей волосы и приколола к ним розы. Даже нижнее платье было уже надето. Оставалось только верхнее накинуть… так что ждать себя дана не заставила. И поспешила по коридорам за лакеем.
Его величество ждал Адриенну в кабинете. Там же, в кабинете, находился и еще один мужчина.
– Знакомьтесь, дана. Это дан Рокко Вентурини. Я собираюсь назначить его управляющим в СибЛевран.
Адриенна поглядела на дана.
Что тут скажешь… он вообще дорогу-то вынесет? Этакий «божий одуванчик». Седой, уставший, весь полусгорбленный…
– Я рада знакомству, дан Вентурини.
– Надеюсь, дана, мы найдем общий язык и СибЛевран будет процветать, – приятно улыбнулся мужчина.
Девушка кивнула.
Она тоже этого хотела.
Она любила свой дом, любила каждый его камень, каждую песчинку – и не хотела отдавать свое гнездо отцовской шлюхе!
Только не этой сисястой твари! Еще не хватало!
– Я с удовольствием расскажу, за счет чего СибЛевран приносит доход, дан Вентурини. – Адриенна попробовала улыбнуться в ответ.
– И у вас будет время, когда вы поедете домой. Завтра, – распорядился его величество. – А сегодня, дана, я хотел бы видеть вас на пиру. Как раз и ваш жених вернулся с охоты…
Адриенна промолчала.
Вопрос, на кого он там охотился, оставался открытым. Она сильно предполагала, что на Франческу – и во всех позах. Но не все ли равно?
Здесь и сейчас ее это не интересовало.
– Ваша воля – закон, ваше величество.
И его величество улыбнулся.
Приятно, когда тебя понимают и слушаются.
– Идите, дана.
Адриенна вышла, и король посмотрел на дана Вентурини.
– Не подведите меня, дан.
– Ваше величество…
Дан Вентурини уезжал не просто так. Он сильно заболел, последнее время стал кашлять все сильнее, и лекари прописывали ему горный воздух. Подальше от взморья.
В то же время слугой он был замечательным. Свои дела… то есть королевские, вел на совесть, казначей на него нахвалиться не мог. Так почему бы и не совместить?
А что до семьи…
Дочерей дан Вентурини замуж выдал, сына ему Бог не дал, жена умерла… весь смысл жизни у мужчины был в работе. Вот его величество и проявил милость.
И в чем-то это действительно было милостью. Как и то, что дану Рокко он строго-настрого наказал опекать Адриенну и приглядывать за ней.
Не только управляющий, но и шпион.
И пятеро солдат, которые ему приданы. Платить им будет корона, охранять они будут и дана Вентурини, и Адриенну. Так, на всякий случай.
А дальше…
Это только кажется, что пять лет – большой срок. Пролетят, и не задумаешься. И не заметишь…
Филиппо Третий отпустил дана Рокко и приказал привести к нему сына. Впереди пир, надо как следует проработать сопляка. С песочком. Чтобы ничего не выкинул.
* * *
Конечно, серьезный пир готовится за несколько дней. Но и так не ударили в грязь лицом дворцовые повара. Блюда несли и несли, веселили гостей музыканты и жонглеры, танцовщицы и клоуны…
Адриенна сидела рядом с его величеством.
И – с его высочеством.
Принц вернулся с охоты, хотя и не желал этого. Но король отправил ему голубя. А ради того, чтобы избавиться от навязанной невесты… что ж, его высочество был согласен на все. Даже приехать.
Эданна Ческа примчалась вместе с ним и думала, что сделала это зря. Конечно, приятно, когда над девчонкой торжествуют, это радует, это даже хорошо, но…
Ей уже не двенадцать лет.
И даже уже не двадцать.
Джованна действительно расстаралась ради своей даны. И Адриенна выглядела невероятно красивой. Серебристое нижнее платье струилось и ниспадало тяжелыми волнами. Когда сверху был черный бархат, это казалось грозным. А вот когда сверху надели белый шелк…
Никакого глубокого выреза, никакой перетяжки под грудью. Подчеркнута тонкая талия – серебряный пояс из колец спускается по платью. Вырез очень аккуратный и скромный. Простенький даже… единственное украшение – цепочка с крестиком, под самое горло.
Никаких украшений. Только белые розы.
Никаких сложных причесок – распущенные волосы чуточку подхвачены с боков, чтобы не путались, и в них тоже вплетены белые цветы.
Красиво. Скромно. Невинно…
Рядом с ней шлюхой казалась и эданна Сусанна в своем белом наряде, и эданна Франческа в бело-алом. Увы. Они проигрывали молодости и невинности по всем фронтам, отлично понимали это и злились.
А Адриенне даже и дела до этого не было. Ей было попросту больно.
Вот почему – так?!
Сложный вопрос, неприятный… почему?! Она ведь была хорошей девочкой, она молилась, она помогала людям, она старалась сделать все хорошо, и отца она любила… и почему-то оказалась заложницей в круге… даже не знаешь, как назвать-то! Что не людей – точно! Тварей!
Круге из гиен и скорпионов!
А его высочество с неудовольствием смотрел на девушку. Да уж… и на что тут смотреть?
Ни груди, ни попы… он как раз был в том возрасте, когда продемонстрированные прелести занимают больше любой невинности.