Вороний закат
Норт освещал текущее положение дел. От нас, израненных и замученных до предела, он держался поодаль: мало ли, какая глупость придет нам в голову. Мы с Валией едва плелись. Амайра выглядела получше. Молодость, что тут скажешь. Неистощимый запас энергии.
Новости удручали. Драджи собрали войско на своей стороне Морока и были готовы к выходу. Наши разведчики так далеко не забирались, это известие поступило от Безымянных. Леди волн, наконец, вышла из своей извечной дремы, принялась смотреть и слушать. Безымянные поставили все на сердце демона. Они собирались накачать его фосом в Адрогорске до того, как Акрадий подойдет к Валенграду и сломает Машину Нолла. Очевидно, Норт считал, что мы упустили новости лишь последнего месяца. Но для меня многие его излияния стали откровением.
Эх. Эта затея с сердцем демона неприятно напоминала о Сердце Пустоты, абсолютном оружии Вороньей лапы, расколовшем мир и породившем Морок. Может, чертов Саравор и не ошибается. Мир вряд ли выдержит второй Морок поверх первого.
Неподалеку от Валенграда я ощутил Морок – где-то там, за горизонтом. Он потянулся ко мне, зашептал в разум, пополз по черным венам, принялся уговаривать: вернись, тебе же этого хочется, ты – потерянная шахматная фигура, без которой скучно играть. Меня тянуло к нему, огромному, заманчивому, обещающему множество перемен, настоящую силу и радость.
У стен Валенграда стояла лагерем армия. Давандейн постаралась – я в жизни не видел столько бойцов в одном месте. Отлично.
В голове все крутились мысли о Норте. Ладно, оставим пока то, что он пытался убить меня и скверно обошелся с моими близкими. Но имеет ли Норт отношение к смерти Линетт и Йосафа? Сам-то он не признается, разве только припереть его к стенке и взять за глотку. Увы, на припереть и взять силенок бы мне пока не хватило. Да и мог ли я вообще противостоять Норту? Капитан Леди волн как-никак. И с чего она решила, будто я опасен для Границы?
Хлыщ тем временем расслабился, разболтался. Воплощение самоуверенности. Сэр Самодовольство за работой. Не улучить ли момент, не напасть ли?
Я не без сожаления отогнал эту мысль. Даже если момент найдется, мои ноги могут меня подвести.
– Красные гуси, – сказал Норт, когда вдали показались кирпичные стены со следами ядер, выпущенных из пушек Давандейн.
В небе над нами возник алый клин. Норт вытащил пистолет, прищурился. Сухо треснуло, и один гусь выпал из строя, пошел по спирали вниз. Да, невероятный выстрел. Но все мы были по-своему невероятными, и я давно перестал удивляться. Норт то ли выпендривался, то ли предостерегал, впрочем без разницы.
Мы остановились у ворот. Норт приказал сержантам распорядиться об эскорте, и вскоре нас повели в Цитадель.
Второй встречающий комитет понравился мне еще меньше, чем первый: шестнадцать верзил с кожей цвета выцветшей кости, все в плотных балахонах, красноглазые, с лицами, будто высеченными топором. Они смотрели на нас совершенно безразлично. Так я смотрю на куски мяса, которые жарят на улице лоточники.
Впереди ехала спиннер Каналина.
– А, вы вернулись. Уже и не надеялась, – объявила она.
– Несказанно рад свиданию, – сообщил я.
Каналина поглядела на ящик в руках Амайры и благоговейно спросила:
– Это оно?
– Оно.
– Какое маленькое.
– Попробуйте поднять, – предложила Амайра.
– Капитан Норт, примите его, – кивнув, приказала Каналина. – Леди будет рада узнать, что требуемое доставлено в целости и сохранности.
Делать было нечего. Амайра нехотя разжала ладони. Норт принял свинцовый ящик с таким видом, будто там лежал эликсир вечной жизни, а не замороженное сердце жуткого чудища.
– Капитан, добро пожаловать. А вы, если не ошибаюсь, Зима? Маршал ожидает вас.
Люди расступались, освобождая нам дорогу. Город заполнили солдаты, не только в черной форме Цитадели, но и в кричаще-ярких тряпках – наемники. Насобирала же маршал отребья. Тут были всякие цвета: зеленый, желтый, красный, голубой. Создавалось ощущение, что чуть ли не весь лагерь просочился на улицы. Перед восьмифутовыми гигантами вояки разбегались, словно стая мышей.
– Все уже вылупились? – осведомился я.
– Пока их семнадцать, но вылупляются каждый день, – ответила Каналина.
Спиннер ни капли не нервничала в присутствии монстров. А они ее слушались. Ох, надолго ли?
Первого среди них я не заметил. Он вроде как был слегка покрупнее. Правда, отличались гиганты друг от друга мало, лишь узорами ритуальных шрамов на острых скулах и безволосых щеках.
На углу парень приклеивал листовку с портретом друга, исчезнувшего два дня назад, и надписью «Пропал человек». Таких листовок с плохо прорисованными лицами хватало повсюду. Завидев Мраморную стражу, парень побледнел и поспешно скрылся.
Нам дали время принять ванну и привести себя в порядок перед тем, как явиться к маршалу. Для нас прошел один день, но на самом деле Сумеречные врата украли больше месяца. Одежды моего размера не нашлось, поэтому я надел свою – изодранную в ледяной долине, покрытую пятнами пота. Несмотря на охрану, обращались с нами не как с пленниками, а скорее как с почетными гостями. В коридоре возле моей комнаты ожидали слуга и пара драгун из личной маршальской гвардии. Шесть лет назад их осталось совсем мало, но Давандейн потихоньку набрала новых. Я сгонял слугу за едой, съел все принесенное, выкашлял черное дерьмо и попросил добавки. Что такое несколько индюшачьих ног? Я бы сожрал целое стадо.
Амайра прихорошилась и присоединилась ко мне в гостиной. Девочка очень неплохо выглядела, конечно, если не считать излишней худощавости и нужды в хорошем парикмахере. Ее одежда истрепалась сильней, чем моя, но Амайре подыскали форменные брюки, рубашку и приличный жакет. И даже позволили оставить меч.
– Мне жаль, что так вышло с Василовым, – признался я, когда мы уселись у огня.
– Мне тоже, – искренне ответила Амайра. – Они с Линетт были хорошими… Рихальт, у нас остается маловато друзей. Мы ведь и Сильпура прикончили… наверное.
– Не знаю. Если кому и суждено пережить Высоких мертвецов, так это ему. Правда, он там застрял и вряд ли потревожит нас в ближайшее время. Вы дружили с Василовым?
– Мы вместе проторчали в той дыре не меньше трех дней. Для капитана «Черных крыльев» Василов был вполне пристойным парнем, – сказала Амайра и окинула меня придирчивым взглядом.
Ну да, на щеках – жесткая чешуя, кожа отливает металлом, глаза горят желтым огнем. Красавец.
– Рихальт, мы переступили черту, – заключила Амайра.
– Ее следовало переступить.
– Воронья лапа узнает, что у него стало двумя капитанами меньше.
– Узнает. И дальше? Ты видела уродца, вылезшего из руки Сильпура. Сила старика на исходе. Что бы там ни случилось во время Вороньего мора, наш босс утратил практически все. Так же, как и Нолл. Сейчас главные роли у Леди волн и Мелкой могилы. Воронья лапа – просто шепоток в ночи.