Вороний закат

 
Благодарности
Когда выходит книга, обычно все лавры достаются писателю. Но роман – это плод коллективных усилий.
Спасибо моим редакторам, Джилиан Редферн, Джессике Вэйд и Крэйгу Лейнаару, за бесценные советы по сюжету. Редакторы забрасывали меня идеями, заставляли сосредоточиться, прийти в себя, когда мне казалось, что я занимаюсь не своим делом не на своем месте, вытаскивали из логических тупиков.
Я безмерно благодарен своему агенту Яну Друри за доверие и за то, что он отправил меня кубарем вниз по кроличьей норе.
Мои благодарности тем, кто работал за сценой: Миранде Хилл, Стиви Финегану, Алексис Никсон, Йену Мак Менеми и всем остальным, помогавшим продвигаться моей серии.
Спасибо Гайе Бэнкс и Альбе Арнау из «Шейл Лэнд» за великолепную работу: благодаря им мои книги переводят на все большее число языков.
Благодарю тех, кто тренировался со мной в Лондонской академии меча последние четыре года. Ваши головы были чудными мишенями для отработки фехтовальных приемов.
Моя благодарность Энди Стотеру, назвавшему «Ложкой» свой первый боевой молот и прожившему вместе со мной дюжину разных жизней в придуманных нами мирах.
Особая благодарность – моим дедушке и бабушке, Молли и Лесли.
Я благодарен Киту, Бену, Грегу и Генри. Они раньше других прочли то, что потом стало «Черными крыльями».
И, наконец, я неизменно благодарен маме, с раннего детства приучавшей меня сочинять и рассказывать истории, и папе, вложившему в руку трехлетнего мальчика деревянный меч. Конечно, временами мое маниакальное увлечение гоблинами и драконами ставило вас в тупик, но тут вы сами виноваты.
 
Что происходило в «Черных крыльях» и «Знаке ворона»
Безымянные с незапамятных времен воюют с Глубинными королями. Глубинные короли пытаются поработить людей и превратить их в драджей, безобразные подобия человека, рабов, обожествляющих Глубинных королей и слепо преданных им. Глубинным королям противостоят Безымянные – безжалостные, готовые на все ради победы.
Девяносто лет назад Воронья лапа обрушил на приближающихся врагов Сердце Пустоты и тем самым сотворил Морок – отравленную, полную магии пустыню, где бродят призраки и рыщут уродливые чудовища, где направления и расстояния не такие, какими кажутся. Дорогу в Мороке могут найти лишь навигаторы, умеющие читать по трем лунам.
Рихальт Галхэрроу – капитан «Черных крыльев», связанный магией слуга Вороньей лапы. Он должен выискивать и искоренять предателей, диссидентов, шпионов. С помощью Эзабет Танза, спиннера, – колдуньи, умеющей превращать свет в магию, Безымянным удается заманить и уничтожить Глубинного короля Шаваду и спасти Валенград. Но магия испепеляет Эзабет, и Рихальт снова теряет женщину, которую любил двадцать лет назад. Однако магия запечатлевает в свете призрак Эзабет, и тот изредка является людям.
Спустя четыре года после гибели Шавады возникает новый враг – управляющий плотью колдун Саравор, некогда исцеливший Ненн, компаньонку Рихальта по «Черным крыльям». Саравор желает напитать Око Шавады на крыше Великого шпиля энергией, чтобы сделаться Глубинным королем. При помощи призрака Эзабет и Валии, шефа своей разведки, капитан предотвращает катастрофу. В финальной битве Ненн погибает, но Саравора уносит с крыши Великого шпиля гигантский выплеск магической энергии.
Хотя город спасен, Амайра, воспитанница капитана, по собственному решению заключает контракт с Вороньей лапой, принимает его метку и переходит в услужение к Безымянному. Валия, понимая, что их близость с Рихальтом заставляет того страдать, решает покинуть капитана. Расставание мучительно для обоих.
Проходят годы.
Близится схождение лун.
 
Глава 1
Я бухнулся в песок. Меня не заметили. Наверное. Сколько их было, я не разглядел – много. Но поубивать собирался всех.
– Что ты задумал? – спросила Ненн.
Она сидела на камне, скрестив ноги, и ногтем сдирала прилипшую к зубам лакрицу.
– Закрой рот или убирайся, – мрачно процедил я. – Если тебя засекут, ничего не выйдет.
– Ты сам меня учил не ввязываться без перевеса сил.
Ненн обнаружила застрявший в зубах корешок, выдернула его и швырнула на песок, где тот немедленно исчез.
– Я тебя учил ввязываться с умом. Правда, нам обоим это страсть как помогло.
Ненн задумалась, затем презрительно фыркнула.
– Ну зато позабавились.
– Ты хоть раз сделаешь, как просили? Заткнешься?
Я прополз вперед, чтобы лучше видеть каменистую пустошь под склоном. Красный песок порос бурыми папоротниками. Они казались скорее шерстью, чем растениями. Морок иногда путался: что – животное, а что – растение или камень. Но в бурой поросли можно было укрыться. Я вытащил подзорную трубу, подкрутил, фокусируясь на отряде, быстро подсчитал.
Результат мне не понравился.
С нынешнего востока подходил изрядный патруль с запасными скаковыми и грузовыми тварями. Обычно ни Альянс, ни драджи не посылали солдат так далеко в Морок – по крайней мере, последние пару месяцев. Слишком плотная тут была магия, обволакивающая, словно желе. Она привлекала больших тварей. А может, они рождались в глубине Морока. Здесь даже воздух, затхлый и тяжелый, отравляла резкая химическая вонь всюду разлитого колдовства. Первый пришедший сюда патруль я счел сбившимся с пути. Второй тоже. Но затем явился и третий, а это уже не походило на совпадение.
Хм, три десятка драджей.
– Какие планы? – спросила Ненн.
Она поскребла живот, будто хотела разодрать кожу и посмотреть, что под ней. Иногда она так и делала. Иногда меня от этого даже не тошнило. Со временем привыкаешь ко всему. Я – живое тому свидетельство.
– Те же, что и обычно.
Ненн не помнила моих обычных планов. Призраки не умеют запоминать.
Я вытащил мушкет из потрепанного холщового мешка. На мне все износилось и обветшало, но об оружии я заботился, доставал пострелять и аккуратно упаковывал, когда отпадала надобность в стрельбе. Я откусил кончик гильзы, засыпал порох, забил бумагу и пулю. Пуль у меня осталось всего три. Как давно я не был в городе, не закупал припасы?
Не помню. Но сейчас и одной пули хватит.
Патруль оказался из драджей новой породы. Драджи – они разномастные, от чудовищно распухших «невест» до серо-восковых безносых бойцов. У этих кожа была синюшного оттенка, от людей у них почти ничего не осталось. Глядя в окуляр, я и с такого расстояния различал плоские, лишенные черт, также безносые лица – пласты мяса с ртами-прорезями и черными шарами глаз. Ехали драджи плотным строем, на косматых четвероногих тварях, неизвестных нашим ученым. Привезли тварей издалека, из какой-то покоренной Глубинными королями земли. Я называл их харками – за издаваемые звуки. Харки были тяжеловесными, медленными. Седоки держали в руках тяжелые арбалеты и пики, мечи, боевые молоты. Хорошее снаряжение. И доспехи неплохие.