Иду за мечтой
— Кого на ночь глядя принесло?
Замотав голову полотенцем и накинув халат, тётка вышла с бани встречать нежданных гостей. Я, замотавшись в простыню тоже высунулась посмотреть. Дядька Казим уже спускался с крыльца, за ним шёл Довер, увидел меня, смутился отводя взгляд в строну.
— Кто там? — Крикнул Дядька.
— Гости!
Услышала я голос Валя. Он приехал!
— Это свои. — Я вылетела из бани и как была в простыне и босая, кинулась открывать ворота.
— Куда неодетая! А ну быстро в дом! — Гаркнул дядька. И сам отворил ворота впуская пару верховых, с двумя пристяжными лошадьми. — Кто такие!
Я не успела придумать как представить Валя и Нарью, а это были именно они, как парень произнёс с ехидцей.
— Родственники жениха Милеши. — Он спрыгнул с коня, и протянул дядьке руку. — Я Валь, старший брат Довера а это наша матушка Нарья.
С превеликой бережностью он помог женщине спешиться. Нарья благодарно улыбнулась "сыну" похлопала по руке, мол хватит уже отпусти, и величаво приблизилась к моим родным.
— Рада, наконец, с вами познакомиться, Милеша с таким теплом всегда о вас говорила, что я давно считаю нас родными. А где же мой второй сын?
Бледный, что моя простыня, Довер выступил из-за спины дядьки.
— М…матушка, — заикаясь пролепетал парень. Не иначе как от "великой радости" лицезрения новоявленных родственников.
Я кусала костяшки пальцев боясь расхохотаться. Тут определённо не хватает Борея в роли моего будущего обожаемого свекра. Пока все представлялись друг другу, тихонько ускользнула в дом, а то и правда стою на улице раздетая.
По случаю приезда гостей, пришлось опять топить баню и накрывать праздничный ужин. Тётка увела меня наверх, раскрыла сундук и достала самое красивое мамино платье.
— То что нужно для сватовства.
— Какое сватовство? — Я в ужасе попятилась.
— Как какое? А зачем ещё родственники твоего жениха пожаловали?
Я бы сказала зачем, но лучше не стоит.
— Тётушка может не надо?
— Как это не надо? Мать с отцом опозорить хочешь?
Она надела мне через голову рубашку, поверх неё нижнее платье из шёлка цвета летнего неба, я запуталась в горловине с рукавами, но кое-как справилась, дальше сама надела второе платье более тёмного оттенка с серебряным кружевом. Тётушка заплела мне косу, перевив серебряной лентой, отступила на шаг и прослезилась.
— Какая ты красавица, вылитая невеста. Как жаль, что твои родители не дожили до этого светлого дня. Пойдём, представим тебя как положено.
Она крепко ухватила меня под локоть и повела в горницу, не иначе боится, что сбегу. Что-то вся эта история с женихом начинала катиться как снежный ком и как всё это остановить я понятия не имела.
Увидев меня Довер вскочил, Нарья широко раскрыла глаза, а Валь… на Валя я не смотрела, боялась, что взгляд меня выдаст. Мне ведь изображать чужую невесту.
Рассевшись за столом, приступили к ужину. Уж тётушка расстаралась, подала гостям всё что было: домашние сыры, белые колбаски из зелени и куриного мяса, на отдельном блюде красовался налим запечённый в сметане, гора пряной зелени, на гарнир жаренные опята. Настоящий пир, но разговор не клеился. Мы таращились друг на друга, тётушка спросила как погода в городе, Нарья ответила что солнечно, а потом дядька встал и принёс из-за печки бутыль самогона.
— Что мы как чужие-то. Давайте знакомиться как положено.
Я знала что после голодовки нельзя много есть, но как удержаться когда такое застолье. Дядька, испив с Валем пару чарок, и мне налил пол стакана.
— Для здоровья, а то бледная того гляди в обморок упадёшь.
И он был почти прав, от еды было дурно, хотя я попробовал всего понемногу. Довер молча уплетал колбаски, и даже не смотрел на меня. Дядька, обняв, Валя за плечи объяснял, как тяжело поднимать разорённое хозяйство, и извинялся что не подали к столу хлеба, потому как рожь ещё не поспела. Парень сочувственно кивал, и поведал что не раз подряжался на лето в работники, помогая матушке растить младшего брата, пока не стал достаточно взрослым, чтобы ремеслом зарабатывать.
— Мужик, — выдал дядька, хлопнув его по спине так, что Валь чуть носом в стол не клюнул.
Нарья дёрнулась, ещё бы, с каким трудом залечила ему плечо. Но парень даже бровью не повёл, поднял чарку.
— За честный труд!
— За честный труд. — Дядька испил чарку и заново налил. — Так вы свататься приехали, или пока просто на невесту посмотреть?
Я чуть компотом не подавилась. Довер с лица схлынул, а Валь закашлялся в рукав, пряча сияющие смехом глаза от моих родственников. Спасибо Нарье, ловко увела тему от помолвки к моему чудесному возвращению. Даже родственникам стало интересно где я так пряталась неделю, что лучшие следопыты не могли найти.
— В пещере. Ушла за разлом, осталась без света и потерялась. Только, чудом нашла дорогу обратно.
— Хорошо что выбралась, — тётушка опять распереживалась.
— Надо было обвалить вход после того как Исот там сгинул. — Дядька Казим с силой бахнул кулаком по столу и сурово глянул на сыновей. — Чтобы не смели ходить на тот склон, ясно? Узнаю, шкуру спущу.
Мальчуганы испуганно закивали. Тётушка положила руку мужу на плечо.
— Не пугай, они и так не сунутся в пещеры. А со старостой поговори, негоже если там люди будут гибнуть.
Желая сменить тему все взоры опять обратились ко мне.
— Расскажи, как в городе живётся?
Не успела я придумать боле менее правдивую историю жизни без магии и учёбы в гильдии, как инициативу взял Довер, не без пинка Валя под столом. И начал плести байки, как случайно встретил меня у ворот, приглянулась я ему сразу и решил девушке помочь устроиться в городе. Оказалось я работаю в книжной лавке. Хозяин, давший работу, проникся что я грамотная и теперь я помогаю ему вести учёт книг, и заодно убираю, стираю и готовлю, за это он сдаёт мне комнату в его доме и платит целых десять серебреников в месяц. Услышав про такую сумму дядька одобрительно кивнул.
Я наравне с родичами, открыв рот, слушала про свою чудесную жизнь в Бордене, и ведь не попади в ученицы к Борею, всё именно так и могло случиться. Мне до сих пор хотелось побывать в той лавке и купить хоть одну книгу.
— А он не обидит Милешу? Где это видано, чтобы девушка жила в одном доме с чужим мужчиной?
Кто о чём, а бабушка Галаша о приличиях. Я чуть не захихикала вспомнив книжника.
— Что вы, в городе часто сдают комнату приезжим. — Вступил в разговор Валь и так искренне улыбнулся, будто в Бордене любой сиротке все с радостью дают приют под своей крышей. — И по дому помощь и жить не одиноко, особенно старикам. Господину Томасу уже восьмой десяток, так что за репутацию Милеши не беспокойтесь, да и брат в обиду её не даст, ведь так Довер?