Телохранитель для дочери

Марк покачал головой.
– Увы, в жизни случаются ужасные вещи, которые мы не в силах исправить ни деньгами, ни связями. Приходится просто плыть по течению, преодолевая трудности и стараясь не сойти с ума от ударов судьбы, – телохранитель вздохнул. – Что ж, Ника, теперь моя очередь задавать тебе вопрос.
Я пожала плечами, мол, давай.
– Скажи, ты когда-нибудь влюблялась в человека без памяти?
POV. Марк
Вероника смотрела на меня во все глаза и молчала, чуть приоткрыв от удивления пухлые губы. Ее лицо раскраснелось то ли от жары, то ли от услышанного вопроса, на который она должна была ответить.
Облизнув пересохшие губы, девушка опустила взгляд в пол и пожала плечами.
– Нет, такого со мной не случалось, – наконец сказала она. – А ты?
Хм, Ника сделала хитрый ход, перевела стрелки.
– Думал, что люблю, но потом понял, что это не так.
– И как ты это понял?
Я пожал плечами.
– Когда эта девушка бросила меня, со временем, я забыл о ней, смог без нее дышать. Она осталась лишь воспоминанием и не более того.
Ника слушала меня очень внимательно и неосознанно кусала свои губы, которых мне захотелось коснуться.
– Почему она тебя бросила? – последовал следующий вопрос.
Я улыбнулся.
– Ты не соблюдаешь очередь, сейчас я спрашиваю.
Ника закатила глаза, но кивнула.
Она ждала от меня следующего вопроса, а я смотрел на нее и не мог оторвать взгляд.
Сколько раз я себе говорил, что отношения с подопечной под запретом, но при каждой удобной возможности не терял шанса полюбоваться ею. День и ночь я отметал мысли о том, что влюбился в эту девчонку, но, кажется, все было более чем очевидно, и отрицать это не имело смысла. Но я все равно не могу заводить с ней отношений, даже если это взаимно – ей нужен кто-то другой, не такой, как я. Вероника, кажется, тоже питает ко мне интерес, она стала добрее, внимательнее и общительнее. Это меня напрягало.
– Так что у тебя ко мне за вопрос? – девушка села ровнее, не сводя с меня своих зеленых глаз.
Я только-только хотел спросить какую-нибудь глупость, лишь бы она отстала от меня, как телефон в моем кармане завибрировал. Достав сотовый, я немедленно ответил на звонок охранника Гончарова, который сообщил мне нехорошую новость.
– Я понял, – ответил я и сбросил вызов, растирая лицо ладонями.
– Что случилось? – девушка напряглась. – Кто звонил?
Я посмотрел на Нику, во взгляде которой читалась тревога.
– Твою мать пытались убить, – негромко проговорил я. – Сейчас ей ничего не угрожает, но она сильно напугана.
Подбородок девушки дрогнул, и она сморщила нос, пытаясь сдержать рвущиеся слезы.
– Но почему? Зачем кому-то это делать? – прошептала девушка. – На кого эти люди переключатся теперь? На меня?
Я встал со своего места, подошел к Нике и сел рядом, сжимая ее холодные пальцы в своей ладони.
– Пока я рядом, никто тебя не тронет, – заверил я. – Обещаю.
POV. Ника
Ладони Марка были такими горячими, что я невольно вздрогнула от его прикосновения. Мне стало некомфортно от того, что его лицо снова находится так близко к моему, и я опустила голову, прячась за волосами.
– Скажи мне сейчас правду, – попросила я, осторожно вытаскивая свою ладонь из-под его собственной. – Ведь меня нарочно сбила та машина, так?
Мужчина тоже убрал свою руку и выпрямился, тяжело вздыхая. Пришлось подождать пару секунд, прежде чем услышать ответ.
– Да, нарочно, – ответил он. – Но тот, кто это сделал, уже понес наказание.
Я вскинула голову и посмотрела на брюнета.
– Понес наказание? – не поняла я. – Ты нашел этого человека?
Марк кивнул.
– И что ты с ним сделал? – осторожно спросила.
– Ничего хорошего для него. Поверь, ты не хочешь знать всех подробностей.
– Но зачем ты это сделал? Люди моего отца сами нашли бы его!..
– Я посчитал нужным так сделать, Ника. А если кто-то снова посмеет тронуть тебя – безнаказанно не уйдет.
По моей коже побежали мурашки, а внутри все затрепетало. Такого мне еще никто и никогда не говорил, страшно, но так приятно…
– Правда? – проговорила еле слышно я, заглядывая в глаза мужчине.
– Правда, – кивнул он.
Мы помолчали, разглядывая друг друга.
Наши лица снова были так близко друг к другу, что если нам наклониться еще чуть-чуть, то сможем соприкоснуться носами. Меня обуздало дикое волнение в области груди, которое билось птицей, без попыток вырваться наружу. Я не постыдилась скользить взглядом по красивому мужскому лицу, борясь с желанием коснуться ладонью колючей щеки.
Неожиданно Марк поднял руку и осторожно убрал прядку волос мне за ухо, продолжая так же внимательно разглядывать меня.
Я прикрыла веки, когда почувствовала, как мужчина провел кончиками пальцев по моей шее. Казалось, я даже почувствовала его горячее дыхание на своих губах, но неожиданно брюнет отстранился от меня и поднялся, из-за чего я сразу распахнула глаза. Я почувствовала разочарование, ведь, что греха таить, я надеялась, что Марк поцелует меня.
– Приехали твои родители, – проговорил мужчина, привычным жестом засовывая руки в карманы брюк и делая вид, что совсем ничего не произошло. – Идем.
POV. Марк.
Все семейство Гончаровых пребывало в напряжении, что было видно невооруженным глазом. Я и еще двое охранников расположились на диване, ожидая того, что же скажет Иван.
Его жена, Анна, сидела рядом с дочерью, и я видел, как дрожали ее руки. Ну, еще бы, пару часов назад ее едва не убили в собственном салоне.
А Вероника, упрямо поджав губы, молча, наблюдала за происходящим, порой встречаясь со мной взглядом и отводя его в тот же момент.
Я едва не поцеловал ее. Дурак! Знал же, что нельзя поддаваться порывам! Да и Ника была не против такого поворота, как я погляжу. Такое не должно произойти, я работаю на серьезного человека и не собираюсь крутить шашни с дочерью друга моего отца…
– Вам придется уехать отсюда, пока я все не решу, – сказал, наконец, Гончаров, заставив Нику сорваться с короткого поводка.
– Куда уехать? – девушка хмуро смотрела на своего отца. – А ты? Ты остаешься?
– Да, Вероника, я остаюсь здесь, – Иван говорил твердо и уверенно. – Вам опасно быть здесь, поэтому переждете весь этот кошмар на Кубе. В качестве свадебного подарка, я купил там твоей матери дом, в нем и расположитесь. Марк и Николай поедут с вами, дом большой, места хватит всем. Я не могу допустить, чтобы вы в чужой стране ходили без охраны.