Давай будем друзьями
– А что это? – Я верчу черное приглашение в пальцах. – Свадьба? День рождения? Похороны?
– Типун тебе на язык! Это закрытый клуб, я еле-еле выбила два места. Пришлось поднять все свои связи.
– И что в этом клубе произойдет? – Возвращаю прямоугольник, и Маринка любовно прячет его в сумочку.
– О-о-о, пусть это будет сюрпризом. Не задавай вопросов, договорились? Всё увидишь. Тебе понравится, гарантирую! Даже хорошо, что Катька нас бросила, третье место я бы не сумела получить.
Себе в фантазиях я рисую какой-нибудь мужской стриптиз. Вполне в духе Марины. Голые мужские тела, залитые маслом и бронзатором. Тоненькие полоски нижнего белья. О, знаю, в форме слоников. Это же типа смешно. Ха-ха.
Меня подобное не возбуждает, хотя можно будет поржать над их соблазнительными плясками.
– Форма одежды? – спрашиваю я.
– Не знаю, как ты, а я откажусь от лифчика, – подмигивает подруга, чем лишь сильнее подогревает мою уверенность в стриптиз-баре, где все разгоряченные и готовые на приключения.
Может быть, даже с каким-нибудь БДСМ-уклоном. Кожа, черно-красные тона, официантки без нижнего белья, зато с плеткой.
Ну, это хотя бы необычно.
Тем же вечером мы находим неприметное здание, при этом охрана на входе так долго досматривает нас и приглашение, словно здесь как минимум торгуют запрещенными веществами. В списке есть фамилия Марины, потому охранник кивает, разрешая войти в полупустое помещение.
Странный какой-то клуб. Столики расставлены вокруг квадратной сцены без каких-либо ограждений. Нет ни микрофонной стойки, ни колонок. Повсюду горят прожекторы, официантки в мини-юбках разносят напитки. Нижнее белье на них, кстати, имеется. По крайней мере, верхняя его часть.
Здесь можно курить, и зал задымлен до безобразия. Среди гостей больше мужчин, но есть и женщины.
Кто-то будет петь?
Или танцевать?
Или?..
Правда открывается, когда на сцену выходит ведущий, коротко приветствует народ, просит пошуметь, а затем называет имена двух мужчин, которые «откроют сегодняшний вечер».
Это бои без правил! Причем, судя по всему, какие-то нелегальные (хм, не знаю, а есть ли вообще легальные?) Вот почему не было вывесок, и секьюрити так рассматривал и нас, и наше приглашение.
Я оборачиваюсь на Марину, а та подалась вперед и разглядывает вышедших на «сцену» мужчин с живым интересом. Они одеты в джинсы и футболки. Обычные парни. Нет ни боксерских перчаток, ни халатов или спортивных шортов.
– Это будет классно, – выдыхает она на мой немой вопрос. – Столько тестостерона, закачаешься! Не спрашивай, ты сама всё увидишь!
Под удар гонга – если точнее, запись удара гонга – мужчины сцепляются как бродячие псы. Они дубасят друг друга, не щадя, не размениваясь на красивые приёмчики. Блондин и брюнет. Я не запоминаю их имен. Удар за ударом. Брызги крови. Смех. Улюлюканье. Зал наполняется людьми, и гул заполняет небольшое помещение.
– Здесь можно делать ставки, но я не рискнула, – шепчет мне Маринка, не отлепляя взгляда от ринга. – Минимальная от десяти тысяч рублей, прикинь? Я бы поставила на того, светленького.
Спустя минуту мы понимаем, что решение не тратить десять тысяч было правильным, потому что брюнет валит блондина на пол мощным ударом. Практически впечатывает ему кулак в лицо. Парень не способен даже подняться, и его утаскивают как мешок под довольные выкрики победителя.
– Мощно, да? – хохочет ведущий, заигрывая с публикой. – Продолжаем? Вам нравится?
Не нравится. Нет. Я морщусь, а Маринка улюлюкает и хлопает в ладоши так, будто в жизни не видела веселее зрелища.
Наверное, лучше уйти. Дождусь начала боя и аккуратно растворюсь, никто даже не обратит внимания. Я сжимаю сумочку и чуть отодвигаю стул.
Но потом случается то, чего я никак не могла предугадать.
В левом углу ринга появляется Денис Костров.
***
На первые несколько секунд я теряю дар речи. Всё, механизмы отключены. Верещагина сломалась. Можно разбирать на детали.
Мне не верится, что это он. В черной майке и джинсах, словно просто вышел в магазин за сигаретами.
Откуда? Как? Зачем?
– Сюрприз! – хихикает Маринка, плотоядно облизнувшись. – Ты не представляешь, каким трудом я выбила это приглашение. Как только узнала, что наш аспирант состоит в каком-то бойцовском клубе, так сразу решила: надо увидеть вживую!
– А как ты узнала?..
Ведущий представляет противников, Дениса и ещё одного парня, который выглядит как ожившая машина для убийств, у него даже спина забита какими-то жуткими нацистскими татуировками. Мне становится страшно.
Вспоминаю нашу первую встречу, и то, с какой легкостью бугаи уложили Кострова на грязный пол бара. Вдруг сейчас случится то же самое?..
– Долгая история. Если коротко: от наших парней не скроешься, они нарыли где-то информацию про Дениса Евгеньевича. Говорю же: тебе понравится! – Марина смотрит вперед, где ведущий дает отмашку к бою. – БЕЙ ЕГО!!!
Первый мой порыв – кинуться туда, к нему, чтобы защитить. Готова кричать про совместных детей, только бы его не вынесли отсюда так же, как предыдущего парня.
Но после я прихожу в себя, и наваждение исчезает. Мне вспоминаются ровные, отточенные удары на свадьбе и хладнокровие, с которым Денис мутузил Олега. Четкость движений. Спокойствие. Решимость.
Сейчас он точно такой же. Хоть и стоит спиной, но я ощущаю тяжесть его взгляда. Чувствую всю ту бешеную энергетику, что бьет изнутри Дениса. Он не пропускает и не стремится ударить первым. Движется словно танцует. С ноги на ногу. Шаг влево, шаг вправо, отскок. А затем, когда громила разъяренно нападает, Костров ловко уходит вбок и припечатывает его в живот.
Марина верещит и подбадривает, а я стискиваю кулаки так сильно, что пальцы начинают болеть. Во рту появляется вкус крови.
Только не промахнись.
Пожалуйста.
Умоляю тебя.
Он пружинит по рингу и в какой-то момент оказывается напротив меня. Я отвожу взгляд и молю о том, чтобы Денис не отвлекался от боя и не рассматривал пришедших девиц. Но Маринка как специально издает громкий вскрик, когда кулак соперника пролетает в сантиметре от Кострова, и он обращает на нас секундное внимание.
На меня.
Глаза в глаза.
Будто целый мир исчезает, и стираются краски, умолкают звуки.
Денис пропускает удар. Нет! Черт! Зажмуриваюсь. Я не могу смотреть, как его изобьют. Это невыносимо. Худшая пытка из возможных. Плевать, что он перестал мне писать, и что единственное наше «свидание» закончилось игнором.
Я не хочу этого видеть.
– Мне надо бежать, – хриплю Марине, которая меня даже не слышит, так увлечена боем.