Ненаглядная жена его светлости
Герцог узнал, что она не там, куда он её отправил? Он заболел? Умер?!
– Миледи, – кучер осадил взмыленную упряжку и кубарем скатился с облучка, – сегодня ночью сгорели Тополя! Милорд помчался туда – искать вас!
– На чём помчался, – Соня растерянно посмотрела на тяжело водящих боками коней, – если ты здесь?
– Портальный кристалл использовал, чтобы скорее, – пояснил кучер. – Вестник прилетел – усадьба сгорела дотла. Много погибших...
Глава 29– Сгорел, – эхом повторила Софья. – Зачем герцог туда отправился? Неужели леди Адель не сообщила милорду, что меня там нет?
– Не успела. Его светлость унёсся сразу, как только прочитал вестник, – сокрушённо произнёс кучер. –Сообщил о беде её сиятельству, потом схватил лекаря, доверенного и портальные кристаллы. У меня к вам письмо.
– Письмо?
– Точнее... Вот! Сами увидите. Вернее, услышите, – и Умар извлёк из недр одежды раковину и два мешочка. – А мне воды можно? Совсем загнался – за полчаса доехал.
– Кора, проводи, –попросила Соня. – Накорми, напои, в общем, сама знаешь.
В туго набитых мешочках ощущались кругляши. Судя по размеру – серебрушки. Графиня решила не только выплатить «оброк» авансом за два месяца, но ещё и увеличила его?
Чудеса!
Хмыкнув, Софья повертела в руке раковину и беспомощно оглянулась на Кору, но та уже уводила Умара и не заметила вопросительного взгляда хозяйки.
Что ж, придётся самой разбираться. И лучше делать это там, где её никто не увидит. Кора и Умар на раковину и бровью не повели, значит, для них это знакомый предмет. Будет подозрительно, если миледи, которая сумела без применения магии «изобрести» водопровод и канализацию, спасует перед обычной для всех вещью.
Молодая женщина поднялась к себе и села за стол, положив раковину перед собой.
Повертела её так и этак. Поскребла пальцем. Осторожно, чтобы не разбить, постучала ею по столешнице.
Ничего не произошло.
Софья напрягла мыслительные способности.
Кучер сказал – письмо, но на раковине нигде нет ни чёрточки.
Графиня записала аудио?
Возможно, тут ведь кругом магические штучки.
Но как его прослушать?
Герцогиня снова взяла раковину в руку и потрясла. Потом покрутила.
И тут её осенило – а что если просто приложить к уху? Ну... в порядке бреда? В её мире в таких раковинах слышен шум моря, чем чёрт... или этот – как его? – гросс не шутит?
Чувствуя себя доверчивой жертвой чужого розыгрыша, Соня осторожно поднесла раковину к уху и замерла. Целую секунду ничего не происходило. А потом раздался голос Адель.
«Миледи, у нас большие проблемы! Сегодня под утро дотла сгорел жилой дом в поместье «Тополя», его светлость отправился туда – спасать что ещё можно. В первую очередь вас, ведь брачная вязь никуда не пропала, он знает, что вы живы. Теперь представьте, что будет, когда милорд не найдёт вас в поместье. Освободите меня от клятвы, и я смогу отправить его светлости вестник. Если он решит вернуть вас в замок, то все наши договорённости сгорают, если оставит в усадьбе – они остаются в силе».
Соня отложила раковину и задумалась.
Во-первых, как хорошо, что она решила пренебречь комфортом и осталась здесь! Главное здание поместья сгорело, да ещё и под утро, когда все нормальные люди спят! Если бы она, Соня, послушно отправилась в эти Тополя, то сейчас, вполне возможно, его светлость уже был бы вдовцом. А она второй раз умерла, и не факт, что ей повезло бы ещё раз воскреснуть. Причём не в теле рабыни или животного. Господи, спасибо, что уберёг!
Во-вторых, графиня права – надо мужа-с-грушами оповестить, иначе тот сгоряча наворотит новых дел. А пока доберётся до усадьбы, перегорит, успокоится и сможет рассуждать здраво. Но каким образом она должна освободить графиню от клятвы? Явно есть какой-то способ сделать это на расстоянии, иначе леди пригласила бы её в замок.
Рива – маг, она должна знать!
Горничная обнаружилась на кухне – вместе с матерью они внимательно слушали рассказ Умара, который тот, похоже, повторял по десятому кругу.
– Рива, как можно освободить человека от клятвы, если его нет рядом? Я так разволновалась, что это вылетело у меня из головы, – Софья наклонилась к уху служанки.
– Что, миледи? А, освобождение! Это просто, – скороговоркой пробормотала молодая женщина. – Надо прикоснуться к метке и чётко произнести: «Освобождаю». Это если хочешь совсем отменить все договорённости. Или «освобождаю от такого-то условия», если надо отменить что-то одно. Но это действует, если договор устный, как у вас с её сиятельством. Если же он заключён на бумаге, да ещё скреплён не только магопечатью, но и его засвидетельствовал сильный маг, то такая клятва отменится только тогда, когда обе стороны выполнят все условия.
– Да, значит, я правильно вспомнила, – Софья потёрла виски – ну и денёк!
И скосила взгляд на свои руки. Точно, вон, под большим пальцем отметина, как татуировка.
Прикоснувшись пальцем к значку, она прошептала:«Освобождаю леди Адель от запрета рассказывать герцогу Д’Аламос о местонахождении его законной жены».
Метку кольнуло, и Соня от неожиданности ойкнула.
– Миледи, – Умар заметил появление герцогини, – мне бы обратно. Её сиятельство очень просила не задерживаться!
– Можешь отправляться, я не держу.
– А... не передадите ничего на словах?
– Скажите леди, что я выполнила её просьбу. Можете добавить, что...Впрочем, ничего не нужно.
Умар поклонился и вышел.
А Соня опять потёрла виски.
– Голова болит? – с участием поинтересовалась Кора. – Давайте я вам приготовлю отвар? На травках, мягонький такой. Это вы расстроились из-за пожара. Шутка ли – такая беда! Дом-то отстроить можно, а вот люди погибли, это ужасно.
– Присядьте, миледи, вы бледны, как первый снег! – пододвинула стул Рива. – И знаете что, я сейчас!
Горничная унеслась так быстро, что Кора только головой покачала.
– Ну, егоза! Уже жена, будущая мать, а всё бегает, словно ей пять лет! Никак не остепенится... Простите, миледи, за мою болтовню. Уж больно беспокоюсь за дочь, всё-таки первая беременность! И лекарки тут нет... Материнское сердце такое – сколько бы лет ребёнку ни было, для матери он всё равно на первом месте. Сейчас травки заварю! Тут посидите или к себе подниметесь?
– Тут, – вяло махнула рукой Соня. – Давай свой отвар, голова и правда раскалывается.
– Вы ещё и не ели ничего сегодня. Может быть?..
Но Софья качнула головой.
– Нет аппетита.