Неукротимое пламя
– Ты слишком много на себя берешь. В мире есть только один человек, похожий на меня, и ты – не она.
Сильвер вздрагивает, пока я говорю, и слегка кривится. Мне не стыдно за сказанное. Я всегда был предельно честен с ней. Она прекрасно это знает.
Приняв на себя мой гнев, девушка делает все возможное, чтобы на ее лице и в жестах не отразилось то, какую боль причинили мои слова. Она гордо вздергивает подбородок и, опершись на небольшой выступ, слегка выгибает спину, снова становясь той Сильв, которую я знал. За короткий миг она превращается из отвергнутого сопливого щенка в коварную мегеру. Вот так бы и сразу.
– Она очень привязана к моему брату. Я лично в этом убедилась. Ты никогда не получишь ее сердце.
Один уголок моего рта приподнимается в кривой усмешке. Вот же глупая девчонка.
– А мне и не нужно ее сердце.
8. Эмберли– Хочу представить твоего жениха, Аэро.
Я, моргнув, смотрю на потомка ангелов, сделавшего шаг вперед. Он опускается на одно колено, прижимая сжатый кулак к своему сердцу, а потом встает снова. Быстрым движением он убирает темные кудрявые волосы со лба, но они падают обратно.
Жених?
Группа людей, находящихся в гостиной Никиаса, была приглашена, чтобы ненавязчиво представить меня обществу, но это едва ли можно назвать мягким.
Осматриваюсь вокруг в поисках помощи и ловлю взгляд Стила на другом конце комнаты. Увидев передо мной парня, тот кидает на меня недоумевающий взгляд а-ля: «Что происходит?», – я же своим буквально кричу ему: «Быстро иди сюда и спаси меня от внезапного замужества!»
Складочка между его бровями становится отчетливее, и я осознаю, что он вообще не понял, что я имею в виду.
Я вздрагиваю, когда чья-то теплая рука внезапно обхватывает мою. Я настолько растеряна, что даже вырвать ее не успеваю, незнакомец наклоняется вперед и целует ладонь. Он криво улыбается мне, из-под ореховых кудрей на меня смотрят темно-зеленые глаза.
– Без сомнения, мы станем отличной парой. – Спокойствие в его голосе только усиливает чувство неловкости.
– А… Ну…
Мою ладонь вырывают из рук парня, а меня резко подхватывают и разворачивают в другую сторону; я даже понять ничего не успеваю, как передо мной оказывается стена.
– Не смей. Ее. Трогать. – В голосе Стила слышится знакомое рычание, еще мгновение, и лев внутри него вырвется наружу. Кажется, он все-таки понял мой сигнал к спасению.
Поворачиваюсь и смотрю на происходящее из-за широких плеч любимого. Аэро тоже на взводе, как и Стил. Его черные крылья сложены за спиной, но в любой момент готовы распуститься и изогнутся в форме дуги. Во взгляде, которым тот окидывает Стила, читается явная неприязнь. Уверена, ответная реакция тоже не очень-то дружелюбна.
– Отойди от моей невесты. – Бархатный голос Аэро стал ниже на целую октаву.
Стил моментально напрягается.
– Тронешь ее хоть раз, и я разорву тебя на части. – Голос его звучит так, будто в горле у него застряли осколки стекла. Наверное, я не должна считать такую демонстрацию доминирования привлекательной, но… именно так я и считаю.
– Не угрожай моему сыну, херувим. – Человек, представивший мне Аэро, выпячивает грудь вперед и подходит к нам. Кажется, его зовут Ставрос. Он с таким омерзением выплюнул слово «херувим», будто это какое-то оскорбление. Может, для них это так и есть?
Грудь Стила вибрирует от звериного рычания, рвущегося наружу. Я буквально чувствую, что он держится из последних сил.
Дело плохо, очень плохо. Никиас пригласил Нефов ангельского происхождения познакомиться со мной, а в итоге здесь вот-вот начнется очередная драка. И если эти ребята дерутся точно так же, как Шира, шансов у них не то чтобы много.
Кладу ладонь на плечо Стила, надеясь хоть как-то сгладить ситуацию, но его тело никак не реагирует. Он по-прежнему очень напряжен.
– Кажется, между нами возникло некое недопонимание. – Я быстро осматриваю комнату. Разговоры затихли, все наблюдают за нашим конфликтом. Никиаса сред них не видно.
– Нет никакого недопонимания, – говорит Ставрос. Он поднимает свой бородатый подбородок и скрещивает мускулистые руки на груди. – Ты была обещана нам еще в младенчестве. Вам с моим сыном суждено быть вместе. Ваш брак приведет к появлению сильного потомства.
О. Боже. Нет.
Я не выйду замуж за незнакомого парня, чтобы стать чьим-то инкубатором. Никогда и ни за что.
Возникает яркая вспышка, Стил трансформируется во льва. От его низкого рокочущего рычания в груди у меня что-то вибрирует. Некоторые присутствующие испуганно вздыхают. Наверное, никогда не видели превращения херувима.
– Отец, возможно, сейчас не лучшее время. – Аэро поочередно смотрит то на Стила, то на Ставроса. – Она ведь только прибыла и еще не привыкла к нашим порядкам.
– Позвольте кое-что прояснить, – вклиниваюсь я, окончательно придя в себя и снова обретя дар речи. Я выхожу из-за спины Стила, чтобы встать рядом, бросив на Аэро совсем недобрый взгляд. – Я тебя не знаю. А еще я понятия не имею ни о каких обещаниях и какие там звезды и что напророчили, когда я родилась. Но мы не поженимся ни в ближайшем, ни в далеком будущем.
Стил издает какой-то невнятный звук, больше похожий на хихиканье.
Аэро хмурится. Всю его доброжелательность и заигрывания в мою сторону словно ветром сдуло.
– Но…
– Ни за что в жизни. – Да, поначалу я была шокирована, но я собираюсь закрыть этот вопрос раз и навсегда.
– Ты просто не понимаешь наших обычаев, – хмыкает Ставрос. – Ты из ангельской линии, поэтому придется подчиниться, хочешь ты того или нет.
Стил снова издает низкое рычание, шерсть у него встает дыбом.
В комнату заходит Никиас с полным подносом напитков.
– А почему так тихо… – Заметив наш небольшой междусобойчик, он чертыхается себе под нос. Поставив посуду на стол, Никиас направляется в нашу сторону. Один из потомков ангелов пропускает его вперед, черты лица у мужчины стали заметно жестче.
– Ставрос, – начинает Ник, – я же говорил, что сейчас не время для этого.
Тот недовольно цыкает.
– А ты не думаешь, что лучше сразу прояснить этой девчонке, что к чему? Ей и так многое нужно наверстать. В конце концов, у нее есть обязанности, их нужно выполнить.
Я упираю руки в боки.
– Вообще-то эта девчонка стоит сейчас здесь и сама в состоянии решить, что ей делать.
Стил выдвигает одну лапу вперед, Аэро отступает на шаг назад, руки его, сжатые в кулаки, тянутся к ножнам с мечом, висящим на талии. Во мне вспыхивает ярость, и я приказываю своим крыльям раскрыться, целенаправленно царапая заостренными кончиками пол в знак предупреждения.