Рассвет Янгчен (ЛП)
Он сунул конверт под тунику на потом.
— Осторожнее ходи завтра по площади, — сказал он мужчине, сидящему за столом в углу. — Там возникли проблемы.
Его отец почти не отвел взгляда от гроссбухов, которые он принес домой из счетной палаты. В ответ раздалось хмыканье. Кавик не всегда получал и такое признание. Он повесил парку. Без дополнительных слоев он услышал, как урчит его живот. Несмотря на синяк, точно растущий на его животе, он был голоден.
— Что на ужин? — спросил он у семьи.
5
РАСКРУЧИВАНИЕ
Он думал, что восторг будет длиться вечно. Но, пожалуй, после серьезного достижения нужно было возвращаться домой. Нужно было мыться и есть — этой ночью похлебка с арктической курицей и морскими сливами. Приходилось есть, все это не восхищало.
Кавик вышел из своей комнаты, спрятав награду, ладони и лицо были отмыты от его дел. Он не заметил на лице видимых ран, его родители — тоже. Исцеление Аватара было безупречным.
— Были письма? — спросил Кавик. Он всегда спрашивал. Ответом всегда было нет.
— Нет, — сказала его мать, которая знала, каким важным был вопрос. — Я проверила задолго до твоего возвращения.
Его отец заканчивал составлять таблицы, двигая левой рукой по невидимым счетам в воздухе, записывая результаты в книгу правой. Доделав это, он опустил заточенный уголь и встал из-за стола.
Мама Кавика пронесла котелок над ковром и опустила его на низкий столик. Там было накрыто на троих через равные промежутки. Она налила в их миски бульон, а Кавик думал о том, что Аватар сказала ранее: «Если дать проблеме задержаться, люди начнут верить, что так всегда было».
— Что ты делал на площади в такое время? — спросил его отец.
Вот вам и миг тихих размышлений.
— Я был… Старик Чан попросил помочь и забрать его заказ в аптеке, — можно было использовать это снова. Родители Кавика слышали, как он говорил о разных поручениях с тех пор, как покинул «Нукингак»; нынче он подметал в чайном магазине.
— Я заходил к Чану, — сказал его отец. — Он говорит, что неделями тебя не видел.
Зараза. Нечаянная ошибка. Пока что удавалось избегать конфликта из-за действий Кавика. Но долго это не продержалось бы. Волна всегда отступает.
— Я работал в другой части города, — сказал честно Кавик. — Я не делал ничего опасного, — не так честно. — Я не говорил, что ушел от Чана, потому что вы переживаете из-за того, как мало изменений в моей жизни.
— Я хочу, чтобы ты не считал нас за дураков, — сказал его отец. — Хотя бы скажи, кто твой начальник.
«На случай, если и ты пропадешь», — он не мог, даже если бы хотел. Кавик соврал Аватару, что у него не было семьи, но часть о независимости была правдой. Он не работал на Тейина или других торговцев. Он умудрился вырезать нишу в Бин-Эре как мальчик на побегушках, который брал не очень много и хотел ответы на конкретные вопросы вместо денег.
— Кавик, — сказала его мать, когда он не ответил. — Ты знаешь, куда ведет этот путь.
— Да, — сказал он и не смог сдержать язык. — Сюда. К вам, кто ничего не делает.
— Кавик, — сказал его отец.
Казалось нечестным то, как ему нужно было отмечать логику, когда он спорил с родителями, а им нужно было только произнести его имя. Он не мог уравновесить чаши, когда его чувства и идеи считались мхом против их камня. Месяцы раздражения полились из него.
— Вы сказали подождать. К чему привело ожидание? Когда я там, я ищу его. Я иду по следам. Я работаю, чтобы вернуть Каляана.
— Кавик, прошу, — взмолилась его мать. — Прошу, хватит.
«Хватить ранить нас, — говорили их лица. — Хватить разбивать наши сердца. Мы не можем потерять и тебя».
Он очнулся, моргнув. Когда он поднял руки в воздух? Каким громким стал? Он покраснел от стыда и сожалений. Его родители были любящими, добрыми и терпеливыми с ним. Так срываться нельзя было, если он хотел выглядеть взрослым.
В дверь постучали. Слава духам.
В это время дня это, наверное, был один из коллег его отца из «Нукингак», пришёл забрать бумажную работу или занести еще. Кавик и его родители скрыли эмоции на лицах, чтобы не показывать признаки раздора гостю. Они уже были в натянутых отношениях с остальным кварталом Племени Воды.
Его мать прошла к двери и отперла ее. Дверь распахнулась, и мама издала вопль, ее спокойный вид улетел, не успев закрепиться.
— О, сияние!
Кавик думал, что она кричала из-за него. В чем-то так и было, ведь у его дома стояла девушка, Воздушная кочевница.
— Здравствуйте, — сказала Аватар. Она заметила Кавика поверх плеча его матери, сияющая улыбка растянулась на ее лице, как острый нож, вскрывающий кожу. — Меня зовут Янгчен. Могу я войти для короткого разговора?
6
ПОСЕТИТЕЛЬ
Мать Кавика попыталась встать на колени, но Янгчен быстро остановила ее, придержав.
— Прошу! — сказала Янгчен. — Я не хотела причинять неудобства.
— Аватар, это невероятная честь для нас! — сказал отец Кавика. Он вытер лоб рукавом, пытаясь вспомнить, как приветствовать величайшее духовное присутствие в мире. — Конечно, вы можете войти! Наш дом — ваш дом.
Родители Кавика узнавали лица с портретов лучше него. Но Аватар сразу сказала им свое имя. Янгчен разулась и прошла внутрь. Она была одна.
— У вас милый дом, — сказала она, используя похвалу как дубинку против Кавика. — Можно?
Она подняла посох, указывая, что хотела прислонить его рядом с его паркой. Его родители закивали так, что головы грозили отвалиться. Они пятились все глубже в дом, пока Аватар проходила. Мать Кавика вытянула руку и толкнула сына в шею. Его взгляд не был скромно опущен.
— Не нужно формальностей, — сказала Янгчен. — Может… посчитаем это визитом милосердия? Так сработает?
Ради практичности она просила относиться к ней как к обычной Воздушной кочевнице, опустившейся посреди путешествия в поисках подаяний из еды и убежища. Но родители Кавика помогли бы и в таком случае. Многие семьи в мире, независимо от народа или обстоятельств, сделали бы так. Проявить гостеприимство к монаху или монахине было большой удачей. Дух того человека находил покой.