Авантюрист. Финал

* * *
 Пятое апреля тысяча восемьсот одиннадцатого года. Сан-Франциско Калифорния. 
Даже если у нас с Сориано ничего не получится, а я вполне допускаю эту мысль, разговор с ним всё равно был очень полезен. Возможно, даже более полезен, чем его инициативы по созданию банка и биржи.
В результате того разговора я серьезно взялся за обеспечение безопасности и секретности работы всех наших предприятий и армии.
За прошедшее время была сформирована специальная надзорная служба, которая занималась исключительно обеспечением должного уровня секретности и проверками оной. Пока что реальных результатов это приносило, если не считать целого вороха отчетов, последовавших за ними взысканий за нарушения инструкций и жалоб.
Жалобщиков я честно отправлял "в сад" а моих людей, выявивших нарушения я премировал. Правда одно пришлось отправить на трудотерапию в условиях крайнего севера, необоснованные поклёпы, неважно, чем они вызваны — желанием выслужиться или банальным сведением счетов, мне не нужны.
Кроме этого, мы ужесточили контроль на границе с Мексикой и работу среди пребывающих переселенцев. Не то чтобы я так уж сильно не доверял королю Хорхе или людям из его администрации, тем более что они все вообще-то мои люди. Но, порядок есть порядок.
Всё же Мексика в сравнении с нами огромная и густонаселённая страна. Она ведет торговлю, как с английской метрополией, так и с колониями европейских государств в южном полушарии: с английскими колониями, с португальской Бразилией, с испанцами из Вице-королевства Перу и даже нищей французской Гвианой. Отовсюду могут прибыть люди, за которыми нужен глаз да глаз.
Когда работа спец. служб была относительно налажена, мне пришла в голову еще одна, как по мне довольно соблазнительная мысль. Я вспомнил, да и бывшие пленные англичане с Плетневым мне об этом рассказывали, как сейчас комплектуется флот его величества. Помимо того что будущих матросов нанимают обычным порядком или спаивают в кабаках и подсовывают контракт, есть и еще кое-что.
На британском флоте служат много бывших пленных, особенно американцев. Англичане даже специально захватывали американские суда. Саму посудину на дно, а экипаж — добро пожаловать на флот. Почему бы не внедрить эту практику и у нас?
Я имею в виду китобоев всех мастей, но в первую очередь американских. В тихом океане они постоянно ведут варварский промысел в Тихом океане, спрос на ворвань растёт постоянно. Еще и я как следует подтолкнул научно-технический прогресс, а ворвань сейчас во всём мире это чуть ли не единственная смазка.
Если бы не мой пунктик, то и мы активно били китов. Всё-таки наши минеральные смазки на основе нефти хуже, чем китовый или тюлений жир. Но если с забоем тюленей я еще готов был мириться, всё-таки из них получали не только жир, но и мясо и шкуры, то вот с китовым промыслом нет. Это чистое, ничем не замутненное варварство.
Ну так вот, раз уж мы активное боремся с китобойным промыслом в Тихом океане, то почему бы не применить практику просвещённых мореплавателей и не начать вербовать на наш флот экипажи захваченных китобоев. Их шхуны, чаще всего, в отличном состоянии, другие сюда просто не дойдёт из Новой Англии, а экипажи чаще всего опытные и решительные, другие в этом бизнесе просто не задерживаются.
Реквизированные суда после переоборудования станут рыболовами или каботажными транспортниками, часть моряков продолжит ходить на них, а часть вольются в команды строящихся у нас кораблей. Учитывая, что платить я собираюсь как минимум не хуже, а скорее даже лучше, недовольных не будет, тем более что семьи моих новых моряков я готов совершенно бесплатно перевезти в Калифорнию, морем или по сухопутному траку через Великие равнины. Те- же, кто не пройдёт проверки, отправятся пешим ходом в США, команчи гарантируют их относительную безопасность, если дурить не будут, то дойдут.
Останется решить только вопрос с владельцами самих китобойных шхун. Как-никак, это нарушение священного для любого американца права собственности.
Эта задача станет первой для банка "Сориано и партнеры". Первое представительство мы решили открыть не в Европе, как думали изначально, а в Соединённых Штатах. Скорее всего, в Бостоне, раз уж там будут наши первые клиенты, то это логично.
Помимо того что спец. службы перестроили свою работу внутри Калифорнии, у нас появились агенты и за её пределами, а именно в Мексике. Часть из них были совершенно официальны и известны властям, всё-таки верхушка там состояла из моих людей.
Но этого недостаточно, если Хорхе первый вряд ли будет плести против меня какие-то интриги, мексиканский король старый и глубоко больной человек, то вот сеньор Агустин де Итурбиде это совсем другое дело. Он честолюбив и хоть и получил власть из моих рук, вполне может захотеть избавиться от чрезмерной опеки с северо-запада.
Поэтому у нас появились и нелегальные агенты, на которых был выделен очень неплохой бюджет, любить Калифорнию мексиканцам не за что, зато они любят калифорнийское золото.
И очень быстро оказалось, что эти агенты очень полезное вложение. Именно такой платный осведомитель и сообщил Игнатову, который и был главой моей президентуры, как легальной, так и нет, о том, что в доме второго секретаря его королевского величества появился очень странный француз, месье Булле. Тот сразу произвёл впечатление человека, очень далёкого от реалий заокеанских колоний, и при этом властного и опасного.
Этот факт заинтересовал Игнатова, он приказал устроить за французом круглосуточное наблюдение, а сам с первым же дирижаблем отправил донесение в Сан-Франциско. Я счел эту информацию заслуживающей внимания и задумался, что делать.
Моей первой мыслью было собрать совещание моих военных, де Карраско, Плетнева, Билли Игла, в общем всех. Но потом я подумал о другом и… направил в Мехико сразу трех фотографов с аппаратами. Буквально через несколько дней снимки были у меня на столе, и вместо всех вышеперечисленных вызвал к себе всего одного человека, месье Корвизара.
Бывший личный врач Бонапарта оказался не таким уже патриотом Франции и решил обосноваться у нас, таких возможностей для врача и ученого как у нас не было больше нигде в мире.
— Месье, здравствуйте, — поприветствовал я его. За прошедшее время Жан-Николя изменился, похудел, загорел и как-то даже помолодел, — как ваш очень важный пациент?
Дело в том, что мэтр Абенамар, непосредственный начальник Корвизара слёг в больницу с сильнейшим приступом аппендицита. Корвизар его прооперировал Абенамар и теперь проходил послеоперационное восстановление.
— Добрый день, мистер Гамильтон. С мэтром всё будет хорошо. И знаете что, хоть это и не правильно. Но я даже рад, что это произошло.
— Вот как? Почему, позвольте спросить?
— Дело в том что, позвольте говорить прямо, этот испанец упрям как осёл и вдобавок он еще и ужасно ревнив. Но после того как я спас ему жизнь, он заговорил по-другому
В ответ я только засмеялся, когда Корвизар только начал работать у нас, то мэтр Абенамар буквально засыпал меня жалобами и просьбами убрать подальше этого заносчивого француза. Я тоже сделал, что он завидует Жану-Николя, а тот был гениальным врачом и учёным, из истории медицины я это хорошо знал.