Очень светлые неприятности

Дитя Тьмы обернулась и помахала монстру ладошкой, но выражение лица у девочки оставалось грустное.
— Угук.
Сеня подошёл ближе, наклонился и провёл пальцем по щеке Дитя.
— Угук?
— Нет, я не плачу, — девочка нахмурилась.
— Угугук.
Она отвернулась, помолчала немного и со вздохом сказала:
— Да, ты прав. Я плакала, и мне стыдно. Дочь Тьмы не должна распускать нюни.
Монстр покачал головой и указал на двор замка, где как раз принялись кричать “горько”.
— Угук?
— Нет, ты что! Я люблю Ваню и Клэр. Очень хорошо, что они поженились, — Дитя сделала паузу, кусая губы, и добавила: — Дело во мне.
— Угук?!
— Кто я? Приёмная дочь Владыки, Дитя Тьмы, вся такая магическая и опасная. Да? Вот все так и думают. А кто главное видит?
— Угук?
— Я не расту, Сеня. Я вечный ребёнок, понимаешь? У Вани и Клэр будут дети, я сначала стану старшей сестрой, потом просто сестрёнкой, а затем навсегда останусь младшей сестричкой, вечным недоразумением с вилкой. Клэр учит меня читать, я радуюсь, вся такая умненькая. А через месяц начинаю забывать буквы, и всё по новой. И ничего не помогает! Я такой навсегда и останусь — бессмертный ребёнок, только и умеющий, что делать пакости. Думаешь, мне это нравится?
Дитя отвернулась, всхлипывая и шмыгая носом. Сеня тронул девочку за плечо и протянул носовой платок.
— Спасибо.
Вытерев слёзы, Дитя шумно высморкалась в платок и, скомкав, вернула монстру. Сеня хмыкнул и выкинул его за крепостную стену.
— Вот такие дела, такие дела.
Девочка вздохнула и зло ткнула вилкой в каменную кладку.
— Угук.
— Что? — Дитя Тьмы обернулась.
Монстр провёл рукой, шевеля пальцами в перчатке, качнул головой и рубанул ладонью по воздуху.
— Заставить Тьму меня расколдовать?
— Угук.
Дитя молчала почти минуту, глядя перед собой в пространство.
— Да, ты прав, Сенечка, так и надо. Найти, потребовать, взять — как Ваня всегда делает.
— Угук!
— Сбежишь со мной?
Испытывающий взгляд голубых глаз упёрся в монстра.
— Угук?
— Да, прямо сейчас, пока все празднуют. Меня же никто не отпустит, если спрашивать. Сразу начнётся: а как ты одна, ребёнка отпускать нельзя, дядя Бука начнёт себя в грудь бить, что он лично Тьму отмутузит и заодно мстю за клыки сделает.
Сеня заухал, будто филин, изображая смех.
— Вот-вот. А им нельзя туда ходить, — Дитя сделала мрачное лицо, — только я живой от Тьмы выйти смогу. Ну и ты ещё, да?
Прекратив смеяться, монстр кивнул.
— Так что, сбежим вместе? Мы быстро, они даже не заметят, что нас нет.
— Угук.
Монстр выставил ладонь, и дитя шлёпнула по ней, сделав самый удивительный “дай пять” в этом мире.
* * *
— Что? — Дитя нахмурилась и непонимающе посмотрела на Сеню, — выйдем через ворота, и всё. Никто и не заметит!
Сеня покачал головой и сделал вид, будто несёт чемоданы.
— Вещи? Мы же быстро, зачем их тащить с собой.
Но монстр был неумолим. Взял девочку за руку и повёл в детскую. Минут пять он потрошил шкаф, пока не собрал здоровенную стопку одежды. Дитя хмурилась, корчила рожи, но не спорила.
— Угук.
— Не маловато будет? — язвительно скривила губы девочка.
— Угук!
Монстр иронии не понял и показал большой палец.
— А грузить куда? Это же сундук надо на такую гору.
— Гук.
Из кармана Сеня вытащил клетчатый платок, расстелил на кровати и навалил сверху гору вещей.
— Не влезет, — с ехидцей пискнула Дитя.
Монстр щёлкнул её пальцем по носу и принялся утрамбовывать одежду, напряжённо ухая.
— Да я точно говорю — не вле…
Девочка потрясла головой — влезло! На кровати остался лежать только маленький клетчатый узелок.
— Угук, — Сеня отряхнул руки и подмигнул Дитю.
— Никогда про такую магию не слышала. Про волшебные кошельки знаю, про бездонные сумки, бутылку мумия видела. Но такое?! Как ты умудрился сделать магический карман в платке?
Отвечать монстр не стал, махнув рукой.
— А твои вещи?
— Угук?
— Меня ты собрал, а сам?
Почесав в затылке, Сеня согласился и махнул рукой на дверь.
— Ой, а мы в твою комнату пойдём, да? Ты мне раньше не показывал, где живёшь.
— Угук.
Личной комнатой монстра оказалась мансарда под самой крышей, заваленная доспехами, ржавыми мечами, старыми шлемами. Под потолком висели странные обереги из перьев и связок монет. Ни лежанки, ни места для отдыха здесь не было — видимо, Сеня тут не жил, а только хранил понравившееся барахло.
История с платком повторилась: Сеня расстелил его прямо на полу, накидал сверху доспехи с оружием и принялся с грохотом трамбовать. Дитя Тьмы сначала засомневалась, что можно так с железом, но нет — через минуту в руках у монстра был второй крохотный узелок.
— Всё? Идём вниз.
— Угук, — Сеня подозвал девочку к окну и показал на ворота, — угук.
— Что?
— Угук, — настаивал монстр.
— Нельзя? Думаешь, нас увидят?
— Угук.
На секунду Дитя задумалась. Сделать из простыней верёвку и спуститься по крепостной стене? Или поискать у мумия верёвочную лестницу?
— Метлу возьмём, — решила Дитя, — полетим быстро и вернёмся, пока нас не хватились.
* * *
Уже стемнело, и во дворе замка, где веселилась свадьба, зажгли волшебные факелы. Дитя и Сеня, не скрываясь, проскользнули между столов, гостей и снующих скелетов-официантов. Пусть думают, что ребёнок и монстр просто развлекаются и играют.
Между делом Сеня утащил со стола булку, соронью ножку и большую салатницу с оливье. Прямо на ходу всё это сжевал и довольно облизнулся.
— Ты голодный?
— Угук.
— Вон там, возьми ещё ветчину, пока усатый дядька отвернулся.
Наконец столы кончились, и парочка вырулила к башне, за которой и находилась парковка.
— Угук!
Сеня придержал девочку, выглянул за угол и покачал головой.
— Что там? — Дитя перешла на шёпот.
— Угук.