Будь моим магом
— Не сегодня.
Его слова прозвучали приговором. Я вздохнула и отправилась вслед за ним на кухню.
Глава 5Я стояла посреди алого осеннего сада и пыталась отыскать кухонный стол.
Кухня в доме Тайбери оказалась огромной верандой, выходящей прямо в сад. И сад этот не был похож ни на один сад, где я когда-либо была.
Алые ягоды жимолости подрагивали на обнажённых ветках. Алые листья клёна трепетали над переплётом веранды, заглядывая в окно. Кусты огненной вишни, алые воздушные заросли крылатого бересклета, пламенеющие под мягким солнцем, листопадные кустарники, огненный плющ, вьющийся по стене…
И всё это на воде. Прозрачный ручей тёк через сад, журча, и впадал в крошечный пруд, обрамлённый пылающим кустарником. А на поверхности его кружился кленовый лист.
Я перевела взгляд на подсвеченные магией янтарные соты, где скворчал жареный лосось и исходила паром румяная картошка. Ароматная и свежая еда, ожидающая в стазисе. Лучшие повара были готовы на всё, чтобы услужить отпрыску великого рода.
Интересно, а я увижу когда-нибудь грозного Адриана Тайбери? Ох, что будет, когда он узнает о моём обмане! Вряд ли просто посмеётся и скажет внуку, что тот сам виноват.
Проклятье, почему я не подумала об этом раньше? Но что уж теперь. Воскресшей из мёртвых Деанаре Кассадьеро придётся как-то выкручиваться.
Но не сегодня.
Я оглядела пустую кухню. Тайбери исчез переодеваться почти тут же, убедившись лишь, что я нашла что поесть. Хлопнула входная дверь, и я поняла, что он отправился в Академию. Боевые маги собираются быстро.
Мой необузданный повелитель. Мой бесстрашный повелитель. Мой дивный повелитель. М-м-м… Я покатала эти слова на языке. Пожалуй, я остановилась бы на «бесстрашном» и «неуправляемом». И горе моему дядюшке, лорду Баррасу, который решил запугать моего хозяина, господина и повелителя, обвиняя его в моей гибели. Не выйдет.
…Ведь не выйдет, правда? Я жива и здорова, тела не найдут, лорд Баррас останется ни с чем.
Вот только дядя, увы, обладал весьма крутым нравом и не терпел поражений. Что же из всего этого выйдет?
А пока…
Я протянула руку и коснулась ветки жимолости, которая затрепетала под моими пальцами. Её отражение качнулось в крошечном пруду, зацепив рыжий мох, стелющийся по камню.
Как красиво. И какой необычный у Тайбери дом: крошечные кусочки сада среди солнечной пустоты. Это же сколько домашних кристаллов требуется, чтобы сохранять эти растения под крышей и позволять им расти из ниоткуда в никуда, не давая им увянуть? Я ни разу не видела подобных садов и подозревала, что нужно обладать необычайной силой и очень большими деньгами, чтобы держать домашние кристаллы заряженными.
Когда-то этот дом принадлежал отцу Квинна, Лоренсу Тайбери. Великому боевому магу и дипломату, который заслуженно получил пост ректора Академии.
И погиб прямо на церемонии вступления в должность. Погиб, оставив маленького Тайбери сиротой. Никто так не узнал, кем был тот безумец-одиночка, устроивший взрыв.
Увы, в том взрыве погибли и другие маги. Включая моих родителей.
Я прикрыла глаза на мгновение. Я почти их не помнила. Мы редко виделись, и я догадывалась почему. Отец не очень-то любил мать, но выгнать дочь дома Озри не мог. Даже после того, как она стала бесплодной после рождения дочери.
И этого он никак не мог ей простить. Меня. Родись я мальчиком, всё было бы иначе.
В других родах к наследницам-женщинам относились куда снисходительнее. Ими гордились, им дозволялось выбирать мужа, и часто эти наследницы управляли куда смелее и успешнее многих мужчин.
Но в роду Кассадьеро с девочками обращались куда жёстче. Вместо того чтобы оставить меня при себе, отец отправил меня в провинциальное имение, которое потихоньку приходило в упадок. И обветшало ещё сильнее, когда некому больше стало его поддерживать.
Открыто мои родичи признавали, что я могу стать наследницей отца. Но втайне его конкуренты, начиная с дяди, потирали руки после моего рождения и надеялись прибрать дом Кассадьеро себе, едва я останусь сиротой. Что в итоге и произошло.
Я вздохнула. И вот сейчас я нахожусь рядом с наследником дома Тайбери. Не просто рядом, а практически в его постели. Назвать этот выбор неосмотрительным — здорово преуменьшить.
…И чуяло моё сердце: когда Тайбери узнает правду, кружкой сидра его месть не ограничится.
Когда вновь хлопнула входная дверь, я ходила по коридорам второго этажа и открывала дверь за дверью.
Увы, почти все они вели в совершенно пустые комнаты. Самые многообещающие оказались заперты. Почти единственным исключением оказалась туалетная комната на первом этаже, обставленная в классическом стиле: белый фарфор, мрамор и единственная ветка зелёного плюща, скользящая по стене ввысь. Никаких других излишеств, лишь по стене поднимался очередной узкий водопад, явно управляемый домашним кристаллом.
Красиво. С трудом в это верилось, но у резкого и прямого Тайбери оказался настоящий талант создавать красоту. Значит ли это, что и ко мне он отнесётся бережно?
Послышались быстрые шаги, и я очнулась от раздумий.
И столкнулась лицом к лицу с ним самим.
Фигуру Тайбери вновь украшал боевой костюм с металлическими пластинами. Лицо было словно высечено изо льда: после похода в Академию он явно был не в настроении.
Но его взгляд резко изменился, едва упал на меня.
«Он видит перед собой ослепительную красавицу, — напомнила я себе. — И всё ещё к этому не привык».
— Выбираешь себе спальню? — ехидно поинтересовался Тайбери. — Зря. Ты будешь спать со мной.
— Да нет, просто шныряю по твоей великолепной обители, о мой любопытный повелитель, — машинально отозвалась я. И тут до меня дошло. — Что?!
В глазах Тайбери сверкнуло злорадство.
— Ты моя шейра, — в его тоне отчётливо проскользнули язвительные нотки. — Я твой хозяин и господин. Сегодня мне хочется повиновения, уюта и покоя, и ты мне их предоставишь. Хватит с меня Барраса и Академии. — Он потёр висок. — Они уже достаточно испортили мне день.
— И ты собираешься отыграться на мне? — возмущённо спросила я. — Ну спасибо тебе, повелитель! Обрадовал!
Тайбери поднял бровь, оглядывая мою фигуру.
— Разве ты не призвана, чтобы утешать меня в моменты слабости?
— А у тебя сейчас момент слабости? — живо поинтересовалась я.
Глаза Тайбери сверкнули. А в следующий момент он вдруг наклонился — и я оказалась перекинутой через его плечо.
— Эй! — завопила я.
— Не «эй», а «повинуюсь, мой великий повелитель!» — небрежно бросил Тайбери, перехватывая меня покрепче. — В самом крайнем случае — «пощады, повелитель!» Как падать на колени, надеюсь, ты не забыла?