По секрету твоя
— Поехали, Вишня, — говорит, и мое сердце пропускает удар.
Сейчас. Вот сейчас всё и решится.
Он усаживает меня в мерседес, обходит машину и садится рядом, расположив руку на моём бедре. Только мои джинсы и водитель отделяют меня от первого в жизни секса в машине.
Молчание. Оно давит. Кажется, я никогда не чувствовала себя более живой, чем за эти дни с ним. И сейчас я не знаю, могу ли мечтать о большем. Я старалась не накручивать себя в гостинице и самолете, но сейчас чувства захлестывают и руки начинают подрагивать.
Марк ловит мои ладони и целует, а после притягивает меня к себе, чтобы коснуться губами виска. Остаток дороги я нежусь в объятиях, наслаждаясь его теплом. Интересно, а он моим наслаждается?
Машина останавливается, и Марк помогает мне выйти. Мы стоим друг напротив друга. Я протягиваю руку и очерчиваю его бровь, спускаюсь к щеке, провожу кончиком указательного пальца по губам и кладу руку на его шею.
Я запоминаю его, я прощаюсь с ним. И я так этого не хочу.
Лить слёзы и просить остаться не буду. Слышала, как взрослые мужчины относятся к курортным романам, а у нас именно такой. Не хочу, чтобы он запомнил меня жалкой. Мне уже не пятнадцать, чтобы искать скрытые намеки, почему Марк лично доставил меня домой. Может быть и банальная вежливость, но это еще одно очко в команду Айболита. Илья ведь даже не предложил меня встретить. И проводить тоже.
Он наблюдает за моими действиями серьезным взглядом, а потом кладет ладонь на затылок и подталкивает к себе, целуя. Я снова чувствую это: жар его тела и пчелы в моём животе.
— Ты что, сбежать от меня собралась, Вишенка? — шепчет, водя носом по моей щеке. Я киваю, а потом отрицательно машу головой, прячу лицо, касаясь губами мужской шеи. Я не знаю ответа, потому что Марк даёт мне выбор. А я не хочу выбора, но и признаться ему не могу, — Что же за мысли занимают твой разум, сладкая? — проходится губами от скулы до щеки, — Ты сплошное искушение… — он отрывается от меня и глубоко вдыхает пару раз, — Дай свой телефон.
Передаю ему мобильник, и через пару минут нашу тишину пронзает звонок.
— Теперь не отвертишься, — притягивает, закусывая мочку уха, а после ещё раз целует мои губы. — А теперь иди. Иди, иначе я поднимусь в твою квартиру.
— Думаешь, я буду препятствовать тебе? — мой голос, охрипший и словно чужой.
— Не искушай судьбу, сладкая. — Проводит рукой по моей спине, прощаясь.
Я забираю чемодан, сумку и, не оборачиваясь, шествую к подъезду. Я знаю, что он смотрит. Чувствую. И больше не выдерживаю. Ставлю вещи, оборачиваюсь и бегу к нему. Марк сразу же подхватывает меня на руки и вгрызается в губы.
Возбуждение накатывает волнами, пчёлы беснуются, а мы не можем оторваться друг от друга. Но только что я решила, что он не войдет в мою квартиру сегодня. Хочу, чтобы он вернулся, поэтому поднимусь к себе одна. Знаю, что это плохая идея, но ничего не могу с собой поделать.
— Пожалуй, я воспользуюсь беспрепятственным проникновением в твою квартиру.
— Не искушай судьбу, сладкий, — чмокаю его в губы и ухожу, виляя задницей, которую не видно под курткой.
— Дьяволица, — доносится до меня. И надеюсь, это не воображение.
Интересно, а водителю понравилось кино?
Глава 12Я просыпаюсь от звонка. Илья. Черт. И хоть я осознаю, что веду себя как страус, пряча голову в песок, желание принять вызов и разыгрывать радушие это знание не придаёт. Я хочу продлить чувство эйфории, которое нашла с Марком, поэтому сбрасываю звонок. Смелею.
Скажу, что спала и сбросила по инерции. Отметив, что на сердце кошки из-за этого не скребут, иду делать себе кофе.
Сегодня последний день каникул, так что сейчас релакс, а завтра универ.
Релакс выходит довольно-таки условным, потому что через пару часов в чате университетской группы в соц. сети вижу настоятельный совет старосты Кати повторить предмет финансовый аудит с припиской, что это не её личная прихоть. И это становится напоминанием, что отдых закончился. Участников беседы я видела лишь мельком, когда пару раз забегала в деканат по поводу академ. разницы.
Сессию, с отличием сданную в родном ВУЗе, легко тут защитали. Но это не значит, что родители покивают головой. Мне кровь из носа нужно будет подтверждать свои знания. Отцу хватит и одной четверки, чтобы не только голову мне оторвать, но и вернуть обратно в Чернигов. Поэтому вооружившись полученными в библиотеке книгами, чистой и прошлой тетрадями, я беру ноутбук и располагаюсь на своей маленькой, но уютной кухне. У нас пару первых месяцев занимали только лекции с несложным домашним заданием, практические были после. Тут, возможно, по-другому? Предмет я знаю довольно неплохо, все свои оценки заработала сама и честно, но, если преподаватель отнесется предвзято к моему переводу… М-да, эти полгода мне придётся изрядно попотеть, чтобы всех убедить в незаурядности моего мозга.
Повторение дисциплины -- дело не слишком уж увлекательное, но в моей ситуации просто необходимое. Собственная лень подбивает пойти поваляться под сериал, но здравомыслие удерживает, и я убеждаю себя в том, что моё завтра пройдет намного легче, если заставить мозги работать в направлении учебы сегодня, а не в первый же день в незнакомом месте. Особенно, если это подчеркнул преподаватель.
Где-то ближе к семи мне снова звонит Илья. На этот раз по скайпу. Мысли о проверке от себя отгоняю. Можно было бы решить, что я помешана на теме контроля, но собственным ушам пока доверяю, так что папиному прихвостню не ответить снова не могу:
— Привет, как ты? — говорю, как можно приветливее и поправляю волосы в попытке успокоиться.
— Вау, ты взяла трубку. Рад тебя видеть, Таисия. Правда, хотел для начала услышать утром, но ты не удостоила меня такой честью. — И сразу претензия.
Я знаю, что он папин прихвостень, но также знаю, что любит меня. Неужели это действительно такой грех — не перезвонить? И дело даже не в том, что я не перезвонила. Мы не виделись довольно долго, и первое, что он говорит мне — это не искреннее «я скучал» с улыбкой, а фыркающая фраза. Почему? Или правда, у всех так?
— Я спала, сбросила по инерции, а потом села за учебу. В группе посоветовали повторить предмет, — не хочу выяснять отношения. Я просто хочу закончить разговор.