Охотник на читеров 8: Час пробуждения

Говорил он с небольшими заиканиями, но судя по всему, это был временный эффект.
— Я проснулся. Это реальность? — Сантьяго принялся себя ощупывать, — вот же сука, а. Мне теперь полгода восстанавливаться, не меньше. Мышцы атрофировались. Ног вообще не чувствую.
— Сиди, не рыпайся, — строго сказала Мария, — я тебе массаж сделаю. Сразу пойти не сможешь, но через неделю на ноги встанешь.
— Так и думал, — Саня сел в кровати, надел очки и посмотрел на нас, — выходит, что у вас все получилось? Алена в лучшем из миров?
— Да, — ответил я.
— А ты какого хера тут делаешь тогда? Я думал у вас любовь-морковь, все дела. Почему ты с ней не свалил?
— Я не мог оставить тебя одного, дурачок, — я нагло улыбнулся, — я же тебе еще ключ не вернул.
— Он у тебя? — быстро спросил Сантьяго.
— Да, — я вынул из кармана и покрутил в руках, — хорошая штучка. Но прямо сейчас я его тебе не отдам. Мне нужны корона и помощь в борьбе с Игроком.
— А может быть, тебе еще в газетку поебаться завернуть? — зло ругнулся Сантьяго, — слишком дохера хочешь.
— Ты не в том положении, чтобы качать свои права, — напомнил я, — мне ничего не стоит вырубить тебя, а тетя Маша подключит тебя обратно. Так что веди себя хорошо. Где другие части короны?
Сантьяго заскрежетал зубами от злости и беспомощности. Будь он в своей обычной форме, то уже накинулся бы на меня и скорее всего, навешал бы люлей. Я прекрасно понимал, что в реальной драке долго против него не продержусь.
— Одна находится в Эрмитаже, в рыцарском зале, — Сантьяго начал тереть руки, — другая в Цифирной башне у Пеля, дрессировщика грифонов, а третью я спрятал поглубже в Инженерном замке. Что же касается моей помощи тебе с Игроком, то тут, как видишь, все сложно. Я не на ногах. Истощен и ослаблен во всех смыслах. И даже твой свет не поможет мне. Так что я вынужден послать тебя в пешее эротическое путешествие, сам знаешь куда.
— А ты ведь обещал, — напомнил я.
— И на крови клялся, да? — Сантьяго ехидно посмотрел на меня из-под очков, — ты достал для меня кольцо Алены?
— Нет, конечно, — не моргнув глазом, соврал я, — оно тоже сгорело вместе с телом.
— У-у-у, дерьмовая история. Без этого кольца мне будет немного тяжелее восстановиться, но да черт с ним.
— Выходит, что сам ты с Игроком не хочешь связываться? — настойчиво спросил я.
— А зачем? Он мне в кашу не гадил, я ему тоже. А ваши игры не для меня. И повторюсь, я не в форме, чтобы садиться расплетать его узелочки и ниточки. Найди меня через месяц, а лучше через два на Бали. Там и поговорим, — Саня весело подмигнул мне, прекрасно зная, что я могу и не дожить до того времени.
— Тогда я хочу поговорить с твоим симбионтом, — резко выпалил я, — сейчас же.
— С Плетуньей? Ты в своем уме? — Саня был сильно удивлен, — она не будет разговаривать с таким ничтожеством как ты.
— А ты спроси ее. Думаю, что нам найдется о чем побалакать.
— Это звучит настолько по-идиотски, что мне даже стало интересно. Ты хоть представляешь, кто она такая?
— Паучиха. Древняя, большая и толстая, — ответил я, — этого более чем достаточно, чтобы поболтать с ней.
— Сразу видно, что ты тупой как ножка от кровати, на которой я сижу, — Саня тяжело вздохнул, — мне не очень нравится, когда она занимает мое тело. Сам понимаешь, одно дело, когда твоя псина берет контроль, у нее хотя бы столько же конечностей как у тебя. С пауками гораздо сложней. Как наблюдатель, ты можешь и в штаны наложить.
— Я-то? — я снова улыбнулся, — это вряд ли. Поверь, я видел и не такое дерьмо.
— Ну как знаете, — Сантьяго посмотрел на Марию, а потом странно дернул плечом. Его глаза закрылись, очки слетели на кровать, а сам он закинул руки за спину и повалился всем телом назад. Перевернулся, выгнулся. Складывалось ощущение, будто Саня хочет сделать мостик.
— Это еще что за акробатика? — ахнула бабуля, — в него бес вселился?
— Да, причем очень древний, — ответил я, — вам лучше выйти. Мы вас попозже позовем.
Суставы Сантьяго захрустели, а руки и ноги начали выворачиваться под совершенно невероятными для человеческого тела углами. Бабка взвизгнула и вылетела из подвала. Олег молча смотрел на эту трансформацию. Меня же слегка начало подташнивать. Было очевидно, что паук занимает тело и перестраивает его под себя. Саня полез на стену, но не удержался, упал, а затем уперся в нее ногами. Его голова оказалась сильно задранной. Он смотрел на нас снизу вверх. Глазные яблоки закатились, отчего Сантьяго смотрел на нас только белками. Мне стало немного не по себе.
— Изгоняющий дьявола отдыхает, — пробормотал Олег, — впервые вижу такую трансформацию.
— Угу, я тоже, — согласился я, — и прекрасно понимаю священников. Им же ведь с такими работать приходится.
Трансформация, видимо, закончилась, и симбионт Сантьяго безмолвно смотрел на нас. Рот Сани дрожал, но из него не было ни звука.
— Эм, — я почесал затылок, — здравствуйте.
— Ахаха! — Олег истерично засмеялся и ткнул меня в бок, — ну ты кадр, Серега! Ты думаешь, что паук умеет говорить на русском?
— Погоди, но ведь, во снах…
— Во снах я папа Римский.
— Нужно врубить второе зрение, — предложил я.
— Нет. Второй слух. На самом деле Плетунья уже поздоровалась с нами и теперь офигевает от твоей задержки.
— Я не умею переходить в это состояние, — я недоуменно посмотрел на паука.
— Ладно, я буду вашим переводчиком, хотя это чертовски сложно, — сказал Олег, — пребывать во втором слухе даже сложнее, чем видеть. Но мне обычно помогает медитация.
Маг забрался на кровать и сел напротив Сантьяго, подогнул под себя ноги и закрыл глаза. Через какое-то время я услышал его тихий шепот.
— О чем ты хочешь поговорить, симбионт?
— Мне нужна помощь в борьбе с могущественным магом реала, — негромко сказал я. В комнате воцарилась странная спокойная атмосфера, а время будто и вовсе застыло.
— Я не вступаю в конфликты между магами или людьми. Я наблюдаю и слежу за вами.
— Удобная позиция, понимаю. Но я и не прошу о прямом личном вмешательстве. Возможно, что ты можешь помочь как-то иначе.
Саня начал жутко крутить головой в стороны, и я даже чутка испугался за его здоровье. Не сломал бы он себе чего-нибудь.
— Что она делает? — шепнул я Олегу.
— Думает, что бы взять у тебя взамен.
— Взамен? — легкий холодок прошел между лопаток, — что я могу ей дать?
— Без понятия. Это же древнее существо. Ему может потребоваться как и власть над всем миром, так и твой, нестиранный три месяца, носок.