Новенький

«Его больше нет», сказала мне она, когда я спросила, где Дима.
Выхожу из квартиры, держась за перила, спускаюсь вниз. На улице льет дождь, и я останавливаюсь под ним. Промокаю до нитки за минуту.
Дождь скрывает мои слезы. Я куда-то бреду, не разбирая дороги. Животу очень больно, я продолжаю придерживать его рукой.
Не вижу ничего и никого перед собой. В голове пульсирует только: «Димы больше нет», «Его убил другой снайпер».
И это из-за меня.
Из-за меня, из-за меня, из-за меня…
Димы больше нет из-за меня.
И меня без него тоже больше нет.
Меня без него нет…
— Эй, смотри, куда идешь! — слышу фоном чей-то голос. Это мне?
Звонкий сигнал клаксонов, рев шин, а затем резкая боль в левой части тела. Меня подбрасывает и перекручивает в воздухе. Я лечу, парю, вдруг думаю. А затем новая сильная боль пронзает все тело от головы до пят.
— Черт, она шла на красный!
— Скорую! вызовите кто-нибудь скорую!
— Девушка, вы живы?
— Скорую, срочно!
Какие-то голоса, суета, а я лежу и смотрю в мрачное свинцовое небо, затянутое тучами. Дождь по-прежнему скрывает мои слезы. Где-то там, на этом небе, он… Смотрит на меня сейчас.
И прежде, чем у меня закроются глаза, успеваю подумать лишь одно:
Я так хочу еще хоть раз обнять тебя, Дима.