Помню тебя наизусть

Вот такое у меня место релакса, и сейчас я намерена хорошенько «отдохнуть», чтобы выдавить из головы мысли о сводном брате.
 
— Ян, привет! — ко мне подошел Игорь, молодой ветврач, который только прошлым летом закончил универ, — как дела?
— Отлично, — я распахнула клетку и завела туда громадного хромающего кавказца, — как всегда чищу, мою. Вон Марине Владимировне помогала перевязку делать.
Он внимательно наблюдал за тем, как я обустраиваю собаку.
— Тебе врачом надо быть. У тебя талант. Сердце доброе и руки чуткие. Живность это чувствует и тянет к тебе.
— Скажешь тоже, — усмехнулась я, выходя из клетки и тщательно закрывая ее на задвижку.
— Нет, я серьезно, Ян. Ты не думала о карьере Айболита?
Думала ли я об этом? Да. Хотела ли этого? Очень.
— Ты куда после школы пойдешь учиться?
— В наш универ. На дизайнера, — коротко ответила я, вытирая руки о старые джинсы.
— Ты что! Тебе на биологический надо! Это прямо твое!
— С радость бы, но увы. Не смогу.
— Конечно сможешь, ты же умница.
Я только покачала головой и грустно улыбнулась. Не смогу.
В приюте я пробыла еще пару часов, а потом начала собираться домой. Переоделась, тщательно вымыла руки и, забрав из раздевалки свои вещи, вышла на улицу. Вечернее небо неприветливо хмурилось, грозя вот-вот разразиться густым снегопадом и намекая, что надо бы поторопиться, если я не хочу завязнуть где-нибудь по дороге.
Я поглубже натянула капюшон и побрела к машине, думая о том, приперся ли Макс домой или все так же прохлаждается у Левиной. С одной стороны я его видеть не могла, а с другой… Ждала. Мне до дрожи хотелось, чтобы он вернулся. Хотелось сидеть у себя и с трепетом думать о том, войдет этот мерзавец или нет. Хотелось прислушиваться к шагам и гадать, чем он занимается в своей комнате. Хотелось вздрагивать от случайной встречи в коридоре.
Так глупо, что даже перед самой собой стыдно.
Еще стыднее стало, когда я вернулась домой и обнаружила, что Макс так и не пришел. Он только позвонил матери и сказал, чтобы его не ждали. И вместо того, чтобы равнодушно пожать плечами, я почувствовала такую жуткую тоску, что защипало глаза. Внизу, при родителях мне еще как-то удалось сдержаться, а вот когда оказалась в своей комнате, села за стол, почувствовала, что больше не могу.
Уткнулась лицом в ладони и разревелась.
    
Глава 7
POV Янка
 
Настя все-таки не выдержала и следующим вечером, когда Макс наконец соизволил вернуться домой, устроила ему такой разнос, что дома даже стены тряслись. Она настолько завелась, что не стала уводить его в тайное место, чтобы тихонько высказать свои претензии, а устроила разборки прямо у порога.
Он сначала пытался спорить, отстаивать свою точку зрения, но разозленная мать перла как паровоз и попросту смяла его сопротивление. Даром, что до плеча ему только доставала, внутренней силы в ней было гораздо больше.
Под конец Макс стоял, втянув голову в плечи, краснел и откровенно обтекал, не зная куда деваться. Я даже не знаю, что больше бесило дорогого братца. То, что его отчитывают как малолетнего сопляка, или то, что я стала свидетелем скандала.
Я тихонько стояла у дверей, прислонившись к прохладному косяку, и откровенно наслаждалась моментом, будучи целиком и полностью на стороне Анастасии Сергеевны. Злорадствовать не хорошо, но именно этим я и занималась, внутренне торжествуя от какой-никакой, но справедливости. Ершов бросал на меня такие лютые взгляды, что я бы, наверное, испугалась… если бы так сильно не веселилась.
— Ты понял меня, Максим? В школу, из школы. И все. На этой неделе больше никуда не выйдешь! Наказан!
— Мам, да что ты меня, как маленького!
— А какой-ты? Куча лет — мозгов нет! — припечатала Настя, — К тебе по-хорошему — ты наглеешь! Тебя просишь, как взрослого — ты начинаешь творить, не пойми что. Вроде здоровенный вымахал, а ведешь себя как ребенок.
— Мам!
— Я все сказала. После уроков сразу домой. Только попробуй завтра задержаться! Я буду лично водить тебя в школу. За руку! Ты меня знаешь.
Макс насупился, а я представила, как мама за руку приводит его в класс, и чуть не засмеялась во весь голос. В последний момент только успела губы поджать и тихо хмыкнуть, за что получила очередной убийственный взгляд.
— Все иди к себе! Переодевайся, и чтобы через пять минут в столовой был.
— Я не голоден, — пробасил он.
— А мне все равно! — Настю уже было не остановить, — я готовила ужин для всех, так что будь добр, прояви уважение к моему труду. Иначе всю следующую неделю будешь готовить сам!
Багровый Максим стрелой взметнулся вверх по лестнице, Анастасия Сергеевна проводила его грозным взглядом, потом прикрыла глаза рукой и измученно застонала. Бедная. Как мне было ее жалко. Любит она своего обормота, а он ей нервы мотает, свин неблагодарный.
Через пять минут Максим действительно спустился к столу. Сел с краю, хмуро склонившись над тарелкой, и до конца ужина так и не поднял от нее взгляда.
Отец предупредил, что задержится на работе допоздна — у него подготовка к ответственной поездке, поэтому ели втроем. В напряженной обстановке, молча. Очень неуютный вечер получился. Зато радовало, что Макс наконец дома. Правда после ужина он сбежал в свою комнату, заперся и больше носа не показывал, но я все равно была довольна и постоянно улыбалась.
 
Следующий день начался с очередного неприятного сюрприза. Внизу на главном стенде вывесили рейтинг претендентов на титул «король и королева школы». Традиция такая у нас — голосования устраивать. В течение последнего года обучения все выпускники попадали в список претендентов на корону. И раз в две недели старосты каждого класса проводили опросы, потом школьные активисты подчитывали голоса и вывешивали на доску почета.
Сегодня как раз было обновление рейтинга, и теперь народ толпился и бойко обсуждал результаты. Я подошла ближе и, бесцеремонно протиснувшись между девятиклашек, привычно нашла свою фамилию на вершине списка. В этот раз на первом месте. Мы с Иркой периодически выталкивали друг друга с пьедестала, изредка между нами влезала Катька, и еще реже кто-то третий.
У парней на первом месте неизменно был Меньшов. Но когда я скользнула взглядом вниз, то обнаружила на седьмой строчке Максима.
Обалдеть. Ершов всего две недели как оказался в нашей школе и уже в десятку фаворитов влез. Вот наглец!
— Кто там первый? — к стенду протолкнулась Юлька Озерова из параллельного класса, при этом сильно задела меня плечом и даже не обернулась. Стерва! Вечная активистка и подхалимка, готовая угождать всем учителям без разбора. Противная девка. Мы ее терпеть не могли, но она была настолько непробиваемая, что плевать хотела на всех нас вместе взятых, — фуу, опять Белецкая. Скукотень! Неужели достойных кандидатов нет?