Порученец

– Всего-то пощечина, а какой эффект, – папа Влада умилительно сжал кулачки на груди.
– Да, да, – поддержал его отец Недда. – Наш сын всегда за слабых заступался. А Влад, он же такой милый, очень Недду подходит. Но вряд ли мы заставили бы их просто познакомиться. У одного учеба на первом месте, у другого служба.
Гости переглядывались и потирали руки. В глазах папочек-омег засверкали надежда и коварство. Пример Недда и Влада вдохновил и утешил. На большом листе все дружно начали выписывать имена, привычки и устремления детей, прикидывая в каких ситуациях их детки ухнут в царство инстинктов.
 
Похищение
Как они меня доставали, кто бы знал!
Вальд был лысеющим брюнетом и чемпионом по дурацким вопросам. Он запросто мог на лекции по внеземным цивилизациям начать мне рассказывать о ферме отца, о курочках и бычках. А потом спросить, какую курочку я бы выбрал в суп, которая пожирнее, или которую остальные куры не любят? Мой недовольный вид нисколько его не смущал, он ждал ответа, задавая свой вопрос про курочек снова и снова.
Тилон был темнорусым, красавчиком в офисном прикиде и любителем нескромных прикосновений. Подкарауливал меня на лестнице, в аудиториях, в столовой и обнимал за талию, гладил по щеке, шлепал по заднице, слал воздушные поцелуи. Я злился, отталкивал его, специально затачивал ногти и царапал до крови, пинал утяжеленным носком ботинка под коленку, но Тилон как маньяк выходил на охоту на меня каждый день и, бывало, доводил меня до белого каления.
Динур был бритым и тормознутым полукачком, что давно вышло из моды. Народ в космическом лицее предпочитал демонстрировать силу мысли и скорость соображалки, здоровье у всех было отменное, благодаря строгим и неподкупным комиссиям, и только Динур продолжал наращивать мышцы и носить капюшон, надвинутым на глаза. Подходил ко мне на перемене и вскидывал согнутую руку. Я вяло изображал улыбку, трогал одним пальчиком бицепс и спешил отойти.
Все они были альфами и все трое были мне безразличны как дно океана. Вместе учимся, делов-то. Это когда-то омеги почти не имели прав, но сейчас же иначе. И в космическом лицее можно учиться, и на орбитах работать, и даже служить там, где раньше царил исключительно супер альфа-дивизион “Рвущие пространство”. И никто без согласия омеги не смел его хватать, метить и принуждать к сексу. Моя семья мной гордилась, потому что в первом поколении в семье появился продвинутый, уверенный в себе, получающий образование омега.
Уникальный Био-Спарринг-Автомат зафиксировал отсутствие симпатии с моей стороны к этим олухам, я загордился, а зря. Тот же аппарат обнаружил искреннюю симпатию ко мне со стороны альф, чувство у всех троих было примерно одинаковое по глубине, и поэтому он объединил нас в полевую группу. Мы должны были одной командой проходить практику на дальних планетах. Ничего особенного. Сидеть перед экранами и слать отчеты. Я предпочел бы тупить в монитор с кем-нибудь поинтереснее, но никакого выбора нам не предоставляли.
Может, мне даже повезло. Мой сосед по комнате получил в команду тройку одинаково ненавидящих его парней. Я сочувствовал соседу лишь до старта на практику. Потом начал дико завидовать. За три дня пути мои обожатели так меня выбесили, что я с удовольствием поменял бы их на альф ненавистников. Ненавистники дулись бы по углам и придумывали подлянки. Все интереснее, чем в сотый раз отвечать про курочек, трогать бицепс и уворачиваться от поцелуя в висок.
Дальние планеты были освоены гораздо лучше ближних. Прекрасный климат, есть, где провести время и много практикантов. Но с моими спутниками разве повеселишься. За полгода практики я ни с кем не познакомился, потому что постоянно рядом ошивались Вальд, Тилон и Динур. Даже в туалете. И понемногу распускали руки, шлепая меня по заднице и прижимаясь сзади.
Я огрызался, но они меня доконали. Если бы БСА замерил мои чувства к альфам на этой практике, то это однозначно были бы раздражение, тоска и бессилие. Я всерьез подумывал перевестись на другой факультет. А еще лучше в другой лицей, в другом городе, на другой планете. Где меня не будут доставать вопросами, прикосновениями и накачанными мышцами. Они же еще и подстрекали друг друга.
Возвращался я с практики радостный, предвкушая каникулы и одиночество. Настроение не портили даже бесконечные просьбы одногруппников навестить меня. Нет, нет и нет. Никаких визитов. Ни вместе, ни по отдельности. Мы сидели всей толпой в гостиной: они резались в онлайн-игры, а я, спрятавшись за электронным альбомом с типами галактик, мечтал об отдыхе. Я мог о нем мечтать, потому что заявление о переводе в другой лицей я уже подготовил. Еще пара дней и я свободен как ветер. Предвкушал, как вытянутся физиономии этих надоедливых альф, когда после каникул они меня не обнаружат на лекциях.
Мои мечты были грубо прерваны неприятным скрежетом снаружи. Как будто кто-то прошелся дребезжащим листом железа по обшивке нашей летательной капсулы. Я кинулся к иллюминатору. Что это? К нашей капсуле пристыковался посторонний космический корабль без опознавательных знаков. Это вообще-то категорически запрещено правилами, все знают, что студенты неприкосновенны. На нашей капсуле во весь борт значилось – "Космический лицей".
Кое-кому, а именно межпланетным пираткам, правила были не писаны. И спустя полчаса в гостиную вломились две высоких альфа-особи женского типа. Они выглядели почти как мы, выходцы с ближних планет совместимы с омегами, но имели шипастые головы, большие груди и трехпалые руки. Прелести пираток меня не впечатлили. Меня такое вообще отталкивало. Я был традиционным омегой и хотел встретить своего альфу мужского типа.
Инопланетянки как по команде синхронно схватили меня за локти и выволокли из гостиной. Я в панике оглянулся на альф, они сидели неподвижно. Загипнотизировали их что ли? Даже не дернулись, чтобы отбить меня. Я обиделся, вот тюфяки. А еще мышцами трясли, в гости напрашивались, по члену норовили погладить. Моя судьба меньше меня взволновала, чем вот такое поведение. Успел еще озадачиться, а как бы себя повели мои ненавистники, захлопали бы в ладоши, наверно.
Пиратки утащили меня на свой корабль, усадили в гостиной, похожей на нашу, на мягкий диван, а сами уселись напротив в двух креслах. Пялились, хмыкали. Ужасно неприятно находиться под микроскопом. Я вообще не понимал, зачем я им. Если они только заикнутся о выкупе, их наш лицей со света сживет. И если я вовремя с практики не вернусь, тоже.
– У тебя земной час, конфетка, – та, что выглядела помоложе, с голубыми глазами, установила таймер на нужное время и поставила его так, чтобы я видел. – Выбирай, с кем останешься.
– Из вас? – я обомлел. Такое мне и в страшных снах не могло привидеться.
– Нужен ты нам, – неприлично заржав, похитительницы стали толкать кулаками друг друга в плечо. – Вот дурак.
– У тебя три мужика, а у нас ни одного, – снизошла до объяснений та, что старше. – Мы заберем двоих, тебе даем право выбрать, кого себе оставишь. Без обид. Могли бы на свой вкус забрать, но мы честные.
– Так всех берите, – я подпрыгнул на диване, прижал руки к груди для пущей убедительности. – У вас ведь, наверно, еще подруги есть. Мне не жалко.