Ген подчинения. Тома 1 и 2 (СИ)

Повернув голову в мою сторону, Хуалинг, видимо, не расслышав до конца мною сказанное, спросила:
— Что? — После чего я, более сурово, повторил.
В уголках огромных, круглых глаз проступили слёзы. Зубы застучали, лицо скривилось, после чего та, взорвавшись словно сопливый гейзер, разрыдалась.
— Спасибо… Спасибо, Миша! — повиснув на моей рубашке, лезла обниматься Мо. — Я буду хорошей, честно-пречестно! Я буду стараться изо всех сил! — Причитая, словно провинившийся ребёнок, повторяла Хуалинг, оставляя соленые пятна на…
— Засопливишь мою рубашку — выкину нахрен! — увидев, как бесцветная жижа приближается к моей одежде, вскочил я, на что дух лишь прокричал в ответ:
— Прости!
  
Глава 17
 
Давно мне не доводилось видеть настолько плаксивых и переменчивых в своем настроении девиц. Привыкнув к всё той же железной Суинг и коллегам, окружавшим меня на работе, сейчас приходилось с огромным трудом общаться с вполне взрослым духом, который вел себя как какой-то совершенно обыкновенный подросток.
Преобразование нагого духа Мо в человека началось с того, что та выбрала из моей вещевой полки себе сменную одежду. Это были семейники севшие на неё как шорты и безразмерная майка вместо платья. В ближайшее время стоило купить ей что-то из вещей, однако, опасаясь того, что за мной могут следить, было принять решение отложить поход по магазинам на неопределенный срок.
Как оделись, последовал целый урок по тому, как пользоваться стиральной машинкой, духовкой и микроволновой печью, чему та активно сопротивлялась, говоря, что может готовить на плите, а так же стирать руками куда лучше любой бездушной машины. Всё прояснилось буквально с первых нажатий по клавишам. Пределом технических возможностей этой дамочки было включить и выключить свет в доме. Со стороны и вовсе казалось, что она была служанкой женщины, жившей век или два тому назад, отчего мысли о столь долгих издевательствах злили ещё больше.
После того, как её старые, вонючие тряпки отправились в стирку, перешли к кухне. Приготовленный мною на скорую руку ужин пришелся Мо по вкусу. Уплетая за обе щеки, девушка, не сводя с меня глаз, трескала всё, что только было можно.
— Тебя что, не кормили? — Глядя на измазанную жирком мордочку, спросил я.
— Нет. Духи вполне могут питаться окружающей их энергией. — С набитым ртом, глядя мне прямо в глаза, ответила Хуалинг.
— Но, тогда почему…
— Потому, что ты предложил, и потому, что вкусно. — Быстро перемалывая челюстями поданное мной, ответила Мо. — Но если ты скажешь, я не буду брать твои продукты и…
— Да ешь на здоровье. — одна только мысль о том, что я буду кушать, когда на меня кто-то таращится подобным, голодным взглядом, отгоняла весь разыгравшийся за день аппетит. — Просто хочу узнать о вашем мире. Чем живете, какие цели преследуете, и вообще, ты говорила о какой-то игре… — Поднявшись, чтобы помыть тарелку, проговорил я.
— Игра Богов. — вытерев одетой на её, моей майкой свое лицо, деловито заявила лисица, после чего получила подзатыльник.
Ойкнув, та, сразу поняв, за что прилетело, тихонько произнесла:
— Прости…
— Прощаю. Больше так не делай. — отозвался я, доставая из кармана новую пачку сигарет. В этот раз, видимо, придется идти на балкон, пусть на кухне и есть вытяжка, не хотелось, чтобы гостья дышала тем же, чем и я. — Ты не куришь?
— Гадость… — Скривилась показушно Мо. Значит, не курит. Ладно.
Взяв пепельницу, зашагал в сторону моей личной, маленькой террасы. А ведь помнится, именно балкон был причиной снятия этой дорогущей квартиры, сжиравшей почти семьдесят процентов моей зарплаты.
Соседская многоэтажка поприветствовала меня своими горящими в шахматном порядке окнами. Резкий порыв ветра вместе с моросью ударили по лицу. С середины лета уже не курил здесь… Обленился что-то я. А ещё… Ещё начал верить в богов и демонов, в проклятья там разные, и метки какие-то. Не удивлюсь, если ещё через день начну читать гороскопы и прислушиваться к народным приметам.
 
— Докатились… — Делая ещё одну тягу, ощутил обжигающее касание угольков. Выпав с этими мистическими мыслями из жизни. Незаметно для себя скурил сигарету до самого фильтра, после чего, оставив пепельницу на балконе, вернулся в дом.
— Б-р-р-р, ну и погодка. — когда меня слегка колотнуло, взглянул на грустную с Мо.
— Эй, ты чего? Всё еще дуешься за тот подзатыльник?
— Прости… — Не поднимая головы, проговорила она. — Ты же мерз там из-за меня, да? Потому, что мне не нравится дым. А я… Я ведь должна быть тебе полезной, но, по факту, ничего не могу сделать для тебя. Прости, я никудышный дух, вещи ещё твои пачкаю…
— В этом нет ничего страшного. — щелкнув ту по носу, с улыбкой ответил я. — Живи и учись, привыкая к реалиям современного мира. Покуда я тебя прогонять не собираюсь, но в будущем тебе придется стирать, убирать и готовить, — такова будет твоя плата до тех пор, пока не найдешь себе новое жилище.
Не поднимая головы, невысокая девушка Мо лбом уткнулась в мою грудь.
— Хватит уже сырость в доме разводить. Прекрати плакать. — Чёрт, почему мне её так жалко? Приобняв Хуалинг, прижал ту к себе.
— А я и не плачу. — Шмыгая носом, всё так же, не поднимая взгляда, отозвалась девушка. — Тебе ещё про Игру Богов интересно?
— Интересно. — Улыбнувшись, ответил я.
— Снимай брюки. — прошептала Мо.
— Неожиданно… — выпустив девушку из объятий, отозвался я.
— Заштопаю, покуда рассказывать буду. — Ответила мне своей фирменной сопливой улыбкой Мо.
— А справишься?
— Между прочим, я древний дух, и нет вещи, с которой я бы не справилась… Ну, если это, конечно, не микроволновка там, стиральная машина, духовка и…
— Ладно-ладно, я всё понял.
Вручив той свои брюки и весь положенный инвентарь, уселся на диване возле телевизора. Спустя несколько минут, ко мне присоединилась и сама «хозяюшка».
— Начну с того, что ты уже и сам понял, Миша. Каждый из нас появляется в этом мире неспроста, и, как ты говорил, преследует собственные цели. Так, одни, служа верой и правдой более могущественным божествам, борются за право стать бессмертными — теми же богами.
Другие, ведомые своими более низменными инстинктами, прожигают свою жизнь на полную катушку, проводя века в поисках приключений и наслаждений. Ну, а некоторые, как я, просто существуют, исполняя главную роль, возложенную на нас небесами.
— Так разве духи, демоны и прочие не бессмертны по своей натуре?
— Не бояться старости и иметь возможность перерождаться после гибели — это разные вещи, Миша. — С интересом оглядывая разрез на моих штанах, проговорила Хуалинг. — Мы, духи зверей, не боимся старости и времени, однако наши души смертны и привязаны к этим оболочкам. В отличии от тех, кого люди зовут богами, если кому-то из нас, из духов, выстрелить в голову или в сердце, мы умрем, такой же смертью, как умирают люди. По этой причине, многие, боясь костлявой, вынуждены пресмыкаться перед старшими, желая получить частичку этой божественной силы.
Сложно сказать, сколько войн пережило человечество из-за глупых споров и интриг между богами и их пантеонами. Самый наглядный тому пример — первая и вторая мировые войны. Точно не знаю, что там и к чему было, но выродки Марса в те годы знатно погудели на территории Европы. Говорят, даже после этого Марс наградил любимога фаворита не только частичкой свей силы, но ещё и каким-то артефактом.
— Молись на них после этого…
— Ага… Именно такие вот игры для многих — прямой путь на олимп славы и бессмертия. Войны в вашем мире, резкие политические перемены, голод, болезни… Всё это — предзнаменования подготовки и начала одной большой игры за право завладеть истинным бессмертием.
Некоторое время я молча наблюдал за работой Мо. Не скажу, что сильно удивился её рассказу. Боги для меня всегда были теми ещё ублюдками, и их развлечения я примерно так себе и представлял, но всё же…