Романов. Том 3

— Домой, княжич? — спросил водитель, уже сидя за рулем.
— Да, давай, только не спеши, — распорядился я и достал свой телефон.
Пропущенных звонков не было, но имелось сообщение от отца.
Романов А. А.: Сообщи, когда закончишь.
Не став откладывать в долгий ящик, я набрал князя. Трубку он поднял практически сразу.
— Дмитрий?
— Все в порядке, отец, еду домой.
— Хорошо, — не скрывая облегчения, выдохнул тот.
Я прервал вызов и набрал нового абонента. Генерал сейчас все равно должен ждать группу с отчетом. А у меня есть формальный повод для звонка — выданное оборудование пришло в негодность.
Но на самом деле, конечно, тот удар был чрезвычайно силен. Не всякому одаренному удается так лихо пробивать мое поле. А этот смог — опытный враг был. И хорошо, что он мертв, чем меньше таких специалистов у Османской империи, тем Русскому царству безопасней.
— Дмитрий Алексеевич? — удивленным голосом отозвался Василий Павлович, взяв трубку. — Что-то случилось?
Полагаю, позвонил я не в самый подходящий момент — на заднем фоне я слышал голоса посторонних, среди которых узнал Черепанова. Совещание идет, не иначе.
— Доброй ночи, генерал, — проговорил я. — Звоню, чтобы предупредить — оборудование, выданное мне для тестирования, не выдержало положенной нагрузки. Нужно его заменить.
Он шикнул на присутствующих рядом, призывая подчиненных замолчать.
— Да, разумеется, — сказал он мне. — Я выпишу вам личный пропуск на завтрашний вечер. Приезжайте с полным отчетом о проведенных тестах и образец, разумеется, привезите. Мы с вами все обсудим, документы заполним.
— Благодарю, Василий Павлович, завтра в девятнадцать ноль-ноль буду у вас, — ответил я, назначая время встречи.
— Полковник Черепанов вас встретит и проводит ко мне. Если это все…
— До завтра, — вполне вежливым тоном сказал я, и Марков положил трубку.
Что же, радует, что мне не пришлось намекать на возможное участие царя в нашем диалоге. Генерал явно не глупец и понимает, что отказываться от встречи со мной для него чревато.
Но это не отменяло того факта, что разведка облажалась уже дважды. Возможно, тюрков предупредили, в конце концов, не только мы с генералом над этим вопросом трудимся, но и, как минимум, куча аналитиков обязана быть подключена к разработке операций. Кроме того, нельзя списывать со счетов и саму Османскую империю. Шейхи тоже не дураки, и в вопросе интриг у них опыта намного больше, чем у нас.
Хорошо бы генерал и сам понимал, что дело идет неважно. Не хотелось бы считать его умнее, чем он есть. С таким-то званием и должностью Марков должен быть грамотным специалистом. Но завтра вечером при встрече все и обсудим.
До самого особняка я смотрел на треснувшее стекло шлема и лишь на территории дома захлопнул ящик с броней. Закрыв гардеробный отсек, кивнул водителю и покинул машину.
Снаружи было прохладно, но не холодно. Как раз то, что нужно, чтобы немного развеяться после боя. Слуга открыл мне двери, и я передал ему свой плащ, а сам направился в свои покои.
— Кристина, ты чего не спишь? — спросил я, разглядывая помощницу, сидящую перед монитором на рабочем месте.
Дисплей был единственным источником освещения в гостиной, и свет от него выгодно подчеркивал лицо моей Слуги. Кристина подняла на меня взгляд и ткнула пальцем по клавишам.
— Прислали доработанную после наших правок версию «Оракула», — сообщила она. — КИСТ сильно расстроился нашему отзыву, княжич.
Я усмехнулся, скидывая пиджак на свободное кресло.
— Ох уж эти творцы с их тонкой душевной организацией, — произнес я, после чего вновь обернулся к помощнице. — Они внесли изменения?
Кристина неопределенно тряхнула головой, ее светлые волосы растрепались по плечам. С учетом того, что и при строгой прическе униформа рода Романовых смотрелась очень хорошо, сейчас, с распущенными светлыми прядями на плечах, она казалась еще красивее, чем обычно.
— Внесли, только не все, — заявила она. — Что-то они действительно починили, что-то при этом сломали.
— Понятно, — отозвался я, расстегивая пуговицы рубашки. — Но это подождет до завтра. Сейчас я хочу поесть, помыться и поспать. Тебе, как моей Слуге, требуется убедиться, что княжич все это проделал. Так что контролировать, как я ем, моюсь и сплю, будешь вместе со мной.
«Оракул» все равно еще не скоро будет приведен в готовность, и жертвовать здоровьем помощницы я не намерен. Конечно, целители подлатают практически любое повреждение, однако насиловать Кристину, заставляя ее работать круглые сутки, ради сомнительного выигрыша в пару часов я не буду — это в высшей степени бессмысленно.
Заснули мы быстро, и это вновь было прекрасно.
 
* * *
— Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич, — произнес Марков, жестом предлагая мне садиться на свободный стул.
Я поставил ящик с броней рядом и опустился на жесткое сидение. За спиной генерала на этот раз не висело никаких планов, а сам он выглядел более уставшим, чем раньше.
— Мы можем поговорить откровенно, Василий Павлович? — спросил я, и когда генерал кивнул, продолжил: — Я совершенно не удовлетворен работой, которую ваше ведомство ведет.
Он приподнял бровь, но чуть повел рукой, предлагая говорить дальше.
— Это была вторая операция, в которой я принимал участие, и снова, как и в первый раз, все едва не полетело к чертям, уж простите за резкость. Ни в первый, ни во второй раз количество одаренных на стороне противника не было известно, а силы, отправленные на задание — недостаточны.
Он помолчал, постукивая пальцами по столешнице, глядя на меня из-под приспущенных век.
— Мне хотелось бы верить, что военная разведка в царстве сильнее, чем мне показалось за время непосредственной работы с вами. Опять же, в Речи Посполитой ваши люди работали практически идеально — там и подготовка была гораздо сильнее, и информацию собрали верную. Мне слабо верится, что специалисты, разработавшие план уничтожения сейма, так сильно просчитались на родной земле. Поэтому у меня есть только одно логичное объяснение происходящему: кто-то в вашем ведомстве, генерал, работает на врага.
Марков хмыкнул в ответ.
— Вы закончили, Дмитрий Алексеевич? — спросил он.
— Да, Василий Павлович, — кивнул я.
Генерал сложил руки на столешнице и остро взглянул мне в глаза.
— Вы правда думаете, княжич, что я об этом не знаю? — спросил он. — Может быть, вы считаете, что получили награды из рук царя, и это целиком и полностью ваша личная заслуга? Может быть, военная разведка вообще никак не связана с вашим успехом в Речи Посполитой?
Я покачал головой.