Оборотень по объявлению. Майконг
– Право сильнейшего? Это же оно? – Захар, самый молодой лис из команды, дернул Никса. Он так тряс руку своего командира, что сам засмущался, когда понял это.
Песец с силой тер виски. Он прекрасно понимал, что лучше косить под оборотня, который не может контролировать зверя, чем быть самым сильным из сверхов. Притворяться дурачком всегда легче.
Никс даже засомневался: а не притворялся ли все это время Майк для своего спасения? Казался слабым, чтобы не оказаться в той яме, что сейчас?
Право сильнейшего – с ума сойти!
Если сын главы гибридов, маленький Александр, был рожден с огромной силой альфы, которая воздействовала в первую очередь на его клан, а уже потом на других оборотней, то право сильнейшего работало по-другому. Самый сильный и самый большой зверь был сродни богу, который мог точечно воздействовать на любой вид сверхов. Делать то, что только что сделал Майк со шведом. Влиять не только на сверхов, но и на обычных животных. Царь зверей, никак иначе.
– Так это же классно! – Захар восхищенно смотрел на мрачного Майконга.
– Не скажи. Право сильнейшего – это мишень мировых масштабов на груди. Теперь Майку не светит спокойной жизни. – Никс взглядом передавал другу сочувствие.
– Почему? Это так круто! – возбужденно шептал Захар.
– Посмотри на наших глав. Даже у них свело челюсти от напряжения. – Командир лис перевел взгляд на лидеров кланов и озабоченно покачал головой.
Все друзья, пока не заходят на территорию другого. Все хорошо ладят, пока не претендуют на власть и ресурсы другого. Все замечательно общаются, пока соблюден баланс.
– Почему? – не унимался Захар.
– Потому что мир держится на хрупком равновесии. Понял намек? – Никса начинала злить наивность молодого лиса.
– Нет. – Захар рассеянно почесал затылок и посмотрел на Макса, главу лис, который сейчас даже не побледнел – посерел!
Кажется, это право сильнейшего не так уж и хорошо!
***
Света
– Ой, а тут веточки сломались. И тут. – Юлька жалела фикусы, фикусы не жалели нас.
Мало того что еще больше облысели, так еще изрядно поломались при транспортировке.
Я оглядела огромные апартаменты и испытала настоящий когнитивный диссонанс – никогда еще не видела такую жилплощадь, которую располагали в полуподвальных помещениях. Огромное пространство было полупустым, а редкая мебель – явно новой и собранной будто наспех. Два стула одной модели, третий – другой, четвертый стул – совершенно отличный от первых двух версий. Стол не вязался по стилю, диван был будто сворован из кабинета высокого начальника, а люстра – из отеля с высокими потолками. Все настолько не сочеталось, что создавалось ощущение, будто сюда просто поставили остатки мебельного склада. Очень малочисленные остатки.
Зато тут было две спальни с двуспальными кроватями, что не могло не радовать мое уставшее после работы тело. Мало того что ночка выдалась адской, полной непонятных монстров, так еще и день прошел в раздумьях.
– Надеюсь, мы сможем свалить все проблемы на переезд. – Я присела к кадке с фикусом и наклонилась поближе. Провела рукой по свеженькой наклейке с латинским названием фикуса, и на пальце остался черный след от маркера, которым были написаны имена растений.
– Юль, фикусы же не могут быть куплены только что.
Сестра лишь удивленно посмотрела на меня. Конечно, она мне не ответит. Ей всего десять, она не подмечает таких деталей. Да и я тоже успешно их игнорировала, пока не увидела в коридоре нечто.
И еще эти фикусы…
Я обошла каждый горшок и внимательно изучила наклейки. Как быстро они стираются? Как скоро выгорают?
В обед я почитала про фикусы и точно поняла одно: они любят солнечный свет, а полутень для них смертельна. Так же, как и перелив. А эти ребята в количестве пятнадцати штук стояли по всей квартире, даже у задней стены. И сейчас нас переселили в помещение, где света не хватило бы даже подорожнику. В апартаменты, вход в которые был подобен дверце сейфа банка. В дом, где одна огромная дверь в холле была обклеена пленкой, и ее строжайше запрещено было открывать.
– Свет, ты что такая серьезная?
Не могу же я сказать, что думаю: уж не попали ли мы в домик Синей Бороды?
***
Света
Мы открыли холодильник таинственного хозяина фикусов и одновременно и очень грустно вздохнули с сестрой. Снова мясо и овощи!
– У нас половина в том холодильнике протухла, – помянула Юлька прекрасные куски парной вкуснятины, о хранении которой мы не имели с ней ни малейшего понятия. Не имели, но быстро научились, спасая вторую половину запасов.
Стыдно, но мне и в голову не приходило, что охлажденное мясо так быстро портится в холодильнике! А теперь снова-здорово!
Странный этот Синяя Борода. Не на убой ли нас откармливает? А что, если в этом мясе есть что-то?
– Это тоже будем резать на кусочки и засовывать в морозилку? – Юлька обернулась ко мне с готовностью, и я подумала, что мне очень повезло с ней. Как бы ни устала, она всегда готова противостоять трудностям вместе со мной, несмотря на свой небольшой возраст.
Во мне боролись Шерлок и Скряга. Первый говорил, что вокруг происходят неясные вещи и нужно быть настороже. Вторая же утверждала, что нечего добру пропадать.
– Будем резать! – Я решительно захлопнула дверцу холодильника, чтобы хоть миг не смотреть на то, что приводило меня в отчаяние.
За эту пару дней я научилась довольно сносно жарить мясо, отличать говядину от свинины на вид и понять, что приготовить мягкое мясо коровки я просто не способна. Но это ничуть не значило, что я не буду использовать тысячу и один способ, чтобы попробовать.
А пока…
Я снова открыла холодильник и посмотрела на куриные ножки. Есть хотелось безумно.
– Как насчет ножек в духовке? – Я обнаружила, что духовой шкаф – лучший друг начинающей хозяйки. Положил ножки на противень, посолил, выставил температуру и таймер – и ушел со спокойной совестью.
– Макарошек нет, – грустно подвела итог ревизии Юлька, она залезла во все кухонные шкафы, которые даже еще пахли ДСП и лаком.
В рекламе я видела, что брокколи полезная. Мама тоже готовила ее, а в холодильнике лежала целая большая головка.
– Сварим? – повертела я в руках куст зеленых соцветий.
– А резать надо? А как?
– Разберемся! Глаза боятся – руки делают! – Я положила овощ на разделочную доску и взяла нож.
И только я замахнулась, как в дверь, которую нельзя открывать, что-то врезалось и затихло.
А может, ну его, это мясо и этот дом?
Раздался видеозвонок.
– Кто это?