Во всем виновато шампанское

— Ну, ты, — разъяснил он, словно это было честью. — Ты руководитель проекта. Достаточно опытна, чтобы справиться с организацией.
— А когда я создам семью?
— Верана, — сказал он, нервно смеясь. — Перестань быть такой упрямой. Я не узнаю тебя.
— Я тоже тебя не узнаю. — В ее тоне звучала сила и скрытая боль. — Может, мы всегда были такими.
— Нет. Мы хорошо тебя воспитали. Мы воспитали женщину, которая гордится своей семьей. Этому нужно положить конец, Верана.
В его словах не было контроля, в них сквозило отчаяние. Ему необходимо было, чтобы она сдалась. Но уступит ли она?
— Спасибо, но нет, благодарю за предложение, — наконец ответила она. — Меня устраивает моя должность в «Rush Shipping». У этой компании большой потенциал, и я с нетерпением жду возможности развиваться вместе с ними... вместе с Нико. Он хороший человек, и будет прекрасным мужем.
Узел, о котором я и не подозревал, завязавшийся вокруг моих легких, ослаб.
Вера отказала ему.
Она не только отказала ему, но и вступилась за меня. Я моргнул, пытаясь обработать поток информации... и чувств. В моей груди все сжалось, некомфортно и чуждо.
— А теперь, если ты меня извинишь, я должна найти своего жениха.
— Вера, тебе пора прекратить истерику и отменить этот фарс, — мягко проговорил ее отец, принужденно улыбаясь, теряя маску внешнего спокойствия.
— Уверяю вас, мистер Мариано, наша помолвка — не фарс, — сказал я, наконец, вступая в разговор.
Его улыбка испарилась, но как опытный человек он не показал свои истинные эмоции на публике.
Я скользнул рукой по бедру Веры, высвобождая ее из его хватки, и притянул к себе. Воспользовавшись ситуацией, прижался губами к ее мягкой щеке и провел кончиками пальцев по обнаженной спине.
Верана вздохнула, и дрожь пробежала по ее телу в ответ на мое прикосновение.
— Ты выглядишь потрясающе, — сказал я тихо для нее, но достаточно громко, чтобы ее отец мог услышать. — Могу только представить, как прекрасно ты будешь выглядеть в день нашей свадьбы.
Ее щеки покраснели, и я боролся с желанием снова наклониться, чтобы прижаться губами к ее разгоряченной щеке.
— Спасибо.
— Мистер Раш, — сухо поприветствовал меня ее отец.
— Я скоро стану вашим зятем. Пожалуйста, зовите меня Николас.
— Ну, Николас, по какой причине моя дочь пришла одна? Разве ты, как ее жених, не должен сопровождать ее?
— Папа, — укоризненно сказала Вера.
Лоренцо делал все возможное, чтобы отыскать во мне недостатки.
— Все в порядке, Вера. Вижу, твой отец думает, что тебе нужен мужчина, чтобы войти в комнату, но он, похоже, не понимает, что ты самодостаточна. Я тебе не нужен. Но мне повезло, что я у тебя есть.
Все мои комплименты были правдивы, несмотря на то, что я никогда не говорил их раньше. Однако сейчас они давались мне легко, преимущественно я раздражал Лоренцо и все больше завоевывал Веру.
Его ноздри раздулись от моих слов, и впервые с тех пор, как Вера вошла в комнату, она посмотрела на меня. Широко раскрытыми карими глазами смотрела на меня, словно на мираж. Словно никто и никогда не говорил, что она достаточно сильна. Любопытство и благоговейный трепет мерцали в глубине, наряду с чем-то большим — чем-то более глубоким, что я не мог расшифровать.
Что бы это ни было, я стоял рядом с ней, выпрямившись во весь рост. Она отражала мою позу, и вместе мы создали единый фронт против Лоренцо.
Победа нахлынула — победа, которую я не планировал одержать. Даже не думал об этом. Я не сомневался, что в какой-то момент заберу «Mariano Shipping» у Лоренцо, но чтобы еще и его дочь? Это был приз, который я не собирался заполучить.
Приз, который приплыл мне в руки, и я взял без раздумий.
— Верана, — прорычал Лоренцо. — Это...
— Лоренцо, — весело поприветствовал другой гость. Он подошел с протянутой рукой и тепло улыбнулся, совершенно не обращая внимания на возникшее напряжение. — Рад видеть снова и по такому счастливому случаю.
Лоренцо пожал ему руку, меняя поведение на бизнесмена-победителя, каким его считало окружение.
— Эндрю, рад тебя видеть. И да, такое радостное событие.
— Николас, — поприветствовал Эндрю. — Спасибо за приглашение. Всегда приятно выбраться и повидаться со всеми вне формальной обстановки. Лаура передает вам привет, но она дома с новорожденным.
— Конечно. Надеюсь, она сможет приехать на свадьбу.
— О, конечно. Она сказала, что я могу остаться дома с ребенком, если мы не найдем няню. — Он засмеялся и повернулся к Вере, в его глазах была явная привязанность. — Верана, не могу поверить, что ты выходишь замуж. До сих пор помню, как ты бегала на мероприятиях, украдкой уплетая торт.
Она рассмеялась над общим воспоминанием.
— Мне кажется, ты таскал его вместе со мной.
— Я был молодым студентом, только что окончившим колледж. Торт помогал успокоить нервы.
Зависть пронзила мою грудь.
Это должны были быть мои воспоминания. Мои знакомые. Я должен был вырасти среди элиты на благотворительных вечерах. Но у моей семьи отняли эту возможность.
— Рад за тебя. Николас — хороший человек, но, вероятно, недостаточно хорош для тебя, — пошутил он, подталкивая меня локтем.
Несмотря на то, что я рос не со всеми, за последние несколько лет я сделал себе имя. Пробил себе дорогу обратно и на этот раз планировал вычеркнуть Лоренцо.
— Определенно недостаточно хорош для нее.
Я обхватил пальцами ее талию, устроился на изгибе бедра и притянул к себе. Поскольку все смотрели на нас, Вера не могла отстраниться, я намеревался прикасаться к ней при каждом удобном случае.
— Я должен кое с кем переговорить, — пробормотал Лоренцо. — Эндрю, было приятно снова тебя увидеть.
Он кивнул нам с Верой и повернулся, чтобы уйти, прихватив по дороге бокал шампанского.
— Думаю, мне следует оставить вас, чтобы поприветствовать всех и последовать примеру Лоренцо. Даже когда это не бизнес, это все равно бизнес.
— Это всегда так, — согласилась Вера с грустной улыбкой.
Эндрю обнял Веру и пожал мне руку с очередным поздравлением, оставив нас наедине.
Однако, как только он ушел, его место заняли ее подруги.
— Ну, как поживает дорогой папочка? — спросила Рэйлинн.
— Он в порядке, — ответила Вера.
— Ты такое трепло, ну да ладно.
— Дамы, — поприветствовал я.
— Привет, Николас, — поздоровалась Рэйлинн.
Нова нежно улыбнулась.