Цифраторий

Так он и сидел — почти без движения, с преувеличенным интересом рассматривая потолок, словно картину великого мастера, стараясь не думать ни о чем и слушая привычный уличный шум, залетающий в окно. Почти час. Пока не явился постоянный клиент.
— Проходи, — сказал Виктор, встречая рыжеватого щуплого парня и выглядывая в коридор.
За дверью, в длинном светлом коридоре первого этажа, было тихо и безлюдно. Ни души. Кроме этого придурка Дэна с его нелепой рыжей прической, которую будто выдавили из огромного тюбика или автомата мороженщика.
Страх все еще витал где-то поблизости, за спиной, под потолком — не сдавался, ожидая удачного момента для реванша. Виктор закрыл дверь и, возвращаясь к столу, поводил носом над клиентом. Похоже, тот наконец-то внял его совету и перестал пшикать на себя дурацкими духами с запахом дымка.
— Ну, как твои дела? — спросил Виктор, когда пациент опустился в кресло напротив стола. — Вижу, ты больше не пользуешься своим… парфюмом. Думаю, ты на пути к выздоровлению. А как с работой? Удалось найти что-нибудь?
— Да, — довольно закивал Дэн.
Он дергал головой так отчаянно, что Виктору казалось: еще миг — и медная башня на голове станет не только Пизанской, но и вовсе развалится.
— Это просто отлично! Куда, если не секрет?
— В Шэлл Интертаймент, — не без гордости известил Дэн.
Ответ удивил Виктора. А удивляться, подпитывая стресс, ему совсем не хотелось. Сперва этот пьюр… Теперь психопат, каким-то чудом устроившийся в одно из самых престижных мест на всем белом свете.
— Кем? — все еще не верил Виктор.
— Хаосмастером.
Врет, — мелькнула мысль. — Ну врет же! Кто поверит в то, что какого-то чудаковатого проходимца с улицы взяли в Цитадель. А ведь он только, казалось, начал идти на поправку. Перестал каждую минуту думать о том, чтобы сжечь что-нибудь в Лост Арке. И пахнуть, как тлеющие угли.
— Но каким образом? — поинтересовался Виктор, желая вывести клиента на чистую воду. — Я слышал, что туда просто так не попасть.
— А! Мой дядя в совете директоров. У них как раз кто-то недавно уволился. Я по-быстрому прошел ускоренный курс обучения. И вот — я там.
— Ну, я могу тебя только поздравить! — одобрительно произнес Виктор.
А про себя подумал, что в Шэлл Сити теперь будет не только всегда солнечно, но и жарко. А уж если этот пироманьяк сорвется…
— И как в новом коллективе? Как к тебе относятся? Новых друзей завел? Может быть, даже девушку. Это очень важно.
— Ну, одна из хаосмастеров хотела сломать мне нос. А другой… Кажется, ему не очень нравится моя прическа и он меня троллит. Нес какую-то ахинею про вымышленного бога, думая, что я поведусь. Ага, щас. — Дэн немного помолчал. — Зато двадцать пять процентов скидки на фьюжин как работнику Цитадели. Только ради этого стоило туда пойти.
— Не увлекайся, — предупредил Виктор. — Мясо по сути ничем от нас не отличается, и если станешь его жечь каждый день, то, сам понимаешь, никогда не сможешь выбраться из той пропасти, откуда я пытаюсь тебя вытащить. А в целом как? Обстановка?
— В целом мне нравится. Правда, я отработал только один день.
— Кстати, о прическе. Дэн, помнишь мы о ней говорили. Ты ведь умный парень. Устроился на работу, уже отказался от своего жгучего парфюма. Может быть, пришла пора поработать над своим внешним видом. Я понимаю, она выражает твое «я», твою индивидуальность. Но пламя на голове — это лишнее напоминание о том, с чем мы уже давно боремся. Дэн? Почему ты на меня так смотришь?
Клиент испуганно молчал, словно увидел привидение. Виктор осторожно потянулся к слиперу, не зная, что может отмочить ошеломленный пироманьяк.
— Ваша родинка, — прошептал Дэн. — Она движется…
— Что?
Ладонь метнулся к щеке, шлепнула по ней и не нашла крошечный бугорок на прежнем месте. Виктор уткнулся в экран монитора и, увидев собственное отражение, позабыл и про тревожную сделку, и про напряженный визит пьюра, и про пироманьяка, сидящего в кресле его кабинета. Потому что родинка хоть больше и не двигалась, но теперь темнела не на щеке, а по центру подбородка. И заметно прибавила в диаметре.
— Наверное, я пойду, — промямлил Дэн.
— Иди-иди, — не высовываясь из-за экрана, прошептал Виктор.
Дверь хлопнула, Виктор вздрогнул, рука безвольно потянулась к среднему ящику стола. Но другая крепко схватила ее на пути и до боли сжала.
— Аманда, запиши меня на прием к этому… к дерматологу. Или к терапевту. К какому-нибудь врачу. Прямо сейчас!
    
Глава 3. Чистота. Часть 3
Мистер Гун ему сразу не понравился.
Он был чуть старше и ниже примерно на голову, но гораздо шире и полнее, массивнее. При этом каким-то чудом умудрялся выглядеть очень подвижным, легким и походил на скачущий между стенами огромный мяч. Белый халат нараспашку, короткие черные волосы, чуть тронутые инеем седины, и узкие глаза. Он все время улыбался и все время щурился, словно сосуществовал не в ладах с лицевыми нервами, и Виктор подумывал, что одного этого хватит, чтобы кого угодно вывести из себя. Но выбирать было не из чего. Ему нужно было покончить с живой родинкой быстро и безопасно. Время сделки неотвратимо приближалось, и не хотелось ее прошляпить.
В кабинете было светло и тесно; пахло больницей, этим особенным неприятным запахом, знакомым каждому еще с детства, с первого врачебного осмотра. Внутри жались друг к дружке стол, стул, кушетка, ширма и прозрачный шкафчик с медицинскими инструментами. Гун указал Виктору присесть на кушетку.
— Это оно? — озадаченно спросил врач, указывая на подбородок.
— Оно, — подтвердил Виктор с таким видом, будто собирался помирать.
— Что-нибудь чувствуете? Боли, жжение, покалывание?
— Ничего. Совсем.
— Странная родинка. Как будто блестит.
— И еще двигается. Вчера была на щеке, а теперь на подбородке. Сегодня один… клиент чуть в обморок не грохнулся, когда увидел, как она бегает по моему лицу. Да я и сам, прямо скажем, нахожусь не в лучшем расположении духа.
Гун молча и безболезненно взял пробу с подбородка и сунул ее под микроскоп, а сам вернулся за стол и уткнулся в экран, разглядывая образец. Виктор затаил дыхание, ожидая вердикта.
— Ничего страшного, — известил Гун спустя пару минут совершенно невозмутимо, как будто и в самом деле не было ничего страшного.
Но Виктор понимал, что за этой заезженной фразой могло скрываться все, что угодно. От «у вас всего лишь насморк» до «готовьтесь переезжать в цифраторий в ближайший месяц». Он сам произносил ее столько раз — бесцветно, с лживой улыбкой на лице. Ну вот в точности, как сейчас пробормотал Гун. Поэтому и не думал успокаиваться.