Магия неприятностей. Охота на демона

В этот вечер в Милгрон вошла зимняя сказка.
Вокруг почти никого не было, только где-нигде останавливались случайные прохожие. Вот какой-то дедушка на лавочке задумчиво наблюдает за танцем снежинок, сам постепенно превращаясь в сугроб. Вон там, чуть поодаль, парочка студентов смеются и закидывают друг друга горстями снега. Дорогу перебежала барышня, кутаясь в тонкий плащик…
— Красиво, — выдохнула я, наблюдая за особо крупной снежинкой. — И мокро, — добавила, когда она опустилась мне на нос и тут же растаяла.
Вальтер улыбнулся и осторожно стёр капельку с кончика моего носа.
— Первый снег в Милгроне — это всегда красиво. С тех пор, как я сюда переехал, всегда стараюсь успеть на самое начало и смотрю, смотрю, смотрю… пока кто-нибудь из ведомства не заявится с очередным «срочным» заданием или отчётом, — хмыкнул он.
— Я всегда с пар сбегала, если снегопад начинался в учебное время. Забиралась на крышу, пряталась в неприметном месте и тоже… любовалась, пока дядя не находил и не устраивал головомойку за прогул, — с улыбкой вспоминала последние несколько лет. — А ты давно сюда перебрался?
— Да нет, не очень. Ну… лет пятнадцать назад меня сюда перевели, может, чуть больше, — задумчиво протянул он.
А-а… ладно, хорошо. Не интересовалась я как-то его возрастом, мне не до этого было.
Сильные маги и веды живут долго. Очень долго, пятьсот лет — не предел. Так что Шульцу вполне может быть и слегка за две сотни. Потому что до ста пятидесяти годочков — это всё молодость.
— Удовлетвори моё любопытство, — всё же решила спросить. — Сколько тебе лет?
— Семьдесят четыре, — с лёгкой ехидцей в голосе отозвался демон, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Ну… могло быть и хуже. Я, правда, моложе на пятьдесят лет, но не суть. Что такое пятьдесят лет при нашей продолжительности жизни?
Он помог подняться по ступенькам и развернул лицом к себе.
— Вальтер? — я огляделась по сторонам.
Мы стояли под ажурной аркой из белого металла, украшенной еловыми ветками и фонариками.
Арка первого снега — магический артефакт, одно из украшений, появляющихся на улице города в конце осени, незадолго до первого снегопада, и стоящая до самого Межсезонья. И под неё просто так никого не ведут, ведь само по себе такое действие уже считается признанием в чувствах. Вот только подтвердит ли их арка — вопрос.
Если он сейчас надо мной посмеётся, я за себя не ручаюсь. Колдану чего-нибудь такого, что проклятие, которым его Рита на озёрах наградила, детским лепетом покажется!
Ну потому что для меня это уже не шутки.
— Да, дорогая, — мурлыкнул он, наклоняясь ко мне.
— Что ты делаешь?
— В данный конкретный момент собираюсь поцеловать под аркой Первого Снега понравившуюся мне девушку, — и осторожно коснулся моих губ поцелуем, будто ожидая, что я оттолкну его.
Но я не оттолкнула.
Арка вспыхнула, окутывая нас ярким белым светом, подтверждая, что те чувства, которые мы испытываем, далеки от простого вожделения и расчёта, что они могут вырасти в нечто большее, чем просто симпатия, а намерения одного конкретного демона на самом деле весьма серьёзны.
Букет ирисов выпал из моих рук и, кажется, был подхвачен левитационным заклинанием, но я не обращала внимания на такие мелочи. Запустила пальцы в мягкие волосы, перебирая светлые пряди, и позволила демону привлечь меня ближе.
Невесомые нежные поцелуи плавно переросли в горячие и будоражащие кровь. Вальтер прижимал меня к себе так тесно, что было трудно сделать лишний вдох, кислорода отчаянно не хватало, но прерывались мы буквально на мгновение. Судорожный вдох и новый, ещё один умопомрачительный поцелуй.
Одно дыхание, одно мгновение на двоих.
Какое-то безумие, право слово. Казалось, нам двоим сорвало стоп-кран. Мы не могли остановиться, оторваться друг от друга. Да и не хотели, если быть честной.
Не знаю, сколько мы так стояли, целуясь под нескончаемыми вспышками арки, нам никто не мешал, а счёт времени я давно потеряла. Слишком мне было хорошо…
Когда лёгкие начали гореть, будто их опалило огнём, Вальтер всё-таки прервал это безумие в попытке восстановить дыхание и прислонился лбом к моему лбу.
— Какое-то безумие, — рвано выдохнула я и, поймав возмущённый взгляд демона, улыбнулась ему. — Я не сказала, что мне не понравилось.
— Ещё бы ты так говорила, — проворчал Вальтер. — Как мне перестать тебя целовать? Я дорвался и теперь не могу остановиться, сладкая.
— Много сладкого — вредно. Не слипнется, лорд-зачистчик? — подначила я.
— О-о нет, не слипнется, — и он потянулся за очередным поцелуем.
    
Глава 21. Что было дальше?
Эту ночь (вернее, куцый её остаток) я не могла сомкнуть глаз, вновь и вновь прогоняя в памяти события вечера, лелея свои эмоции и любуясь на букет. Вальтер потом сказал, что букет не несёт в себе никакого послания, он просто знает, что это мои любимые цветы. На вполне логичный вопрос, откуда у него такая информация, демон лишь отшутился, а я не стала настаивать на ответе. Узнаю ещё, успеется. Никуда он от меня не денется.
Глупо улыбалась, разглядывая цветы.
— Хватит уже любоваться на этот огромный пёстрый веник, ложись спать давай! — наконец не выдержала Тьма и зашипела на меня, высунув нос из-под одеяла.
— Не фырчи на меня, — по привычке ответила я, и не подумав прерваться.
Всё произошедшее казалось мне каким-то немного нереальным, но от этого не становилось менее чудесным.
— Ну а фигли ты так радостью и каким-то совершенно сумасшедшим восторгом фонтанируешь? — недовольно заворчала она.
— У меня есть повод, так что отстань. Хочу и фонтанирую. Ты мне лучше вот что скажи, милая моя, — припомнила я недавний случай. — Ты чего с таким удовольствием ластилась к Вальтеру, когда он у нас тут был?
После того, как демон тогда откланялся, у нас тут всё как-то закрутилось-завертелось, не до расспросов было.
— Тёма? — поторопила я притихшую кошку.
— А это всё ты виновата! — она выбралась из своего укрытия и обвинительно ткнула в меня хвостом.
Вот это заявочки, однако. Интересно, чем заслужила?
— А я-то тут причём? — неподдельно удивилась я.
— А кто к этому наглому обгоревшему и в край обнаглевшему демону нежные чувства испытывает? — едко отозвалась фамильяр, поудобнее устраиваясь у меня на коленях и подставляя голову. — Чеши.
Послушно начала выполнять требуемое.
Интересно, кто из нас двоих хозяйка? Формально я, а вот по факту, кажется, не совсем.
Да, реальность редко соответствует теории.