Магия неприятностей. Охота на демона

— Свахам нынче мало платят, — прокаркал её фамильяр.
В полнейшем шоке уставился на ворона, который тут же прикинулся предметом мебели.
Маргарита заливисто рассмеялась, запрокинув голову. Видимо, настолько сильно изумление отразилось на моём лице.
— Он что… разговаривает?! — почему-то шёпотом спросил я.
— Да вообще треплется только так, порой не заткнёшь, — охотно ответила она и обратилась к фамильяру. — Свахой я и не заделывалась, тут всё на добровольных началах.
— Почему Вы вообще согласились? — задал волнующий меня вопрос. — Я же Вам явно не нравлюсь.
Ведьма задумчиво посмотрела в потолок.
— Как сказать… не знаю, насколько правильно с моей стороны вообще Вам что-то рассказывать, но врать Вы не должны, всё-таки под моим зельем это затруднительно. К тому же… я ничего не рассказывала о Фисе до того, как не услышала ответы на свои вопросы. Они меня устроили. К тому же, Вы вытащили Фису из той карровой ловушки просто так, не требуя ничего за спасение. Так что я предпочту забыть о недоразумении на озёрах, полагая, что Вас тогда побольнее укусила какая-нибудь муха. В общем, пока Вы успешно делаете всё, чтобы поменять моё мнение о Вас в лучшую сторону. Ну что Вы на меня так смотрите? Я совершенно серьёзна.
Эта мелкая рыжая ведьма всё больше меня удивляет. За маской хамки неожиданно оказалась весьма рассудительная девушка, которой не всё равно на других.
— Что Вы хотите знать? Сразу оговорюсь, что какие-то темы я не буду развивать, — она почесала кончик носа.
— Да хотя бы любые предпочтения. В еде, напитках, развлечениях…
Уходил я от ведьмы, нагруженный информацией.
Обратно шёл медленно, раздумывая над полученными данными. Их было не сказать, что много, но я даже на такое количество сведений не надеялся. Всё-таки у Маргариты очень сложный характер.
Она рассказала много мелочей, которые могут помочь на первом этапе, кое-какие сведения дала и более серьёзные, хотя совсем неохотно. Но никаких глобальных вещей я не узнал.
Так… предпочтения, увлечения, немного о характере, точнее, о той его стороне, которая открывается близким, чуть-чуть о семье и работе.
Вопрос только, что со всем этим делать.
Маргарита спокойно давала эти сведения, хотя от некоторых моих вопросов морщилась и выразительно таращила свои яркие глазки, чтобы я перевёл тему. Всё-таки, она намного лучше себя контролировала под этим зельем, чем я. Это и не удивительно, у всех зельеваров выработана определённая устойчивость к подобным вещам.
Шёл, кутаясь плотнее в пальто. Погода была промозглая. Редкие капли дождя попадали за шиворот, холодный ветер дул в лицо, заглушая чьи-то крики на соседней улочке.
Вот Карр меня дёрнул сходить посмотреть, что там происходит, никак иначе своё любопытство я объяснить не могу.
— Брось кирпич! Брось, кому говорю! — раздался нервный возглас, когда я свернул с Цветочного бульвара.
Знакомые всё лица.
— Да с радостью! — тот мелкий мальчишка, которого опекала Маргарита, швырнул кирпич в абсолютно опустошённого мага.
Другой маг, чей резерв был пуст больше, чем на две трети, попытался уничтожить снаряд, но не рассчитал силу, и кирпич взорвался мелкой крошкой, оцарапав магам лица.
В несколько шагов оказался рядом с мелким колдуном.
— Добрый вечер, господин Дорисвар, господин Оллиш, — я прикрыл мальчишку щитом от магического огня, положив руку ему на плечо. — Привет, мелочь. Закон нарушаем, господа маги?
Маги попятились. Мы были знакомы, о, да. И они прекрасно знали, какие неприятности я могу им доставить, если захочу.
— Очень плохо, — продолжил я, хищной улыбкой и излишне доброжелательным тоном доводя их до состояния полуобморока. — Надо будет устроить вам внеплановую проверку на контроль.
После этой фразы Дорисвар заметно побледнел, а Оллиш так вообще сомлел.
Какой нервный народ, однако, пошёл.
Моя рука слегка сжалась на худом плече:
— Пойдём, провожу, — и я потянул веда в сторону его дома.
Интересно, как Маргарита отнесётся к моему повторному появлению на её пороге?
— Спасибо, — тихо поблагодарил парень.
— Да не за что. Ты зачем к ним полез? Они из ордена Магической Справедливости, знаешь о таком?
Кириан горько рассмеялся:
— К сожалению, знаю.
— Родственники-уродственники? — догадался я.
Слишком много боли было в его голосе. Так-то, конечно, можно было предположить, что Оллиш и Дорисвар сожгли на костре Магической Справедливости его родителей, но я прекрасно знал, что эти два мага не из фанатиков, жгущих ведов. Было бы странно, если бы два радикально настроенных мага были женаты на каких-то странных ведьмах.
Колдун вздохнул:
— Отец и дед. Случайно встретились, а они… — он только махнул рукой.
Зная Дорисвара и Оллиша, остаётся гадать, как парниша ещё живой.
Снова постучал в дверь Занфт.
— Ну что ещ-щ… — недовольно зашипела на меня ведьма, но, как только увидела бледное лицо своего подопечного, тут же обеспокоенно закружилась вокруг него. — Кир? Что случилось? Почему у тебя энергия внутри бурлит? На тебе лица нет…
— Дорисвар и Оллиш случились, — вместо мальчишки ответил я. — Судя по всему, он оттянул энергию у обоих, у Доменика подчистую.
— Лорд Шульц помог отбиться, — тихо добавил Кириан.
— Быс-стро в дом, медитировать будеш-шь, — зашипела на парня Маргарита. — Талантливый, племяш-ш, ш-штоб тебя!
Парень быстро попрощался со мной и влетел в дом.
— С-спасибо, — ведьма втянула клыки.
— Не за что, — улыбнулся я. — Я попробую убрать обоих после проверки на контроль, но ничего обещать не могу, сами понимаете. Больно уж они оба хорошо себя контролируют.
— Эти? Хорошо себя контролируют? — Маргарита вытаращилась на меня дикими глазами. — Хорошая шутка, только рассказывайте её кому-нибудь другому. Мой зять эмоции держать в узде не умеет, про отца я промолчу.
Теперь уже я в полнейшем шоке смотрел на неё.
Она — дочь Дорисвара?!
— Такое… интересное родство прекрасно объясняет Ваш характер, госпожа Занфт, — запнувшись, протянул я.
    
Глава 13. Просьба не придираться
Анфиса Горенко
Из ловушки выходить было… больно.
Не думала, что будет так. В прошлый раз просто затекли руки-ноги, да шею неприятно покалывало, а тут ломило всё. А уж когда дух срастался обратно с телом, ощущения были… будто изнутри в меня втыкаются тысячи мелких иголок. То ещё удовольствие.