Падение

«Внимание, проникновение на территорию особняка!»
В первую секунду я даже не осознал, что за слова выскочили в моих линзах. Система безопасности дома была настроена на трёх его хозяев, так что отец и Лена получили сообщение одновременно со мной. Найдя глазами сестру, я прочёл на её лице замешательство, а затем… Затем всё превратилось в какую-то пародию на голо-фильм.
Через главный вход гостиной один за другим вошли шестеро боевиков в форме серо-стального цвета. Солдаты министерства внутренних дел. Каждый из них держал в руках «умную» пушку, что изрядно напугало наших гостей. Компания элегантно разодетых дам, о чём-то весело щебечущих, шарахнулась от дверей как раз в тот момент, когда с противоположной стороны зала послышались испуганные и возмущённые голоса.
Обернувшись в ту сторону, я заметил ещё одну группу бойцов. Как и первые, они вошли в зал с опущенными в пол стволами, но их расслабленный вид ничуть не обманул меня. В отличие от некоторых гостей.
— Эй, что за беспредел? — возмутился один из столичных франтов, имени которого я не запомнил, — Вы хоть знаете, кто тут…
— Отойдите, если не хотите в такой прекрасный день попасть за решётку, — перебил его один из бойцов, поднимая забрало шлема.
— Что?..
— Дамы, господа, — тот же боец вышел на середину зала, проигнорировав мужчину, — Прошу прощения за столь бесцеремонное вторжение. Мы здесь по приказу правительства гигаполиса.
— По всей видимости, случилось нечто серьезное, раз правительство отправляет вооруженных бойцов в мой дом? — спросил отец, выходя к незваным гостям, — Да ещё и безо всякого предупреждения.
— Соколов Василий Григорьевич?
— Это я.
— Вы арестованы. Будьте добры…
— Что за бред? — встав из за стола, я протиснулся мимо образовавших круг гостей, расталкивая их локтями. Меня нисколько не заботили их возмущённые возгласы, — В чём его обвиняют?
Пара бойцов преградила мне дорогу.
— Матвей Соколов?
— Да.
— Вы также арестованы.
— Да ну? — я едва сдерживал себя, чтобы не накинуться на закованных в броню солдат. Арестованы? Отец и я?! Полная чепуха, идиотизм! — Вероятно, мне стоит повторить вопрос — в чём нас обвиняют?
— В ограблении краснодарского склада корпорации «Нео-протезис» и похищении их собственности на общую стоимость свыше двухсот миллионов рублей. Прошу, не оказывайте сопротивления. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использоваться против вас в суде. На допросе может присутствовать ваш адвокат. А теперь…
Он кивнул своим людям. Двое из них синхронно шагнули ко мне и отцу. Ещё пара секунд — и наши запястья сковали стальными браслетами с энергетическим контуром.
— Матвей!
За спиной появилась Кристина, но я, обернувшись к ней, только покачал головой.
— Это ошибка, Крис, не переживай. Уже завтра нас отпустят. Присмотри за Леной.
— Хорошо.
Поискав глазами сестру, я заметил её недалеко от главного стола. Судя по лицу, она находилась в состоянии шока и совершенно не представляла, что делать. Её жених стоял рядом, крепко стиснув руку своей будущей супруги. Я кивнул ему, и тот кивнул в ответ. Будем считать, что мы поняли друг друга.
В гробовой тишине нас с отцом вывели из дома. Уже перед самым выходом я, наконец, увидел Петю и Сашу. Друзья с бледными лицами провожали нас совершенно убитыми взглядами. Будучи уверенным, что это просто нелепая ошибка, я подмигнул им, но на физиономиях парней промелькнуло то, что я никак не ожидал увидеть.
Страх.
Они очень сильно чего-то боялись.
    
Интерлюдия 1 — Предательство
Июнь 2091. Сочи. День после возвращения Матвея.
Пётр с трудом разлепил глаза лишь после десятка минут, пока его старый будильник не переставая крутил одну и ту же мелодию. Устройство сорокалетней давности не было подключено к сети — даже такой возможности не имело, и именно поэтому Годунов-младший им всё ещё пользовался. Просто потому, что командой спутника будильник было невозможно отключить — для этого требовалось встать с кровати и нажать кнопку. Даже если делать этого совсем не хотелось.
Кое-как содрав себя с гигантского ложа, Пётр, шатаясь, доковылял до стола и долбанул рукой по трезвонящей железке, наконец, заткнув её. Взяв стоявшую тут же бутылку минеральной воды, сделал несколько глотков и поморщился. Кажется, интокс-блокатор просто не выдержал смешения ударных доз алкоголя и нейростимуляторов, так что вчерашней попойкой парень обеспечил себе весьма неприятное ощущение похмелья.
И ладно бы хоть кто-то оценил его усилия! Матвей даже спасибо не сказал за организованную встречу — просто слинял ещё до наступления ночи. Как и его сестра, которая исчезла даже раньше своего братца. Куда пропала Кристина, для Петра тоже не было загадкой — он прекрасно видел, как она половину вечера торчала на балконе номера Соколова, выглядывая его. Стерва, хоть бы предупредила, что ей это всё нафиг не надо. Можно подумать, её любимого mind-jockey он позвал для себя…
Похмельный негатив подстегнул звонок от отцовской секретарши.
— Что?
— Добрый день, Пётр Сергеевич. Я вас не отвлекаю?
— Отвлекаешь. Давай скорее, выкладывай, что там у тебя.
— Простите, что побеспокоила, но Сергей Валерьевич не смог дозвониться до вас сегодня утром. Он хочет вас видеть.
— Окей, скажи, что я заеду, — Пётр посмотрел на часы в правом нижнем углу своего интерфейса, — Скажем… После четырёх часов.
— Простите, — снова извинилась секретарша, — но Сергей Валерьевич ясно дал понять, что ждёт вас у себя дома через час.
— #&@%. Ладно, я понял. Передай ему, что буду вовремя.
Сбросив звонок, Пётр нетвёрдой походкой направился в душ.
Квартира у Годунова была очень большой и очень дорого обставленной. Пентхаус в самом центре города был куплен отцом Петра двадцать с лишним лет назад, когда цены на недвижимость ещё не были столь заоблачные. Долгое время помещение использовалось как не слишком легальное и очень пафосное казино для тех, кто может себе позволить спустить за ночь целое состояние.
Набив на этом заведении неплохой капитал, Сергей Годунов несколько дистанцировался от столь явного криминала. Дела пошли в гору, так что отец Петра предпочёл сосредоточиться на других теневых схемах — гораздо более прибыльных и менее заметных, с умом вложив заработанные с казино деньги в предприятия разной степени сомнительности. Пентхаус остался в его собственности, а на двадцатилетие сына Годунов подарил квартиру ему. Разумеется, полностью переделав её под нужды Петра.
Деревянные настенные панели в коридоре, дорогое покрытие пола из натуральной шерсти в нескольких комнатах, собственная, независимая от здания система безопасности, бронированные окна — это была лишь малая часть того, за что Сергей Годунов выложил целое состояние. Вся техника, которая стояла в пентхаусе стоила как пара квартир на нижних этажах этого же здания, а ежемесячное обслуживание и охрана всего этого удовольствия (включая собственный бассейн на огромном балконе) выливалось в не менее грандиозные суммы.