Драконы. Перемирие

— Да.
Обратно шли молча. Только на выходе из леса Пьер подвернул ногу и ухватился за мою руку. Мы вдвоем упали на землю.
— Да что вы как маленькие дети! Тоже мне охотница и дракон нашлись.
Меня за шиворот поставили на ноги, а вот с Пьером тот же номер не прошел. Парень кривился от боли и чуть не плакал.
— Кажется, я ногу сломал.
«А я вывихнула плече» — сказала я мысленно.
Потом просто оперлась об дерево и вправила его обратно. Услышала только характерный щелчок. Повезло, что у меня это получилось. Чертовски болит теперь.
Кеген тихо выругался и скомандовал смастерить Пьеру шину и помочь добраться до врача на носилках. Нужно отдать ему должно парень не ныл, молчал и только кривился от боли. Пьера несли по очереди, сразу Майкл и Ревин, а в поселении уже Карен и Кеген. Я не сильно удивилась, когда мы пришли к дому Арена.
Он провел нас в одну из комнат. Пьера пересадили на кровать. Парни попрощались и ушли, остались только мы с Кареном.
— Действительно перелом, тебе повезло что без смещения.
— Я из-за нее упал.
— А я тут причем, я тебя не трогала.
Арен и Карен ничего не сказали. Арен наложил парную гипс на ногу. Потом пока тот застывал посмотрел внимательно на меня.
— Что у тебя болит?
— С чего ты решил?
— По тебе видно.
Я промолчала, Карен внимательно посмотрел на меня и дотронулся к больному плечу, я чуть не взвизгнула.
— Сними с нее рубашку, — попросил Арен, Карен с недоверием посмотрел на Пьера — Давай живей!
Я попыталась помочь, Карен убрал мои руки и сам расстегнул все пуговицы. Потом улыбнулся увидев майку. А когда снял рубашку стало видно что левое плечо у меня красное и припухшее.
— Как? — только и спросил Арен.
— Я схватился за нее, когда подвернул ногу и мы вдвоем упали.
Арен тихо и нецензурно выругался и стал прощупывать плечо. Потом взял мою руку и повращал в плече. Это все отдавало сильной болью.
— Вывиха уже нет. Ты его сама вправила?
— Да, об дерево оперлась и сустав встал на место.
— Тебе просто повезло, очень сильно. Одевай ее обратно. Сейчас руку в повязку и зафиксируем. Ей ничего нельзя делать в течение двух недель, пока припухлость не пройдет. Поняла?
— Да.
Сказала я уже думая, что день у меня будет аховский, я ведь попробую восстановление запустить и будет очень больно. Хорошо что при этом можно уснуть, скажем так это действие забирает много сил и меня просто выключает.
— А ты месяц на костылях и будешь потом снова бегать. Это же надо девчонке выдернуть руку из сустава.
— Ты так говоришь, как будто бы я ее оторвал.
— С тебя станется. Вы двое идите домой, а ты на костылях дойдешь. Хотя нет, сейчас схожу за твоим отцом и братом. Хотя они уже вон идут. Постойте, повязку сначала и потом идете.
Арен зафиксировал мне руку по верх рубашки и показал брату как это делать. В комнату зашло двое мужчин. Выглядели они угрюмыми и как на меня немного пугающе.
— Идите, — сказал нам Арен.
Муж взял меня за здоровую руку и вывел из дома.
— А лук и колчан где?
— У меня, пошли домой.
Ощутила что Карену неловко. Только не могла понять из-за чего. Может из-за того что со мной теперь будет немного хлопотно.
— Ты хорошо дралась в лесу. Стая была больше, чем мы привыкли и только благодаря тебе мы живы, — а вот это было неожиданно услышать.
— Я кушать хочу, — сказала я тихо — и в душ.
Карен улыбнулся и обнял меня легонько за талию. Его отец встретил нас строгим взглядом.
— Как это понимать?
— Вывихнула.
— Как? — спросил он еще строже.
— Пьер ногу подвернул на обратном пути и схватился за Киру, и они вдвоем упали. Он ногу сломал, а Кира плечо вывихнула.
— Недоумок мелкий. Идите приводите себя в порядок, потом расскажешь как все прошло.
Карен помог мне раздеться и помыться. Точнее он меня полностью раздел и вымыл, и не давал ему помогать. Потом закутал в полотенце и усадил на кровати.
— А вытереть?
— Пусть вода впитается, а я быстро покупаюсь.
— Я же замерзну, — сказала я когда он зашел в ванну и стала сама вытираться.
Рукой действительно было больно двигать и я старалась вытираться правой. Муж вышел уже сухим. Взял мое полотенце, стал меня вытирать и целовать то в плечо, по спину. Кода он дотронулся к больному плечу я вздрогнула.
— Прости, я не хотел сделать тебе больно.
— Ни чего страшного, помоги мне одеться.
После чего пошли на завтрак. Трапеза прошла в молчании, его мама выглядела обеспокоенной. После еды сказала:
— Я пойду полежу.
— Иди конечно, — сказала мама.
Легла в кровать, посмотрела на браслет и он же амулет. Собралась с духом и запустила процесс восстановления. Боль умножилась многократно и я через несколько минут потеряла сознание.
— Что она сделала? — спросил Арон заходя в комнату.
— Ты о чем? — спросил удивленно Карен — Она легла отдохнуть.
— Меня волнует ее бледность. Давно она легла?
— Сразу после завтрака, на обед не вставала, — сказала мама. — Что не так?
— Это уже часов шесть прошло.
Арен присел рядом со мной, попробовал лоб, приоткрыл глаза. Потом заметил браслет на руке и дотронулся к нему. Его немного ударило.
— Ауч, вот умная девочка. И дура одновременно!
— Что случилось? — спросил Карен.
— Она соображает в лечебной магии и запустила ускоренное восстановление.
— И что здесь плохого? — не понял его брат.
— А то, что боль которую испытает она усиливается многократно и длиться это сейчас посчитаю. Семь бусин, значит семь часов. В молодости и с несерьезными травмами это еще ладно. А вот с серьезными травмами и такой как у нее это делать опасно. Можно просто не выдержать столько боли.
— У каждого свой болевой порог, — сказала я тихо, открыв глаза — и это еще не мой предел.
— Ты что ли проверяла?
— По не многу, с переломами немного сложней. Но все можно перетерпеть. Тем более если просто отключаешься.
— А как же нагрузка на сердце?
— Тренироваться нужно, чтобы сердце было здоровым, — попыталась я огрызнуться.
— О, кто-то начал характер проявлять, — сказал старейшина — Юсь, а ты переживала.