Драконы. Перемирие

Муж бережно перевернул, на левый бок, потом погладил по голове. Отмахнулась. Состояние было препаршивое. Положила голову на лежащий валик. Сознание уплывало, и я понимала, расслаблюсь и снова отключусь.
— За сколько срастется перелом? — спросил Майкл.
— У меня за пол дня сросся, а у Киры он сложнее. Более толстая кость еще и наружу вышла.
— Часов 10, - подсказала я — еще 10 часов.
Кеген посмотрел на часы.
— Сейчас девять вечера. В деревню мы должны вернуться к рассвету, где-то к пяти. Карен будешь нести ее.
— Запросто.
Я позволила себе расслабиться и отключиться. Ребята сделали свой полный обход, собак они больше не встретили и на стоянку стали только в три часа ночи, чтобы немного перекусить и идти домой.
— Спит? — спросил Стив.
— Да, вообще ни как не реагирует. Это нормально?
— Думаю да. Она же говорила, что при тяжелых травмах отключиться можно. Для нее это даже к лучшему, мой перелом ныл жутко до самого конца. А потом резко все закончилось.
— Предлагаю прийти в селение уже после того как Кира очнется, а то твой отец поубивает нас на месте, — предложил Кеген.
— Я только за. Можно немного отдохнуть.
Остальные ребята тоже согласились, всем хотелось немного отдохнуть. В конечно итоге домой пришли к восьми. На выходе из леса нас встретил Гаральд, старейшина и еще одна группа ребят во главе с Эмитом.
— А мы думали уже идти вас искать, — сказал Эмит улыбаясь — а кто-то просто проспал в лесу. Вы что всю ночь дрыхли?
— Нет. Только в три решили отдохнуть после полного обхода.
— Собак встретили?
— Да, то, что от них осталось. Помогли им отвоевать их стоянку, пришлось убить пару диких драконов.
— Ясно, — сказал Гаральд — как маленькая ведунья?
— Хорошо, — сказала я.
Подозреваю видок у меня так себе, после тяжелого восстановления.
— Кира и нашла стоянку собак, — сказал Кеген — у меня было ощущение, что ты пообщалась с их вожаком.
— Почти. Он передал образы и ощущения.
— Идите, приведите себя в порядок, — сказал Гаральд строго.
К счастью я уже могу ходить. Хотя нога еще порядком ноет. Карен обнял меня за талию, и мы пошли домой.
— Как ты? — спросил он тихо.
— Жутко голодная и хочу в душ. Но сначала еда.
— Согласен. Пойдешь конфеты разносить?
— Угу. А то буду спать весь день.
Анрок обрадовался моему приходу.
— А я уже думал ты не придешь. Без тебя я сынишку не отправлю, слопает все конфеты по дороге.
— Лопнет.
— Не лопну, — сказал выходящий из подсобки молодой парнишка — можем проверить.
— Поверю на слово.
— Знакомься, это Кузьма.
Я только улыбнулась, забавное имя у парня Кузя. Его отец сложил две корзины со сладостями и сказал:
— В этой все строго по списку, а из второй дополнительно вдруг кто захочет. Или если на улице будут покупать. Кира, ты последи за ним, если что подзатыльник отвесь. Только не позволяй ему конфеты есть на работе. А ты не смей на нее руку поднимать! — сказал Анрок строго сыну.
— Почему ей меня бить можно, а мне нельзя. Так не честно.
— Идите.
Кузьма молчал всю дорогу и только подставлял мне корзинки, чтобы я доставала конфеты покупателям. С дополнительной корзинки быстро разобрали половину еще на улице. Вторую половину разобрали те, кому мы доставляли конфеты на дом. Сегодня в конце был дом Эмита.
— Как нога? — спросил он выгребая оставшиеся конфеты со второй корзины.
— Терпимо, остаточные ощущения. И куда в вас столько влезает, — удивилась я количеству кульков с конфетами, там их было шут десять не меньше.
— Ну, может на пару дней хватит, у меня же детей четверо и мы с женой конфеты любим.
— Это при том, что ты им конфеты почти не даешь, — сказала подошедшая женщина с малышкой на руках — Держи деньги. Кира поздравляю.
— Спасибо, — сказала я смущенно поняв о чем она.
Деньги сложила в мешочки и мы пошли в бар, он же магазин по совместительству.
— А с чем тебя поздравили? — спросил он нерешительно.
— С тем чтобы я предпочла не говорить еще хотя бы месяц, — посмотрев на парня, поняла, что он не понял — с беременностью.
— Ясно, это первый ребенок?
— Ну да, мы ведь только поженились недавно с Кареном.
— Постой, ты та Кира на которой мой брат женился?
— Выходит что да.
— Так у меня племянник будет! Наконец-то.
— Даже два.
— Постой у Арена тоже?
— Да.
— Здорово! — парень прямо стал светиться от счастья.
В магазинчике его отец нам улыбнулся и сказал:
— Рад, что вы поладили.
— Пап у нас племянники будут!
— Наконец-то, а что у Арена разве двойня?
— Не знаю, — сказала я.
— У Арена и Карена.
— А теперь понял, — сказал Анрок — поздравляю, шустро вы. Хорошо, что Кузька будет носить корзинки. Так ты же долго не сможешь с ним разносить конфеты, — сразу опечалился мужчина.
— Давайте вы не будете расстраиваться раньше времени. Может Кузьма привыкнет не трескать конфеты во время работы.
Парень прям подобрался от важности. Его отец, смотря на сына только весело улыбнулся. В магазин зашло еще трое ребят, поздоровались с нами, и пошли на кухню.
— Это тоже мои детки, — сказал Анрок — Кира, говорят, тебе сыр понравился, будешь?
— Угу.
Анрок сходил на кухню и принес мне внушительный кусочек сыра.
— На ешь, я пока деньги подсчитаю.
— Пап, а ты мне тоже заплатишь?
— Придется. А то конфеты будешь есть по дороге. А если узнаю, что ты их ешь, не донося до покупателей из зарплаты вычту.
— Угу, годится.
Я с удовольствие ела сыр и наблюдала за их общением. Было приятно видеть любовь в людях, они сияют изнутри. И кроме того это приятно чувствовать. В зал вышел парень, обратился к отцу.
— Пап, так может, ты отдашь ей весь сыр. Все равно кроме нее его не есть.
— У нее есть имя, зовут Кира. И она вышла замуж за вашего брата Карена.
— Мне все равно. Что с сыром делать?
— Кир, тебе сыр нравиться?
— Очень! — сказала я и посмотрела, что этот кусок я уже доедаю.