Ты мой пульс

Надо быть полной идиоткой, чтобы не принять его предложение, пусть даже ненастоящее, пусть вынужденное. Но ведь это Виль Яра! Таким не отказывают.
– Ты прекрасна, – остановился Виль и грустно отступил от меня на шаг. – Но нам нужен яркий финал. Я подумаю над ним, ты только ничему не удивляйся. Помни, что шоу – это в первую очередь театральная постановка.
Я согласно кивнула, с досадой расцепляя руки и провожая его взглядом до выхода.

***
Первое потрясение вечера: на мне подвенечное платье!
– Юра?! Как я в таком буду танцевать на сцене?
– Я же укоротил шлейф, что не так?
– Где Яра? – рычала я.
– Жениха до свадьбы видеть – плохая примета! – пошутил в ответ Юра и получил от меня по лбу.
– Я не смогу закинуть ногу на бедро Яра с этим подолом.
Меня все нервировало и бесило. Даже с учетом, что сегодня к нам не приставали с интервью, ко мне приставили личного стилиста Яра, не могла успокоиться и взять себя в руки.
– Ну и какую ногу ты будешь на него закидывать? – по-деловому поинтересовался Юра.
– Левую.
Он молниеносно подскочил ко мне с ножницами и разрезал подол от бедра.
– Ты испортил платье! – взвыла я.
– Не шухерись – я же стилист. Сейчас все будет в лучшем виде.
Пока я сосала маленькими глотками воду из бутылки, боясь пролить на платье из-за своих трясущихся рук, Юра колдовал над новым разрезом просто офигенно красивого свадебного платья.
– Слушай… А могу я стащить платье после выступления? Очень красивое… Если когда-нибудь буду выходить замуж, снова одену его. С фатой.
Юра скептически хмыкнул и буркнул под нос, что вряд ли мне оно понадобиться второй раз.
– Это почему?
– Ну… Фигура расплывется, размер изменится.
– Ты совсем не боишься за свою жизнь, да, Юра? – язвительно протянула я, расправляя тончайшие кружевные ленточки на рукавах и манжетах.
Стилист поднял меня с кресла, потребовал закинуть ногу и удовлетворенно хмыкнул.
– Теперь слушай инструкции от Яра по финалу. В конце танца он вставил постановку, поэтому не удивляйся, со всем соглашайся, кивай, улыбайся, расписывайся и целуй. Поняла?
– Нет…
– Не удивительно. Но там на сцене сориентируешься. Главное подыграй жениху, чтобы не сорвать финал шоу.
Юра по-отечески сграбастал меня в объятия, и я осторожно похлопала его по спине.
– Пожелай мне, что ли, победы?
– Хм, зачем победа, когда главный приз уже в твоих руках?
Больше ничего не добавил и вытолкал меня за дверь. Тут же меня подхватили организаторы и дали пятиминутную готовность.
Второе потрясение вечера: финал записывался не в прямом эфире. И я была рада, что мне не придется второй раз прыгать по сцене в платье невесты. Через неделю нам устроят съемки раздачи мест и смонтируют к большому новогоднему концерту.
После огромного напряженного периода участия в проекте, я чувствовала себя изможденной и уставшей до мозга костей. В планах грела мысль отоспаться первые два дня, и только потом искать себе съемную квартиру. Мы уже договорились с Леськой, что снимем одну комнату на двоих.
По знаку организатора я вышла на сцену и замерла под зазвучавший вдруг марш Мендельсона. Что, серьезно? Неужели Яре не могла прийти задумка пооригинальнее, чем оформить танго танцем жениха и невесты?
Но я не морщилась, помня о камерах направленных на меня, а улыбалась так, что щёки трещали.
Третье потрясение вечера: Яра безумно, просто безумно шел черный фрак! Мне кажется, он рожден, чтобы носить именно такую одежду.
Как только я увидела своего «жениха» улыбка сама собой сползла с лица, а подбородок отвис, но на удивление никто не заорал «Стоп, съемка! Аверина, подбери челюсть!» Потому я быстро пришла в себя и снова улыбалась, подавая Вилю руку.
– Ты очень красивая, – тихо нагнулся ко мне Яра и прошептал в ухо комплимент.
– Прекрати так говорить, а то я буду спотыкаться!
Такой же тихий смешок и волна мурашек затопила меня от макушки до пяток. Яра подхватил за талию, прижал к себе и заиграло танго.
И снова я прожила с ним маленький, но насыщенный кусочек жизни. Я совершенно выпала из шоу, забывая про то, что танцую на сцене, что я в финале, что сейчас снимают постановку номера. Просто млела от его близости и от нашего идеального сочетания тел в движении. Это как пережить секс на сцене. Восхитительно ровно до того момента, пока не заканчивается танец и не затихает музыка.
Четвертое потрясение вечера: Яра в продолжение танца встает передо мной на одно колено и протягивает обручальное кольцо. Теперь уже без коробочки.
Я замешкалась буквально на секундочку, когда Виль одним уголком рта прошипел:
– Просто подыграй. Но убедительно, чтоб поверили.
И я перестала сомневаться. Хотя все еще находила такой прием в танце несколько фальшивым.
Не успела я с улыбкой принять кольцо, как в микрофон зазвучал женский голос.
– Елизавета Аверина, является ли ваше желание вступить в брак с избранником свободным, взаимным и искренним?
– Э-ээ, да.
Я удивилась, что в постановке зачем-то называют реальные имена. Но с другой стороны я же финалист, пусть чаще мелькает мое имя, может лучше запомнится зрителям.
– А вы, Виталий Яров, подтверждаете ли свое желание ступить в брак с избранницей?
– Да.
Ну вот, для Виля все же придумали псевдоним. Я улыбнулась ему и снова переключилась на актрису.
– По вашему взаимному согласию в присутствии свидетелей и гостей прошу поставить свои подписи!
Виль под локоть подвел меня к стойке, сунул в руки обычную шариковую ручку и ткнул в журнал.
– Я должна подписать? – тихо спросила я, уже ожидая подвоха. Вот если бы Алик замутил такую постановку, то точно не выпросил моей закорючки, даже в качестве автографа.
– Да, – так же тихо ответил Яра, продолжая немного сковано улыбаться.
Я расписалась и передала ручку ему. Он тоже поставил подпись и отвел меня на прежнее место. А вот дальше удивило то, что Леська с Юрой прытко подбежали к стойке и тоже зачем-то расписались в журнале. При этом Леся хитро подмигнула мне.
Фарс все больше становился похож на настоящую свадьбу.
– В знак вашей любви и супружеской верности прошу обменяться обручальными кольцами.
Яра смеясь, спросил, не потеряла ли я кольцо и ловко надел мне его на палец. Я уже не улыбаюсь, потому что вижу, как все участники и съемочная группа, все помощники и организаторы обступили сцену и смотрят нашу затянувшуюся постановку к танцу.