Не твоя невеста
И этот гад точно будет экономить!
4
Свадьба с дочерью мэра явно «политический» брак. Я организую свадьбу не для жениха, а политический союз для его отца, и он точно будет экономить!
Поэтому в условленный час я во всеоружии стояла перед кованными воротами особняка и ждала, когда меня сопроводят к хозяину.
Трепетала ли я? Нет. Я заранее наглоталась успокоительных, чтобы заглушить все ненужные эмоции. Но… кажется, перестаралась. Чувствовала, что моментами притормаживаю, словно проваливаюсь в легкий дезориентирующий туман.
Но это мелочи. У меня годы опыта, тренировки и закалки. Где не спасёт живость ума – сработает выработанная привычка.
– Анна Андреевна?
– Да, – улыбнулась я охраннику, плотно упакованному в черный костюм, белую рубашку и при галстуке.
Непроизвольно хихикнула и на недоуменный взгляд внушительного мужчины, пояснила:
– Вы одеты как в похоронном бюро, а я из свадебного салона, понимаете? – я снова захихикала, уже чувствуя, что со мной что-то не так.
– Нет, – буркнул охранник.
– Ну как же? Все думают, что черно-белый это наряд жениха. А вот и нет! Я стараюсь избегать таких кардинальных цветов: черного и белого. Во все надо внедрять полутона, чтобы не превратить свадьбу в похороны…
– А вы, надо полагать, специалист и по тому и по другому? – вклинился резкий холодный голос в нашу милую беседу с охранником.
Тот сразу встал по струнке, заставляя и меня вытянуться, расправить плечи, втянуть живот и посмотреть в сторону говорившего.
А вот и Коршунов-старший собственной персоной.
– Значит, правило первое, никаких полутонов!
– Так точно! – лепечу я и пытаюсь отдать честь.
– Не той рукой, – вполголоса поправляет меня охранник, и тогда я просто растягиваю губы в обворожительной улыбке.
– Вы точно лучшая? – с сомнением разглядывает меня Дмитрий Артёмович.
– А ка-а-ак же! – уверенно тяну я и снова хихикаю.
Черт, надо было сначала прочитать про побочные эффекты тех таблеток, прежде чем глотать горстями.
Глава 2. Хладнокровный гад1
– Вы точно лучшая? – презрительно спрашивает меня Коршунов, отец жениха.
– А ка-а-ак же! – уверенно тяну я и хихикаю, кажется из-за побочных эффектов успокоительных таблеток, которых наглоталась.
Ничего удивительного, что он мне не верит. Он то знает, какое событие поставлено на карту – не просто свадьба, а политический союз городского масштаба. А тут я, вся такая несерьезная и мелкая.
Никогда не чувствовала себя мелкой, скорее элегантной, высокой и стройной, но почему-то в сравнении с Коршуновым я терялась и выглядела мелюзгой.
– У меня встреча. Вы будете присутствовать? Или дайте пройти, я опаздываю.
Хозяин особняка прищурился, смерив меня оценивающим взглядом и дал отмашку охраннику:
– Я сам провожу нашу гостью. – Потом повернулся ко мне и совсем другим тоном произнес: – Пройдемте. Будет интересно посмотреть, как вы будете продавать себя.
Я скривилась, глядя ему в широкую спину, и поспешила следом.
– Продавать я буду идею и организацию свадьбы, – задыхаясь от бега, ответила ему, но надменный Коршунов только скосил глаза в мою сторону и прибавил шаг.
Вот как тут не вспомнить нехорошим словом мои не самые удобные туфли? Сегодня же отнесу старые в ремонт и поменяю набойку.
– Михаил! Пришла… Как там вас?..
– Анна Андреевна.
– Анна… Хм. Миш, иди займи Анну, я буду у себя в кабинете. Как придете к соглашению, позовешь меня.
Коршунов ушел, оставив меня ждать сына. И естественно, как только я его увидела, задала первый же главный вопрос:
– А разве Алла не будет присутствовать?
– Алла? А кто такая Алла?
– Невеста?
– Ого! Я думал ты свадьбы организуешь, а ты еще и невест подбираешь? Сваха что ли?
Я смутилась. Аллу ты мы ему прилепили из сплетен в желтой прессе! Это такой конфуз, так опростоволоситься перед сыном влиятельного человека.
– Шучу! Расслабься. Алка улетела в Милан выбрать самое дорогое платье к свадьбе.
По телу пробежало какое-то нереальное облегчение, голова закружилась, а я вцепилась в альбомы.
– Вы сами будете выбирать концепцию свадьбы?
– Сам? Я? А нафига тогда я тебя нанял?
– Вы хотите, чтобы всё на себя взяла я? – земля уходила из-под ног.
– Ты же лучшая?
– Да, но… А если вашей невесте не понравится?
– А ты сделай вау! Кому может не понравится, если всё будет вау? Ну?
Михаил хлопнул меня по плечу, я покачнулась и альбомы вывались из рук. Эскизы, фотографии, образцы тканей рассыпались по мраморным плитам.
– Тогда зачем вы позвали меня на встречу?
– Чтобы сумму назвала и переговорила с отцом об особых гостях.
Я кивнула, присаживаясь, чтобы собрать материалы в альбомы и поднять. Дотянувшись до отреза шифона, потянула к себе.
– Так сколько там я задолжал за химчистку? – Михаил наступил носком ботинка на ткань, не отступая, сколько бы я ни дергала.
Я подняла глаза, не выпуская ткань, и попала в черные омуты глаз самовлюбленного нахала.
– Счет начинает расти еще и на химчистку образцов.
– Мне хватит денег, крошка. Назови свою цену, – и пижон наклонился ко мне, нависая сверху и беспардонно подцепляя мой подбородок пальцами.
2
– Счет вырастет, если вы не уберете ногу с образцов.
– У меня много денег, крошка. Только назови свою цену, – Коршунов-младший навис надо мной, беспардонно задирая мой подбородок пальцами.
Я дернулась, сбрасывая его руку и отодвигаясь.
– Мне нужны хотя бы общие черты свадьбы, чтобы обсчитать бюджет, – пробормотала, смущенная его бестактностью.
– В общих чертах… Солнечное раннее утро, шёлк…
– Какого цвета? – я уже подняла материалы, сгрузила их на столик в огромной прихожей, где мы стояли, достала блокнот и ручку, и вся превратилась в слух.
– Черный, – чмокнув губами, выдал мажор.
– Эээ… На свадьбе? Черный шелк? – растерялась я, припоминая, что тренд черно-белых свадеб в стиле «Тиффани» был популярен, но примерно года два-три назад.
– Да-а-а, – протянул Михаил, снова протягивая ко мне ручищу и поглаживая щёку. – Черный отлично будет оттенять твою бледную молочную кожу… Но лучше нам сделать это до свадьбы. Алка – ревнивая стерва.