Виктор II. Академия
Видимо, он следовал мудрому правилу не откладывать что-то в долгий ящик. А то учитывая его возраст, он мог и не добраться до него, а сыграть совсем в другой ящик.
— Да, сударь, мне есть что вам сказать, — проговорила девушка, положила руки на колени и стала вещать. Она рассказала о том, что произошло на острове и честно сообщила, кто был организатором данного «похищения».
Ректор выслушал её, а потом спросил, многозначительно покосившись на меня:
— А молодой человек в курсе… всего?
— Да, он знает, что Ройтбурги воюют с моей семьёй, — кивнула маркиза.
— Хм, — хмыкнул старик.
Похоже, он считал, что девушке не стоило мне рассказывать об этом. И кажется, старший Меццо не поведал ему о том, что я своего рода телохранитель юной маркизы.
— Что же мне делать, сударь? — спросила красотка и с надеждой посмотрела на дедка.
— Ваша светлость, я не могу обеспечить вашу безопасность, — хмуро выдал ректор и автоматичным движением руки отодвинул стопку бумаг. — И я бы посоветовал вам вернуться в отчий дом…
—… Об этом не может быть и речи! — отрезала девушка, решительно сверкнув глазками.
— Тогда можете оставаться на свой страх и риск. У меня нет права отчислить вас, поскольку вы ничего не нарушили. Но жизнь — одна. Подумайте.
— А что с результатами полевой тренировки, сударь? — перевела тему аристократка.
— Вы с этим молодым человеком получаете по ноль баллов, — сообщил ректора, сцепив на крышке стола длинные пальцы с пожелтевшими ногтями.
— Справедливо, — кивнула златовласка.
— Господин ректора, а Василий какой получил балл? — поинтересовался я, вспомнив товарища.
— Я посоветовал декану дать ему один балл. Василий показал себя верным другом и заслужил награду, — проговорил старик. — Ты, Виктор, тоже заслуживаешь награды. Я поговорю о ней с деканатом вашего факультета, а пока прими моё рукопожатие.
Ректор протянул мне сухую кисть, похожую на птичью лапку. А я поспешно вскочил со стула, крепко пожал его пятерню и приподнято взглянул в глубоко запавшие в череп глаза, кои с возрастом совсем не утратили остроту. И неожиданно мне на дне зенок старика почудился нечеловеческий голод. Я мигом покрылся холодной испариной и рефлекторно отдёрнул руку.
— Что с тобой, Виктор? — удивился дедок, выгнув брови.
— Ничего. Судорога. От нервов, наверное, — скомкано выдал я и смущённо дёрнул щекой.
— Понимаю, — проронил ректор и раздвинул губы в неестественной улыбке. — Что ж, идите оба отдохните. А вы, сударыня, подумайте, подумайте над моими словами. Жизнь одна.
— Благодарю за понимание, — вежливо сказала аристократка и встала со стула.
— Куда же вы… — вдруг остановил её старик. И у меня сердце на миг встало. Но уже в следующее мгновение дед со смешком произнёс: — Молодые люди, извольте вернуть уцелевшие артефакты, принадлежащие академии.
Мы с Адрианой положили на стол амулеты, клинки и фляжки. А потом вместе вышли из кабинета и двинулись к выходу из дворца.
Девушка принялась лопотать, перемывая кости отцу, ректору и Ройтбургам. А я слушал её даже не вполуха, а хорошо если в четверть. Мою голову целиком и полностью занимал увиденный мной голод, терзающий ректора. Он офигеть как был похож на всепоглощающий чудовищный голод бесов. Но ректор не может быть одержимым. Он же вполне адекватен. Здраво разговаривает, зубы и когти не отращивает. Твою мать, что же с ним такое? Виной ли тому ферма одержимых? И не он ли поставляет бесноватым студентов? Они же как раз начали пропадать с началом его правления в академии. Однако всё это не моё дело. Я тут ради другого… точнее другой. А всё остальное меня не касается.
— Виктор! Виктор! — вырвал меня из пелены размышлений настойчивый и чуть гневный голос Меццо.
— Да, ваша светлость. Простите, задумался, — виновато сказал я, глянув на приблизившуюся башню анималистов.
— Никому не говори о том, что услышал, — с нажимом произнесла девушка. — Даже Василию. Соври ему что-нибудь.
— Хорошо, сударыня, — пообещал я.
Она кивнула. И мы вошли в общежитие. Комендантша скользнула по нам внимательным взглядом цепного пса, но ничего гавкать не стала. Наш дуэт спокойно миновал её и на лифте поднялся на восьмой этаж. А уже тут наши тропки разошлись. Маркиза двинулась в свою комнату, а я — в свою. А достигнув её, моя тушка тотчас приняла на кровати горизонтальное положение.
Я мигом отправился в царство Морфея, поскольку настрадавшееся тело желало отдыха. И спал я мёртвым, беспробудным сном… хотя всё-таки оказалось, что пробудным. В какой-то миг из цепких объятий сна меня вырвал настойчивый, знакомый стук в дверь.
— Входи! — сонно крикнул я, не вставая с кровати.
Дверь отворилась и в комнату проскользнул взбудораженный Васька. Он сразу же принялся строчить, размахивая руками, оканчивающимися широкими, как лопаты, ладонями:
— Вик, чего случилось-то? Что это за люди были? Я ведь сразу после того, как вы исчезли, браслет активировал — и в башню, а там нашёл дежурного преподавателя и всё ему выложил, как на духу. А тот мне приказал молчать. Мол, декан всё поведает ректору, а тот разберётся. И вот до сегодняшнего утра я весь как на иголках был, ходил в неведении. Благо, маркиза на завтраке появилась и сказала мне, что всё в порядке. Виктор жив.
— Стало быть, я пропустил завтрак? — расстроенно пробормотал я, перевернулся на спину и глянул за окно. Солнце уже высоко забралось на небосклон, но до обеда ещё было далеко. А жаль, кушать хотелось жутко. Аж живот начал бурчать.
— Шут с ним с этим завтраком! Ты расскажи, что случилось-то. Не томи душу вольную! — судорожно выдохнул парень, подтащил табуретку к кровати и уселся на неё.
Я на миг почувствовал себя пациентом, возлежащим на кушетке около психоаналитика. Но быстро прогнал из мыслей эту картину, сладко зевнул, потянулся и принялся сочинять вслух правдоподобную сказку:
— Маркизу пытались похитить какие-то рискованные бандиты. Они хотели получить за неё выкуп. Но я их всех раскидал, как ураган утлые лодочки. А затем мы с маркизой выбрались из дома, в котором душегубы хотели её держать в ожидании выкупа. Оказалось, что дом находился в черте города, так что нам не составило труда добраться до особняка рода Меццо. Всё, конец.
— Орёл! — похвалил меня бывший моряк, сверкая простодушными глазёнками.
— Ага. Но ты об этом происшествии никому не говори.
— Никто от меня ничего не узнает, чтоб мне сдохнуть в пучинах океана! — истово заверил меня Васька и следом жарко попросил: — Ента… а поподробней поведай мне, как ты там этих бандитов того…
Я поиграл бровями и накидал убедительных подробностей. Крепыш слопал их с огромным удовольствием и бросил в сердцах, хлопнув ладонью по коленке:
— Эх, жаль я не успел следом за тобой заскочить в портал.