Анюта, улыбайся! (СИ)
Решив заняться этим не при тусклом светильнике, я вытащила на кухню содержимое полок с первых полок. Протерев освободившийся от черешни стеллаж, почистила под ним. Так постепенно решила убирать тут. Таскать все разом на верх ради уборки глупо, а так, маленькими шажками…
И всетаки мне не давало покоя сколько еды достаточно для приюта на зимовку, если это только третья часть необходимого? Если это так, то сейчас я была рада, что провизии у них осталось не на полную комнату. А то жить бы мне тут вечно.
Перебирая черешню, откидывая уже непригодные ягодки, я серьезно задумалась о варенье. Семь ящиков только этих ягод, это очень много. Столько на компот извести сложно за год. А ведь есть еще и другие, но об этом не сейчас.
За сортировкой меня и застали старшие дети.
- А откуда у тебя черешня? – Удивленно спросил Седрик, заходя вместе с двумя девочками.
- Из вашей кладовой конечно!
- Но мы ее типа съели еще до зимы, - возмутилась девочка постарше.
- Значит у тебя глюки в семи ящиках, –психанула я – и она скоро помрет. Станет гнилой, склизкой и я ее выкину.
- Тогда жди здесь, я сейчас. – Седрик убежал, а я очень хотела покрутить у веска. Но руки были грязные.
- Анна, мы можем помочь, – подала голос девочка с перышками на руках. Они были миленькие, серые, как пушок. И клюв на ее лице смотрелся хоть и не обычно, но точно не страшно.
- Помогайте. Там еще столько портящегося, что это точно не на одну неделю работы я нашла в вашей кладовке.
- Мы можем подключить всех детей, так управимся быстро, - сказала ее сестра. Они были очень похожи внешне.
- Может и придется. Пока я буду перебирать мелкую ягоду, испортится более крупное или даже овощи. Я даже не заглянула в кладовку с ними.
- Тогда мы сегодня за ужином поговорим с управляющей, она отрядит тебе помощников и все. Даже младшие будут рады помочь и наестся. Мы в последнее время их не видели. Только из компота.
- Угу. Думаю, теперь объедаться будете.
Захихикав, девочки быстро передирали каждая по ящику, периодически сглатывая слюну. Может они бы уже принялись их есть, но явно меня стеснялись. Нормальная, пережившая зиму черешня была в большом количестве. Это радовало. За детей, и явного прибавление витаминов в их меню. Рисовая каша с черешней мне нравилась.
Тут из коридора донеслись голоса дису Олий и одного из ее мужей.
- Вот же воровка. Точно вынести хотела. Как я только не заметила?
- Может ты и заметила, но не поняла, что. Ты же в последний год все позже задерживалась, а без твоего разрешения, она могла брать только по пару горстей.
- И все равно! Дрянной была гадина, - они влетели в кухню и уставились на нас.
- Что? - не выдержала я. - Помогайте раз тут.
- Анна, ты не понимаешь. За свежую ягоду, весной можно выручить хорошие деньги. До первого урожая черешни, даже с магией, еще целый месяц. А уж если ее на север отнести, так там больше будет! Где ты ее нашла?
- Во второй кладовке. Там все портиться уже стало.
- Я проверю, - муж хозяйки рванул в указанное мной направление.
- Если ее продать, то можно мясо закупить. И муки! – Восхитилась управляющая.
- Вот муки точно не нужно! Там в третья кладовка забита мукой на половину, а остальное место занимает сахар и соль. Кстати я с кусковой работать не буду. Вы ее видели? Я же не смогу даже поднять этот камень.
- Это же подарок от нашего бывшего воспитанника был. Только мне она говорила, что все потратила на засолку мяса и рыбы, - задумчиво проговорила дису Олий.
- Даже боюсь представить сколько нужно рыбы…
-Ничего. Каменную соль тоже продать можно. Рыбакам. Поменяем на свежую рыбку. Что там еще есть? – Присаживаясь рядом с нами.
- Вы что никогда не были в своих кладовых?- Для меня было странно, что она ничего не знает о состоянии находящихся под домом мини складов.
- Давно туда не ходила. Кухарка была против. Это ведь ее ответственность и в ее правах требовать запрета туда ходить. Мне лист с потребностями дают, на месяц и я по нему закупаю.
- Тогда сами туда сходите. Я не нашла место, где вы храните мясо на зиму. Не в первой же комнате. Там вообще всего только на недели три есть продукты, и это капля в ваших запасах.
- Нет у нас большая комната, отдельная, та что одна дверь с правой стороны, - девчонки захихикали. Вернувшийся Седрик теперь работал рядом с нами. В дисциплиной в приюте было отлично.
- Туда я не заходила еще, как и в комнату с овощами.
- Пойду-ка я сама загляну, - управляющая быстренько ускакала вниз.
- Угу. Если все как в первых двух, то точно еще продавать мясо будем.
Явно прошлая повариха мечтала все это вытащить, когда представиться случай, хотя мне было грех жаловаться. При таких запасах можно не переживать о покупки продовольствия.
Оставшись одна с детьми, решила узнать взгляд со стороны на всю бредовую ситуацию.
- А почему вы не заметили что съели меньше? Это же ваша черешня, вы ее сами собирали. Если осталось столько, то не заметить было бы сложно.
- Она конечно наша, но мы собираем два урожая, один в конце весны, а второй на исходе лета. Что-то продаем из ранней, остальное наше. Из-за заклятия не могли пройти дальше первой кладовки, а в нее она сама переносила коробки и мешки. Если бы мы знали, то нажаловались управляющей, а она бы точно потребовала выдать. Мелкие любят ягоды, причем любые.
- Ясно. Значит пьяница, надеялась еще стать и воровкой, но из-за защиты не могла выносить массово. Значит вам повезло. Голод точно отменяется, - пожав плечами подвела итог я.
- Мы сейчас должны расстроиться? – Усмехнулся Седрик.
- Нет. Не огорчаться точно. Там с эту кухню каждая комната, и пускай они не забиты полностью, но все стеллажи заставлены ящиками, коробками и ведрами. Там работы полно с уборкой и сортировкой. Потом уборку нужно сделать и в морозильной комнате. Трудиться нам от рассвета до заката. Как пчелкам.
Снизу послышался восторженный визг, а следом мужской смех. Ну хоть кто-то рад.
По результату беглого осмотра, без ограничений, мы могли продать почти две трети фруктов, всю каменную соль, и часть муки. Сейчас цена на муку и свежие фрукты ползла вверх, и выгода получилась бы хорошая. А вот мясо покупать точно никто не будет. Его оказалось на целый год скопили. Решили только убрать там, провести инвентаризацию, и пополнять по средним потребностям. Но намного позже. Так останется годовая подушка безопасности уже была.
Сперва нужно было разобраться с фруктами, потом с овощи, перепроверить мимоходом крупы, и выгрести мусор из мучной комнаты. Планы были огромные, трудоемкие и только для нас, для взрослых. Подумав, управляющая решила отрядить мне троих помощников на работу внизу. Скорее всего временных, но и это отлично звучало.
Управляющая чуть не плясала от радости. Она согнала всех детей работать во внутренний дворик, сортировать фрукты, а мне сказала заниматься ужином. Вот это я с радостью! Лучше печь, варить и жарить, чем сидеть над очередным ящиком.
К закату я приготовила пышки, как и хотела трех видов: с яйцом, луком и остальной зеленью, что стояла в холодильнике, второй вид с мясом, сыром, и сладкие проваренными яблоками. К последним сварила варенье пятиминутку из подпорченных абрикосов. Выкидывать чуть испортившие оранжевые, спелые, и пахучие было жалко, а на продажу они уже не годились. Кашу сварила местную, сладкую. Для тех, кто не готов к такому, подсушила сухарики и отварила кусок индюшки. Хотя, нет. Отварила я целую тушку, но в часть бульона добавила только кусок мелко порезанного мяса.
Под вечер сильно устала, и после того как отчиталась, ушла спать. Седрик обещал оттащить работникам пышки, и накрыть на стол без меня. В его самостоятельность я верила – не первый год так живет приют. Полежав в ванной, перебралась в кровать. Голова под вечер, от смеха и звучащих с улицы разговоров, болела очень сильно. Но тут я не главная, забравшись под подушку, постаралась заснуть.