Еще одна чашка кофе (СИ)

Пожениться Лина с Димой собирались, когда она закончит институт, то есть, в следующем году. А пока Лина училась, строила планы на будущее, проживала свой яркий, красивый роман.
Впереди была целая жизнь для счастья. Ну, Лине тогда так казалось.
Тем летом, после сдачи сессии в институте, Лина устроилась на работу в больницу. С первой зарплаты она купила родным подарки: маме часы, а Павлику, в честь окончания им десятого класса, велосипед. Лина переживала, что из-за учебы и работы ей не удается встречаться с родными так часто, как ей бы того хотелось, и старалась хотя бы подарками и вниманием компенсировать редкость встреч.
В то лето, как и всегда в это время года, мама часто жила на даче за городом, и Лина с Димой, на машине, ездили ее навещать. Туда же, за город, в свободное от работы и встреч с друзьями время приезжал и Павлик (по просьбе брата еще в начале лета Лина через Диминых знакомых нашла ему работу — расклеивать на улицах афиши). Встречались родные не часто, но каждая встреча становилась праздником.
В конце августа они собрались на даче, чтобы отметить мамин день рождения. У Лины так и осталось в памяти — они с мамой накрывают стол на террасе, Павлик наигрывает на гитаре, Дима возится с грибами, которые он только что принес из леса, а где-то вдалеке, у соседей, звучит песня про уходящее лето.
Мама расспрашивает Лину про ее больничные будни, и та рассказывает ей о своих пациентах и коллегах, потом они обсуждают Павлика. Мама сетует на то, что Павлик пока так и не решил, куда будет поступать в следующем году — он все бредит своей гитарой и мечтает создать с друзьями рок-группу, но при его способностях к математике и к физике ему бы, конечно, самая дорога в технический вуз. «А ты как думаешь, дочь?» — спрашивает мама.
Лина смотрит на сидящего в саду брата — как он вырос за лето, вытянулся и стал таким красавчиком! Ох, мама, наверное, девицы уже сходят по нему с ума!
— Ничего, мам, еще целый год впереди, — улыбается Лина, — к следующему лету решит, куда ему поступать.
Впоследствии она будет часто вспоминать, перебирать в памяти по крупицам этот последний вечер мирной (сейчас так и хочется сказать — довоенной) жизни. Потому что потом оказалось, что ни следующего года, ни другого лета не будет.
А тем временем подходят вкуснейшие мамины пироги с разнообразными начинками. Лина нарезает их и украдкой смотрит на работающего в саду Диму, который укладывает в поленницу дрова.
Мама перехватывает взгляд дочери и как бы невзначай говорит:
— Какой у тебя замечательный парень, такой сильный и ответственный, а, между прочим, это главные качества для мужчины!
Лина смотрит на Диму (как эта футболка соблазнительно облегает его рельефные мускулы!) и кивает:
— Да, ма, он очень сильный!
Она свешивается с веранды и кричит:
— Дима, Паша, идите пить чай!
Пироги, прохладное шампанское, ароматный чай со смородиновыми листьями и мятой, парад сортовых хризантем в мамином саду, опускающийся на поселок вечер… Лина с Димой в тот вечер засиделись на родительской даче допоздна и собрались в город, уже когда стемнело.
У калитки долго прощаются. Мама нагрузила багажник Диминой машины кабачками, помидорами, банками с вареньем (ох уж эти мамы!), а в последний момент бросилась в сад, чтобы нарвать для Лины цветов: вот я тебе самых красивых!
Пока они ждут маму, Лина обнимает Павлика:
— Ты чего такой лохматый? Совсем зарос!
Павлик смеется.
Дима предлагает ему поехать в город вместе, но Павлик отказывается — говорит, что останется ночевать на даче, а утром поедет на работу на своем велике.
Появляется мама — ходячая клумба с цветами. Все обнимаются, смеются. Лина с Димой садятся в машину, и по дороге, пока еще можно, Лина все время смотрит назад и видит, как мама с Павликом стоят у дома и машут ей руками.
Стоп-кадр, обрыв пленки…
Следующим утром она собирается на дежурство в больницу. Еще рано, Дима только проснулся и умывается в ванной. Лина готовит завтрак, заваривает чай. На столе в вазе стоят мамины прекрасные хризантемы. Лина замечает на одном из цветков божью коровку и улыбается: как же тебя освободить из квартирного плена?
 
Ее мобильный телефон звонит. Лина удивляется — кто это так рано с незнакомого номера? — встревоженно отвечает.
Чужой голос, сухие, отрывистые фразы, и ее жизнь летит под откос, как взорвавшийся поезд.
— Нет, неправда, не может быть, — шепчет Лина, застыв с трубкой в руках.
Вошедший в кухню Дима пугается, увидев ее белое — белее снега и самой седой пряди — лицо.
— Павлика сбила машина, — тихо сказала Лина. — Мне позвонили из полиции. Это какая-то ошибка, да?
Ей и потом, даже когда она опознала тело брата и увидела на дороге отброшенный к обочине велосипед, казалось, что это ошибка, что этот мертвый парень со светлыми волосами, не Павлик, а просто очень похожий на него подросток.
Одновременно с этим в голове у нее кто-то стучал злым молоточком: как сказать о трагедии маме? Но ей пришлось это сделать, даже несмотря на то, что она не могла внутренне признать случившееся правдой (все еще надеясь на ошибку), и именно ей пришлось заниматься организацией похорон.
Единственное, что она запомнила из того дня, когда хоронили ее брата — это огромное море осенних цветов на кладбище и множество юных лиц (проводить Павлика пришла вся школа).
В те дни оглушенная горем Лина (сил у нее хватало только на заботу о маме) не особо вникала в обстоятельства происшествия — что случилось в то утро, как именно произошла та трагедия, кто сбил Павлика, есть ли в трагедии чья-то вина. Она знала, что рано утром Павлик поехал из дачного поселка в город на велосипеде, чтобы успеть на работу, а уже в черте города его сбила машина, но кто был водителем, ей не сказали.
Уже потом, после похорон, она стала интересоваться подробностями. Выяснилось, что ее брата сбил молодой парень на дорогой иномарке и что на него завели уголовное дело. Лина тогда подумала, что этот парень мог бы прийти к родным Павлика, чтобы попросить у них прощения. Если поступить по-христиански, по-людски…
Насчет следствия она не волновалась — знала, что полиция во всем разберется и что, если водитель виноват, его накажут. Но когда дело вдруг закрыли, Лина встревожилась и решила выяснить, что случилось в то роковое утро.
Подробности ей рассказал Дима, узнавший эту информацию по своим каналам. Оказалось, что водитель был пьян, что помимо алкоголя в его крови нашли следы наркотиков и что, сбив Павлика, он уехал с места аварии, оставив еще живого парня без помощи.
Узнав, что Павлик умер не сразу, Лина бесконечно задавалась вопросом: можно ли было его спасти, если бы сразу доставить в больницу?! Если бы вовремя помочь? Но тот человек не оставил Павлику и этого шанса.
Ночь опустилась на город, в окна заглядывала луна.
У Лины сорвался голос, и она замолчала, будто у нее разом иссякли силы. Данила молча принес ей воды — на, выпей.
Он смотрел на нее, пытаясь ответить себе на вопрос, который интересовал его сейчас больше всего. «Какое отношение эта трагедия имеет ко мне, по какому краешку моей судьбы проходит эта история?!» А был ли он вообще на Урале? Да, был, в том числе ему доводилось бывать и в Екатеринбурге. В самом начале рассказа она упомянула, что эта трагедия случилась шесть лет назад. Данила пытался сопоставить время своего пребывания в тех местах и не мог, сейчас уже и не вспомнить, когда именно он бывал в тех краях, может, и шесть лет назад, а, может, пять. Но вот за что он мог поручиться точно, так это за то, что ни разу в жизни не садился за руль пьяным, и — небольшая поправочка — он и пьяным-то никогда не бывал (если случается, что выпивает, то всегда умеренно).
Лина поставила стакан с водой рядом с креслом, вдохнула воздуха.
— Ну так что было потом? — требовательно спросил Данила.
…Вскоре, благодаря Диминым знакомым, Лина узнала и другие факты, позволившие собрать пазлы трагедии, случившейся в тот августовский день.